Проклятие Энтаны

Раздался зычный голос капитана:
– Отдать швартовы!
Хотя мне казалось, что я не страдаю морской болезнью, внутри всё неприятно замерло, когда через несколько минут, перебивая плеск волн о борт, раздался странный ритмичный звук и корабль медленно отчалил. Лишь через какое-то время, почувствовав, что качка совсем небольшая, я расслабилась и даже набралась смелости перегнуться через ограждение и посмотреть назад, но так и не увидела, остался кто-нибудь на пристани или нет.
Со стороны города вдруг послышался грохот, и я вздрогнула.
– Смотрите! – вскричал Донни.
Над верхушками деревьев взмывали ввысь разноцветные шары фейерверков – один за другим, один за другим. Они разлетались сотнями искр и падали вниз.
Не знаю, сколько это продолжалось, но когда всё смолкло, тишина ударила по ушам. Эту минуту каждый серриец проводил в молчании, отдавая дань памяти Прародительнице Серре, отправившейся к Предкам именно в этот день, на закате. Затем празднества возобновятся, но уже без фейерверков и уличных шествий – все постараются собраться в семейном кругу.
– Ферн! – вдруг воскликнула Тайли, и, обернувшись, я увидела, как он оседает на палубу.
Нейт подбежал к нему первым и помог сесть: похоже, тому было совсем плохо – он весь побледнел, а на лице выступила испарина.
– Что с тобой? Укачало? – предположила Кьяра, но никто не ответил.
Я оглядела палубу в надежде найти какую-нибудь скамью, но наткнулась лишь на косые, подозрительные взгляды команды и обратилась к Карателю, молчаливо наблюдающему за нами:
– Нашему другу плохо – где ему можно прилечь?
– Да обойдусь, – вяло проворчал Ферн, кое-как поднимаясь на ноги с помощью Нейта.
Каратель посмотрел наверх, где на фоне неба чернела фигура даэрры Немеи.
– Каратель Росс, уведите их, – холодно приказала она.
Ожив, мужчина дал знак следовать за ним и, проведя нас мимо трапа на капитанский мостик, открыл ближайшую дверь – слева от изысканно украшенных двустворчатых дверей. Там оказался спуск вниз. Каратель пропустил всех вперед, Нейт с Ферном пошли первыми.
Хотя качка едва чувствовалась, я крепко держалась за поручень, спускаясь по довольно крутой лестнице. Оказавшись внизу, я удивленно осмотрелась. В центре большой комнаты вытянулся темный полированный стол со скамьями по сторонам, впереди, под решетчатыми прямоугольными иллюминаторами, стоял диван с еще одним столиком. А слева и справа, за отдернутыми плотными портьерами, тянулись два узких коридорчика, отделенных от основного помещения деревянными перегородками: в них выходило несколько дверей, судя по всему, из кают.
– Первую каюту с каждой стороны не занимать, – низким баритоном объявил Каратель и закрыл за нами дверь.
Ферн тут же освободился от поддержки Нейта и, опираясь о перегородку, проковылял по коридорчику в самую дальнюю каюту слева. Оставшись одни, мы молча переглянулись, а Донни нерешительно провел пальцем по столу и присвистнул.
Кьяра потрогала портьеру и, нахмурившись, проговорила:
– Бархат.
Не сговариваясь, мы прошли дальше. Над длинным столом висели медные светильники с люминариями, а перегородки с этой стороны украшали зеркала, расширявшие пространство. В задней части по обе стороны от дивана были две арки с портьерами: через них можно было снова попасть в коридорчики и уборные.
– Вам не кажется, что всё это как-то слишком?.. – озвучил общую мысль Нейт.
– Слишком роскошно, – согласилась Кьяра. – С учетом того, что мы пленные… Я, естественно, не жалуюсь, но ведь это помещение явно предназначено для кого-то повыше статусом. Для тех же Карателей.
– Они, похоже, будут с нами, – встревоженно проговорила Тайли. – Раз велели не занимать две каюты.
– А где расположится эта… даэрра Немея? – нахмурившись, спросила Кьяра. – Карателей вроде двое.
– Ну она же главная, наверняка себя не обделит, – с мудрым видом заявил Донни.
– Всё-то ты знаешь, – усмехнулся Нейт. – Может, скажешь, почему мы здесь, а не в каких-нибудь крохотных каютах?
