Змеиный хвост (СИ)

— Почти как дома, — вдохнув тонкий аромат цветов, сказала Ларисс и уселась на мягкие подушки в уютной беседке.
— Вот именно, что «почти». Так что там с мамой?
Ларисс прикрыла глаза и улыбнулась, понимающе и с толикой грусти, а потом достала записку и протянула ее сестре. Лей сразу же раскрыла сложенный лист и пробежалась по строчкам с детства знакомого почерка.
«Дорогая сестра, я отбываю на личную станцию с Мо-ваном. Не беспокойся — это наш с ним уговор за помощь Рику. Знаю, что ты разозлишься на меня, когда прочитаешь эти строки, но поверь — я не сожалею о своем решении. Я хочу дать нам шанс», — на этой фразе Лей улыбнулась — все-таки как же они были похожи с сестрой, — «Какое-то время я буду без связи, но как только войду в зону ретрансляторов, то свяжусь с тобой».
Лей выдохнула от облегчения — огромная глыба обиды ухнула в пропасть. Сестра не могла ее оставить без информации. И она не оставила!
— Я не буду разговаривать с мамой месяц. Нет, два!
— Поверь, то, что я ей устроила, компенсировало все твои дни переживаний. А вишенкой на торте было обрезание моих «шикарных белокурых волос, дарованных мне самим богом плодородия». — Ларисс рассмеялась, а следом за ней и Лей.
— Хотела бы я на это посмотреть!
— Зрелище было похлеще нагских трагедий! Отец еле успокоил маму, скрутив ее своим хвостом. Она в гневе просто беспощадена. Ни один экзоскелет не остановит. Но как бы я на нее не обижалась, мне было ужасно больно видеть то, как она переживает за нас. Леука не военная, а мы...
Они обе замолчали. И каждая из них думала о том, чтобы делала сама на месте дорогого родителя. Как это — отпустить свое чадо на войну? И не альфу, прирожденного бойца, а хрупкую деву...
Лей сжала руку сестры в своей и повернулась к ней:
— Мы должны победить! Мы должны остаться в живых!
Ларисс ничего не ответила, но сжала руку в ответ.
Перед самым ужином, когда они уже обсудили все накопившиеся темы, Ларисс вдруг спросила:
— А вы уже с Рон-Таном...Провели ночь?
Лей даже тунику выронила.
— Что за глупый вопрос, Рисс, он же еще жив!
— Я подумала, что, возможно, все обошлось, — оправдалась сестра. — У нас с Мо-ваном так и вышло. Он — носитель древней силы вархов, как и я — нагов. И мы идеально друг друга дополняем. Мне кажется и у вас с Рон-Таном ситуация небезнадежная.
Лей подняла тунику и повесила ее в шкаф, решив, что сегодня выберет традиционный вархский кафтан.
— Конечно, все не безнадежно! Я же могу лишить себя девственности подручными средствами, и вопрос крови будет решен. Ведь за столько лет еще никого не убила. А за вас очень рада. Это что же получается, вы маленьких божков наделаете?
Ларисс вся покраснела и опустила взгляд, а Лей удивленно вскинула брови и приблизилась к сестре.
— Да неужели! Рисс, серьезно? Уже?
Сестра остановила ее рукой и вскинула серьезный взгляд.
— Никто еще ничего не знает. Только ты. Поэтому молчи как гадюка! После моего представления перед родителями и речи про военный долг, я не могу нарушить свое слово. А ты сама понимаешь, что начнется, если Мо-ван узнает. Не смотри, что он на фоне брата выглядит спокойным. Он же носитель вархского огня древних ящеров. Спалит станцию и не чихнет! Ты меня поняла, Лей?
Лей крепко обняла сестру и прижала к себе.
— Поняла, змейка моя. Буду защищать вас обоих.
Ларисс потерлась носом и сжала сестру в не менее крепких объятиях.
— А про совместимость все-таки подумай.
Лей о ней и думала, глядя на Рон-Тана за ужином. Думала и при обсуждении донесений про корабли грокков. Даже умудрилась пару раз покрутить эту мысль в голове при голосвязи с родителями. Мама выглядела такой грустной и несчастной, что они с Ларисс пытались изо всех сил ее подбодрить. Но ничего не помогало. 
Не сработали и заверения одного нового зятя и одного жениха семьи эс Бунгар. Лишь на последок она расплакалась и сказала, что очень любит их с Ларисс и ждет дома.
— После Праздника Огня я выделю вам свой корабль, чтобы вы могли повидать родных, — сказал Рон-Тан. Грусть в его глазах была не меньше маминой.
— Спасибо. Это очень важно для нас, — улыбнувшись ответила Лей, а потом встала со своего кресла и сделала то, что раньше и помыслить не могла. Она подошла и сама поцеловала надменного ящера. Вплела свои пальцы в его длинные волосы, притянула к себе и поцеловала. Когда же Лей оторвалась от его губ, то снова прошептала: — Спасибо.
А Рон-Тан впервые ничего не ответил, только тяжело сглотнул.
  
