Шалости хтони (СИ)

— Наша беда — это, сука, Игорь! Всё пошло по звезде, когда он со своей всратой семейкой появился. Вот сделал, млин, крайний призыв, да? — Хан с досады отвесил кому-то из генералов подзатыльник. — Сам себе мудака на голову призвал! Ну, погоди, бро… Погоди… Так!
И тут хтонию в голову пришла гениальная мысль, отчего он даже остановился:
— Там, на узле, всё на этом Игоре должно держаться! Видел я его семью, они собственной башкой управлять неспособны: блондинистая сосалка и три недоросля! Чего мы пытаемся пробить этот узел в лоб, если можно зайти с другой стороны?
Хан обвёл взглядом генералов и милостиво завершил совещание:
— Вы, придурки, идите и думайте над тем, как захватить другие узлы! Всё по плану! Задержка, бабуля Ло, ну или ещё какой-то косяк — и я найду новых командующих! Ясно вам? Мне надоели постоянные срывы, постоянные косяки, постоянные отговорки! Мне нужен результат! Хаос требует пищи! Хаос, сука, хочет жрать! И вы пойдёте и найдёте ему пищу!..
После этого он вышел из командирского шатра и решительно зашагал к вагончику, где были его походные апартаменты. Мысль, внезапно его посетившая, казалась такой гениальной и очевидной, что странно было лишь одно.
Как он раньше до этого не додумался?
Ведь очевидно же: во всём виноват корявый бро из последней партии! Убери его, и проблема решится! А самое главное — в вагончике у Хана было то, что могло ему помочь. В сокровенном сундучке лежал амулет в форме семиконечной звезды, по дешёвке выкупленный у одного торговца. Хану тогда показалось, что амулет фонит какой-то странной энергией. Но при этом Упорядоченное отказывалось в этой вещи хоть что-то признавать.
Дальнейшие эксперименты показали, что действуют на эту штуковину лишь искры беспорядка. Амулет активировался… А вот то, что случилось потом, Хану очень не понравилось. Правда, разбрасываться имуществом он всё равно не стал. Оставил на всякий случай — мол, вдруг когда-нибудь пригодится. И вот — надо же! — пригодилось.
Чтобы не на трезвую голову заниматься всей этой мутью, Хан добавил в кровь немного алкоголя и, наконец, решился. Вытащил амулет из сундука и положил его на стул. А сам уселся напротив и приступил к активации.
Буквально через минуту амулет призрачно засиял, а потом из него повалил чёрный дым, трансформируясь в фигуру в чёрном балахоне. Причём сидящую на стуле, где раньше лежал амулет.
— Вы надумали, уважаемый Хан? — поинтересовалась фигура.
Говорила она так, что Хан даже засомневался: а не сидит ли его собеседник в каком-то другом пласте времени, где это самое время, по отношению к Упорядоченному, течёт очень медленно? Просто слова фигуры звучали так, будто в прошлый раз она общалась с ним всего пару минут назад.
— Нет, уважаемый Хан. У нас даже больше времени прошло, — спокойно ответила фигура.
— То есть, всё-таки читаете мысли? — расстроился бог Хаоса.
— В этом нет необходимости. Вы так простодушно удивились, что несложно было понять причину. Вы просто не в курсе, но у меня, по человеческим меркам, идеальная память. Я помню всё и всех. Так что подтолкнуло вас обратиться к нам за помощью?
— Ам… — Хан на миг смутился такой отповедью, а потом взял себя в руки. — Вы говорили, что можете решать очень деликатные проблемы, так ведь? Прямо вот совсем-совсем деликатные…
— Устранение свидетелей, неугодных, имитация несчастных случаев, просто наёмные убийства с гарантированным результатом… — фигура в тёмном балахоне приветливо распахнула руки. — Скажите, что вам нужно, и мы это выполним. За соответствующую плату, конечно…
— И плата — души? — уточнил Хан.
— Другие расчётные единицы нам неинтересны, — кивнул его собеседник.
— Скажите, а души какого качества вам подходят? — осторожно поинтересовался Хан. — Это должны быть очень хорошие люди? Очень порядочные люди? Может, почти святые?
