По битому стеклу (СИ)

— Если он будет с женщиной, — пояснила Мири.
— Ты считаешь, что он возьмет с собой любовницу? — уточнила у нее.
— А что? Прекрасная возможность и поработать, и отдохнуть. Ты была в Малайзии?
— Нет.
— Я как-то провела в Куала-Лумпуре пару дней. Там интересно. И магазины прекрасные.
— Для того, чтобы пройтись по магазинам, необязательно лететь на другой конец света, — заметила я.
— Не скажи, — не согласилась со мной Мири. — Если хочешь произвести впечатление на женщину, такая поездка как раз может сработать.
— Знаешь, твой муж не производит впечатление человека, который будет смешивать работу и личную жизнь, — сказала я.
— Я тоже так раньше думала.
— А теперь что изменилось?
— Не знаю, — задумчиво ответила жена Плетнева. — Не могу сформулировать, но чувствую — что-то с ним происходит.
— И это что-то связно с его работой?
— Я тебя умоляю! — с досадой сказала Мири. — Ты же понимаешь, что офис просто идеальное место для романов. Какая баба в здравом уме не клюнет на такого, как Плетнев? Вот скажи, по совести, он тебе нравится?
— Твой муж? Извини, но нет. Не нравится.
— Почему? — удивилась Мири. — Он не в твоем вкусе?
— При чем тут вкус? Просто он не привлекает меня, как мужчина.
— Но почему?
— А с чего ты взяла, что Плетнев должен мне нравится?
— Он сильный, умный, богатый. Такие, как Плетнев, всем нравятся, — ответила Мири.
— Наверное, — нехотя согласилась я с ней. — Но это же не повод.
— Для романа?
— Для всего, и для романа в том числе.
— Ты, наверное, одна на миллион, кто отказался бы от такого, как мой муж, — заметила Мири.
— Думаю, ты ошибаешься. Далеко не каждая женщина готова согласиться на интрижку с женатым мужчиной, да еще и начальником.
— Ну да, расскажи мне еще. Да полно девок молодых, которые мечтают заполучить состоятельного мужика. Пару раз переспать, потом забеременеть и, опа, ты в дамках. Обеспечена на всю жизнь. Плетнев своего ребенка никогда не оставит. Мать его наследника будет по уши в шоколаде.
— Он так помешан на детях? — спросила я.
— Не то, чтобы помешан. Но, сама понимаешь, возраст. Плетнев уже не мальчик.
После ее слов, мой вопрос слетел с языка сам собой:
— Прости, если лезу не в свое дело, но почему ты не родишь?
Мири постучала пальцами по сумочке и ответила:
— Не могу. Здоровье не позволяет.
— Это не лечится?
— Нет.
— А если суррогатная мать?
— Я думала об этом. Только знаешь, боюсь.
— Чего? У Плетнева достаточно грамотных юристов, чтобы составить договор на суррогатное материнство и учесть все нюансы.
— Не в этом дело. Просто предстать: какая-то баба будет носить его ребенка девять месяцев. А вдруг он к ней привяжется?
Я прикинула: может быть, в ее словах и есть смысл, особенно учитывая непростые отношения супругов.
— Но это же будет ваш с ним ребенок, другая женщина просто его выносит.
— Не знаю. Я пока ничего не знаю. И давай уже сменим тему. Просто выполни мою просьбу — если Виктор будет с женщиной, дай мне знать.
Я только кивнула, избегая давать прямые обещания.
А потом мы окунулись в мир шоппинга.
Надо отдать должное Мири, с ней было приятно ходить по магазинам. У нее был изысканный вкус и чувство стиля. Мы прекрасно провели время. Я купила пару чудесных летних нарядов, идеально подходящих для влажного и жаркого климата Малайзии.
После заехали в салон, где мне сделали маникюр, а Мири уложили волосы. Не то, чтобы она нуждалась в укладке, но по ее же словам, глупо было приехать в салон красоты и ничего не сделать.
После салона, красивые и довольные, про просьбе Мири, заехали в кондитерскую.
— Хочу взять домой этих чудесных лимонных эклеров, — пояснила она. — Смерть фигуре, конечно, но за них я готова продать душу.
Пока Плетневой упаковывали десерт, я решила посетить уборную.
— Держи ключ, — протянула Мири ключ от автомобиля. — Я сейчас вернусь.
Когда я подошла к машине, она уже сидела в салоне.
— Я твои вещи положила в багажник, — сказала Мири, — чтобы пирожные не помялись. Там у тебя какая-то папка лежала. Я сунула ее в пакет с платьем.
 