17.2
 
Лей выгнулась, цепляясь из последних сил за плечи Рон-Тана. В сознании до сих пор танцевали всполохи огня, что вспыхнул над помостом с танцовщицами, а потом и загорелся между ними. Она и сама поддалась на уговоры Дениз и вышла вместе с ней, чтобы воздать уважение древнему огню.
И Огонь наградил ее.
Разжег кровь, подарил жар страсти, одурманил и оставил в руках ящера, который жаждал их соития с самого первого взгляда.
Рон-Тан снова поцеловал веки Лей и прошептал, что все позади. Ей нечего бояться и не за что переживать. Он ее защитит и убережет от любой беды. Лей обвила его шею и жадно поцеловала, наслаждаясь заполненностью и мощным напором варха. Ей хотелось пошутить, что это Рон-Тан — беда, самая настоящая и опасная для сердца Лей. Но не смогла — из приоткрытого рта вырывались только стоны.
Ее надменный ящер брал ее неистово, будто Лей могла исчезнуть на утро. Хотя ведь могла! Корабль был подготовлен к вылету, и они с Ларисс не собирались медлить с отбытием. Кто ж знал, что вархский древний огонь так коварен. Накрыл их с головой, сжигая изнутри, не позволяя им разъединиться. Сплавил воедино на веки вечные.
Как и сказала Ларисс — они были созданы друг для друга. Лей видела это по глазам Рон-Тана, но я боялась признать их натянувшиеся нити, что сразу же завязались узлами на их судьбе. И только в полумраке спальни, когда увидела, как ее ядовитая кровь, попав на укрытую переливающейся чешуей кожу Рон-Тана, вспыхнула огоньками, поняла, насколько они идеальны друг для друга.
— Не бойся, — прошептал Рон-Тан, завороженно разглядывая язычки пламени, — он не обожжет тебя.
Лей протянула пальцы, затаив дыхание, и коснулась танцующего огня, который медленно затухал. Пальцы ощутили лишь ласковое тепло.
— Этого не может быть, — еще тише прошептала Лей, и сразу была атакована, прижата к кровати, вся зацелована Рон-Таном.
— Может, малыш. И это лишь подтверждает мои чувства к тебе. — Рон-Тан прикусил кожу около шеи, шумно выдыхая. — И твои ко мне.
Лей откинула голову, открывая еще больше шею в послушном беззащитном жесте. Самая древняя традиция их мира, когда истинный альфа брал свою избранницу. Она раздвинула ноги, позволяя Рон-Тану прижаться к ней сильнее. Притереться горячим телом, чтобы еще сильнее взбудоражить ее кровь.
Лей отпустила себя на празднике Огня. Она танцевал вместе с варханками и наслаждалась свободой. Рон-Тан следил за ней, а потом под улюлюканье подданных схватил с помоста, словно древний варвар, унес в свои покои. Лей хохотала и даже не отбивалась. Лишь, когда вархский царь решил заявить свои права на свою невесту... Нет, после распития огненных чаш под радостный топот всех собравшихся, они стали супругами. И вот, когда Рон-Тан проявил напор, сдирая шелковые штаны, Лей очнулась и оттолкнула его.
— Нет, остановись. Надо поговорить, — выставила она руку и сразу же уперлась в мощную грудь — ее ящер меньше всего сейчас хотел разговоров. — Я не могу...
— Почему? — резко перебил Рон-Тан, а взгляд такой напряженный, режет без ножа.
— Моя кровь ядовита. При повышении адреналина она способна разъесть почти любую материю. Можно сказать, я токсична изнутри.