— Нам подходят все души! — с энтузиазмом заезжего торговца отозвался собеседник. — Я бы сказал, что неважно, какие они на самом деле, но это будет очень грубая ложь. А грубую ложь мы не любим. Ложь должна быть красивой. Поэтому отвечу честно: души должны быть обычными. Душа святого нас тоже интересует, но в меньшей степени. Сложно с ними… А вот души обычных людей — это полезно, вкусно и интересно. Причём заметьте: физические кондиции тела нас совершенно не интересуют. Душа девственницы не отличается, по факту, от души распутной девы. И то, и то — бесценная душа.
  
— А души хтонов вам тоже подходят? — уточнил Хан. — Просто у меня совершенно случайно завалялось некоторое количество рукожопов¸ которые не могут простейшее поручение выполнить…
— Души рукожопов нам подойдут. Напоминаю, физические кондиции тела не важны! — балахон качнул капюшоном. — Одно условие: вы должны лично убить тела, чтобы души отправились именно к нам. Справитесь?
— С моими-то силами? — не став страдать ложной скромностью, усмехнулся Хан.
— Тогда давайте уточню. Чтобы душа отправилась в оплату вашего заказа, вы должны сказать: «Дарую эту душу в оплату заказа», — балахон чуть подался вперёд. — Вам на листик записать? Или так запомните?
— Да… Нет, лучше записать! — Хан решил не искушать судьбу.
Память у него, с тех пор как он стал богом, а потом и хтонием, может, и стала лучше… Но всё равно иногда пестрела многочисленными и обидными провалами.
— Вот! — балахон протянул рукав, из которого появился квадратный листик для заметок с каллиграфически выведенной на нём фразой. — Теперь давайте уточним. Что именно вы от нас хотите?
— Убить… С гарантией! — радостно попросил Хан.
— Значит, вы хотите стопроцентную гарантию, уважаемый Хан? — поинтересовался балахон.
— Я хочу сто один процент гарантии! Этот урод, на которого заказ, должен умереть! — решительно кивнул Хан.
— Прекрасный заказ! Мы такое одобряем, — согласился балахон. — Цель убийства должна страдать перед смертью? Нужны ли сопутствующие жертвы?
— Да!.. Если удастся убить у него на глазах его же семью, будет просто прекрасно… — зажмурившись от предвкушения, изложил свои пожелания Хан. — И он должен знать, что это, типа, я — заказчик его убийства! И должен знать, как я его ненавижу! Ему надо вспороть живот, выпустить кишки, а потом отрубить его уродскую башку!
— Отличный план… — балахон учтиво склонил голову. — Однако я бы внёс определённые коррективы. Зачем вскрывать только живот? Извлечение некоторых внутренних органов, а также усекновение уда и вскрытие рёбер — это великолепный набор для мучительной смерти. К тому же, всё это время он будет видеть, как умирают его родные, но ничего не сможет сделать. Так?
— Ага! Норм! Подходит! — важно кивнул Хан.
— Итак, подведём итог наших с вами переговоров… — кивнула фигура в балахоне. — Наша цель… Как зовут цель в Упорядоченном? Какие у неё приметы?
— Игорь… Игорь Калинин, правитель узла Священной Пирамиды, — сощурив глаза, выплюнул из себя Хан.
А балахон выудил откуда-то такой жё черный, как и он сам, свиток. После чего неторопливо размотал его и начал медленно зачитывать:
— Итак, мы берём на себя обязательства разобраться с Игорем, сыном Алексея Калинина, правителем узла Священной Пирамиды, а также, по возможности, с его женой, двумя дочерями и сыном, так, чтобы это происходило на глазах у Игоря. Берём на себя обязательство показать ему вашу ненависть и всё ваше отвращение к столь ничтожному созданию, как Игорь. Ну и передать ему перед смертью личный привет от вас. Всё верно?
— Да!!! — на радостях Хан так подался вперёд, что под ним даже стул покачнулся.
— Основная цель заказа обойдётся вам в двадцать три души… — балахон постучал по свитку, потряс его, а потом смущённо проговорил: — Простите, подумал, база слетела!.. Итак, двадцать три души. Ещё десять душ за его жену. Восемь душ за старшую дочь. По сорок восемь душ за младших детей…
— Эй-эй-эй! У меня столько рукожопов не наберётся! — возмутился Хан. — Чего так много-то⁈
— Так дети же! Сложно с ними! Но можем исключить мелюзгу из заказа, — балахон пожал плечами. — Тогда будет дешевле.