Проклятие Энтаны

– И что нам теперь делать? – в отчаянии спросила я, когда у стола остались лишь мы с Кьярой.
– Не знаю, – безжизненным голосом ответила она и плотнее закуталась в куртку Ферна. Потом, словно только что осознав, что́ на ней, сказала: – Пойду переоденусь.
У меня не было сил никуда идти, и, присев за край стола, я уронила голову на руки.
Что нам делать? Ни осколка, ни камня больше нет. Нам нечего дать даэрре Немее. Придумывать новую историю? Но у меня нет никаких мыслей, и у Ферна с Кьярой, скорее всего, тоже.
От усталости и душевного изнеможения я заснула. И проснулась с колотящимся сердцем, когда где-то громко стукнула дверь. В кают-компанию спустился Каратель Дерри. Я едва успела выпрямиться, когда он приблизился и, нависнув надо мной, раздраженно прошипел:
– Глупая девчонка! – От его фамильярного обращения я приоткрыла рот. – Ты должна была рассказать всё мне! Сразу же! Я ведь предупреждал! Я бы придумал, что именно донести до даэрры Немеи, а теперь… Ты хотя бы понимаешь, в какое положение нас всех поставила с этим осколком?
– Но ведь это Альканзар, я же…
– И где этот ваш Альканзар?! – взорвался Каратель Дерри. – Где? Нет его! А теперь всё подозрение пало на нас с Россом! В лучшем случае нас понизят в ранге, а в худшем…
На последних словах в кают-компании появился Ферн. Он переоделся в чистую рубашку и теперь с неприязнью смотрел на Карателя Дерри.
– Наш друг умер… ради того, чтобы такие, как вы, продолжили топтать землю, а всё, о чем вы думаете, – это о собственной шкуре!
Каратель Дерри медленно к нему повернулся и процедил:
– Не смей обвинять меня, щенок!
Я вдруг представила ярко-голубые глаза Альканзара и осторожное прикосновение его теплых пальцев, и вся моя злость, вся обида исчезли. Встав из-за стола, я повернулась к Карателю и сказала:
– Я не собираюсь просить прощения за то, что не рассказала вам всё сразу. Но мне жаль, что на вас пала тень подозрения. Вы помогали нам так, как могли и считали нужным. Вы рискнули вызвать неудовольствие даэрры Немеи и дали уговорить себя отвезти нас на маяк… Но вы никак не связаны с исчезновением осколка, и даэрра Немея никогда не услышит от нас ничего иного.
Каратель Дерри медленно выдохнул, словно до этого сдерживал дыхание. Не знаю почему, но я его спросила:
– Вы верите, что мы рассказали правду?
Помолчав, он ответил:
– Я верю в то, что осколка у вас нет. Иначе вы бы уже давно заставили даэрру Немею отпустить вас всех вместе с Кинном. Но как именно исчез осколок, я не знаю. – В его голосе появилась усталость: – Неважно, во что верю я, важно – во что верит даэрра Немея, а она считает, что осколок у вас. И если вы откажетесь говорить правду, она возьмется за Кинна.
– Но ведь он ни при чем!..
– Боюсь, в данном случае это не имеет значения. – Кровь отхлынула у меня от лица, и он добавил: – Я постараюсь убедить даэрру не трогать его. Однако ничего не обещаю.
Когда он ушел, я почувствовала, что ноги больше не держат. Ферн подхватил меня и усадил за стол, а потом налил нам обоим воды и сел напротив.
– Испытания еще не закончились, да?.. – вполголоса сказал он.
Я была опустошена, раздавлена. Спустя какое-то время в кают-компании появилась Кьяра в простом темно-сером платье. Ее вид окончательно выбил меня из колеи: крючки на платье были застегнуты криво, а в левом ухе я с потрясением узнала серьгу Нейта. Ферн резко вздохнул.
– Я поправлю, – прошептала я и дрожащими руками перезастегнула крючки, пока Кьяра стояла неподвижная и немая.
Когда к нам спустились Каратели, мы так ничего и не придумали. Даэрра Немея молча выслушала, как я повторяю ту же историю, а потом проговорила:
– Ты бы ведь не стала рисковать жизнью своего обожаемого Кинна, так?.. – Я в смятении посмотрела на нее, но она будто этого и не заметила. – Значит, осколок где-то на корабле. Где он?
Когда я промолчала, она сощурила глаза.
– Что ж, значит, пойдем трудным путем.