Тогда я не придала значения ее словам.
  
Глава 23
 
Про папку я вспомнила только в воскресенье.
Спустилась к машине, залезла в багажник и обнаружила, что документов нет. На всякий случай проверила салон — напрасно, папка исчезла.
Господи, но кому могли понадобиться безобидные, в общем-то, бумажки? Кто мог забрать их из закрытой машины с включенной сигнализацией? Какой-то вор — извращенец?
Потом в памяти всплыли слова Мири о том, что документы она положил в один из пакетов с вещами. Пришлось вернуться в дом, подняться в спальню и перетрясти сумки, распаковать которые у меня так и не дошли руки.
Папка нашлась, как и сказала Мири, в сумке с моим новым платьем. Вообще, я не хотела его брать — на покупке настояла жена Плетнева. Из плотного натурального шелка, оно больше напоминало халат, имело широкие, свободные рукава, воротник — стойку и могло похвастаться полным отсутствием молний и пуговиц — платье было с запахом, на завязках.
Я бы даже и не взглянула в его сторону, но Мири лично принесла его ко мне в кабинку для переодевания.
— Смотри, какая прелесть, — протянула мне вешалку. — Оно прямо создано для поездки в Юго-Восточную Азию. Изысканно и строго.
— А, по-моему, чересчур просто. В таком хорошо грядки на даче полоть, — из чувства противоречия возразила я, но к платью присмотрелась внимательнее.
— Грядки! Много ты понимаешь, — возмутилась Мири. — Ну-ка, примерь. И если оно тебе не понравится, я выйду в зал, заберусь на стол и закукарекаю.
— Представляю себе это зрелище, — проворчала, задёргивая штору и снимая платье с вешалки.
А через пару минут готова была сказать Мири огромное, искреннее спасибо — платье было, что надо. Оно полностью закрывало фигуру от шеи и на две ладони ниже колена, но шелк, несмотря на всю свою тяжесть, облегал, очерчивал фигуру, подстегивая воображение. Правду сказала Мири, платье выглядело изысканно и строго. А еще стильно и дорого. И я просто обязана была его купить.
И вот именно в складках нового платья я обнаружила папку Валентина. Устроилась с ней на кровати и погрузилась в изучение документов.
Действительно, ничего особенного. Если бы Мири сунула в нее нос, она бы не изводила себя мыслями о предполагаемых изменах мужа. Плетнев был верен жене. Или же скрывал свои измены настолько тщательно, что даже служба безопасности не смогла его засечь. Но в последнее мне верилось с трудом.
Информация о его конкурентах была обширнее. Я прочитала все, от корки до корки, но решила пока не связываться с этими людьми. Не тот у меня статус, чтобы вести переговоры с такими зубрами на равных, а становиться разменной монетой в чужой игре в мои планы не входило.
Сделала себе мысленную зарубку при встрече поблагодарить Валентина за помощь и убрала папку в гардеробную. Пусть полежит среди вещей, так уж точно никому чужому на глаза не попадется.
Плетнев объявился в офисе в понедельник. В субботу, гуляя с его женой по магазинам, я вскользь попыталась выяснить, где он пропадает. Но Мири отделалась общими фразами, а потом и вовсе сменила тему беседы, переключившись на какую-то ерунду.
Начальник вызвал меня к себе в святая святых после обеда.
— Я просмотрел документы, что ты мне отправляла, — сообщил, поздоровавшись и указывая мне на стул.
— Надеюсь, остался доволен?
— Более чем. Особенно впечатлили материалы по предстоящей конференции.
— Над ними трудилась вся команда, что ты собрал для меня.
— Придется подумать над премией.
— Мне уже можно порадовать сотрудников?
— Знаешь, что странно? — ответил Плетнев вопросом на вопрос. — У тебя прекрасные лидерские качества, но ты почему-то никогда не пыталась их реализовать.