– М-м… – промычал мальчишка, а потом щелкнул пальцами: – Так это же… Глава Карателей – он же ваш отец, вот почему! – Он указал на нас с Кьярой.
  
Сестра лишь презрительно фыркнула, а я посмотрела в иллюминатор, где за кормой таял пенный след. Сомневаюсь, что Имрок Дейн решил поместить нас в подобные условия из-за сентиментальных соображений. Возможно, пока что мы были для него слишком ценны.
Вот только где Кинн?..
В этот момент одна из дверей наверху отворилась и вниз спустились Каратели. Нейт тут же увел Донни к каютам слева, один из Карателей последовал туда же. Второй Каратель, помедлив, скрылся за портьерой на другой половине.
Тайли поежилась и вполголоса произнесла:
– Мне от одного взгляда на них не по себе. Пожалуйста, можно я займу дальнюю каюту?
Она посмотрела на меня и Кьяру с таким умоляющим видом, что мы сразу же согласились.
– Тогда я могу занять каюту рядом с Карателем, – вызвалась я.
Подобное соседство меня совершенно не радовало, но отчего-то хотелось показать сестре, что я не такая трусиха, как Тайли. Кьяра удивленно приподняла брови, но кивнула.
…Лежа в полумраке на узкой койке и чувствуя мерную, неостановимую качку, я вслушивалась в плеск волн, скрип дерева и ритмичный шум гребного винта где-то под кормой. Спать не хотелось. Мысли одна тоскливее другой сменяли друг друга.
Где Кинн? Всё ли с ним в порядке?.. Что ждет нас в Энтане? Удастся ли найти камень-сердце? А если нет?..
В очередной раз пробил корабельный колокол, и, повернувшись на бок, я попыталась заснуть, но встревоженно бившееся сердце никак не желало успокаиваться. Наконец, не выдержав, я встала и, как была, без обуви, отправилась к буфету за водой. Люминарии горели и в коридорчике, и в самой кают-компании, и я поморщилась от яркого света. Зато качку я, похоже, переносила вполне сносно.
Выпив воды, я нерешительно посмотрела на занавешенный проход налево.
Как там Ферн? Принес ли ему кто-нибудь попить?
Поколебавшись, я налила воду в новый стакан и проскользнула в коридорчик – без обуви я ступала по ковру почти бесшумно. Тихонько постучав в последнюю каюту и не получив ответа, я толкнула дверь. Она открылась, и я зашла внутрь.
Каюта была точь-в-точь как у меня: узкая кровать, под круглым иллюминатором откидной столик, а под кроватью сундук для вещей. И такой же коврик на полу. Только люминарий ничем не был закрыт и освещал Ферна, спящего на спине прямо поверх заправленной постели.
Когда я позвала его по имени, он даже не пошевелился.
Встревожившись, я приблизилась, поставила стакан на стол и дотронулась до его руки. Она показалась мне такой холодной, что я тут же коснулась его шеи, чтобы нащупать пульс. И вздрогнула, когда Ферн едва слышно прошептал:
– Уйди.
– Я принесла воду. Если тебе нужна помощь, я позову кого-нибудь…
– Нет! – Он крепко схватил мою руку и посмотрел на меня – его зеленые глаза, казалось, налились темнотой. – Никого не зови. И уйди. Оставь меня в покое.
Он оттолкнул меня и отвернулся.
Прерывисто дыша, я отступила и тихо вышла из каюты.
Оставь меня в покое… Если Ферну так нравится страдать в одиночестве – пусть!..
Резко выдохнув, я зашагала обратно. Однако уже у своей двери остановилась. Что, если это и впрямь морская болезнь? Пока мы доплывем до Энтаны, она его окончательно вымотает… Закусив губу, я приблизилась к соседней каюте и, не давая себе передумать, постучала.
Каратель открыл мне так быстро, что я смешалась от неожиданности. Он был не только в униформе, но и успел надеть маску, разве что капюшон не накинул, и теперь виднелись его светло-русые коротко стриженные волосы.
– П-простите, – запнулась я – мужчина подавлял своим массивным видом. Собравшись с мыслями, я сказала: – Ферну… одному из нас совсем плохо. У вас найдется что-нибудь от морской болезни?
Каратель молча закрыл дверь, и я разочарованно заморгала. Стоило ли надеяться?.. Но едва я собралась уйти, как дверь снова распахнулась и Каратель протянул мне кожаный ремешок, в который был вставлен абрикосового цвета камешек.