Она лично обыскала каждого из нас. Ее осмотр оставил после себя неприятное, гадкое чувство и, кажется, несколько синяков. Она выпотрошила наши сумки, а потом приказала:
  
– Собирайтесь.
Пока мы складывали разбросанные вещи, она распорядилась, чтобы приготовили шлюпку. Что она задумала?..
Когда нас вывели на палубу, я взглянула по очереди на Карателей Росса и Дерри, но не увидела в их глазах никакой подсказки. Наши вещи сложили в шлюпку. И пока Ферн с Кьярой усаживались, даэрра Немея приблизилась ко мне и прошептала прямо на ухо:
– Я обыщу корабль вверх дном, но найду осколок, даже не сомневайся. Сейчас я даю тебе последний шанс: верни мне его, или Кинна ты больше никогда не увидишь.
Я в страхе посмотрела на Карательницу – в ее пронзительных серых глазах сверкала яростная решимость.
– Вас высадят на берегу, и, если ты не вспомнишь, где осколок, корабль уплывет. Без вас. А как только мы окажемся в Альвионе, я брошу Кинна в Квартал Теней. Так что вспоминай скорее, времени у тебя почти не осталось.
С силой сжав мое плечо, она ушла, оставив меня в смятении.
Похоже, даэрра Немея верит в то, что Тени никуда не исчезли, и считает, что в Квартале Кинн погибнет. Но в Серре больше не осталось Теней – Квартал пуст.
Я отыскала взглядом Карателя Дерри.
«Неважно, во что верю я, важно – во что верит даэрра Немея…»
Одними губами я прошептала:
– Спасибо.
* * *
На этот раз в шлюпке нас сопровождал Каратель Росс. Когда мы выгрузили сумки на пирс, он задержался и, отойдя подальше от матросов, проговорил:
– Я даю вам слово, что прослежу, чтобы по пути с Кинном ничего не случилось. Однако, если по прибытии его и впрямь решат отправить обратно в Квартал Теней, я буду бессилен на это повлиять. У него татуировка отступника.
– Она поставлена незаконно, – устало прошептала я.
Во взгляде Карателя появился вопрос, но я с грустью ответила:
– Доказать я вам это никак не смогу.
Помолчав, он произнес:
– Я вам верю. И верю тому, что вы сегодня рассказали, как бы невероятно это всё ни звучало.
От его поддержки я немного воспряла духом и попросила:
– Пожалуйста, передайте Кинну, что я его не оставлю и сделаю всё возможное, чтобы его спасти. – И со слабой улыбкой добавила: – И уж если он попадет в Квартал Теней, пусть найдет игний.
Растерянность во взгляде Карателя Росса сменилась пониманием, и он медленно кивнул.
– Я ему передам. – Помолчав, он сказал: – Для меня честь познакомиться с вами. Не как с дочерью вашего отца, а с вами лично.
У меня в горле встал комок.
– Спасибо вам. Спасибо вам за всё.
…Я до последнего надеялась, что даэрра Немея придет в себя и передумает. Но когда шлюпка вернулась к кораблю, на мачтах уже подняли паруса, и через какое-то время «Дартеллий», сверкнув позолоченной неморой на носу, развернулся и поплыл прочь. Оглушенные, потерянные, мы стояли на пирсе и смотрели, как он удаляется, оставляя нас одних в пустом городе.
Я больше не хочу терять Кинна, не хочу с ним расставаться.
Мое заветное желание… И я пожертвовала им – ради избавления от Теней.
Альканзар предупредил нас о грядущих испытаниях, неужели он что-то предвидел?..
«Будьте стойкими», – также пожелал он нам.
Я обернулась к Ферну и Кьяре.
– После всего, через что мы прошли… Мы не можем сдаться. Мы должны спасти Кинна.
– Как мы его спасем? – глухо спросил Ферн. – Посмотри на нас: трое оборванцев. Вернемся мы в Альвион, и что? Расскажем про встречу с Альканзаром? Да кто нам поверит!.. Давай смотреть правде в глаза. Мы дремеры, нас никто не знает, и никому мы не нужны. Единственное, что мы можем, – с горечью произнес он, – сдаться стражникам и попасть прямиком в Квартал Теней. Только как это поможет Кинну, я не знаю.
Я взглянула на сестру. Всё это время она с безучастным видом смотрела в сторону Северных островов.
– Кьяра?
Она ответила не сразу: