Песнь Морской Девы (СИ)
— Кто со мной свергнет тирана? — Рявкнул он, устав ждать. — Стив, ты помнишь кто отсек тебе ухо? Всего лишь за то, что пролил на капитана ром! А ты, Гейл… — Фред не успел договорить, Гейл сам прокричал со злостью о том, что сделал с ним капитан:
— Отрезал мизинец за то, что я упал прямо ему под ноги.
— Он наказал меня за то, что в трюме закончилась выпивка! — вскричал кто-то. И тут поднялся шум и гам. Кричали жертвы несправедливости капитана, другие поддерживали.
— А недавно он высек Сэма, заступившегося за кока! — Прогремел громче всех Фред. — Хватит это терпеть, за мной парни!
Разгоряченные яростью пираты шумной толпой вывалились на палубу. Старпом, боцман и несколько их соратников решили, что в силах погасить бунт. Но двенадцать человек, включая и самого капитана, свирепо убивающего мятежников, не смогли остановить сотню разъяренных пиратов. Все те, кто сражался против них, были мертвы, за исключением капитана и Генри.
— Где Сэм? — стал допрашивать их Фред. К его неудовольствию капитан мерзостно рассмеялся.
— Кормят рыб. — Ответил он сквозь свой отвратительный смешок.
Осознание его слов не сразу пришло. Помолчав немного, Фред вдруг ударил капитана под дых так, что тот согнулся в три погибели.
— В карцер их! Скомандовал Фред и поднялся на капитанский мостик.
Выкрутив штурвал, корабль сменил курс.
— Это все из-за тебя. — прорычал капитан, сквозь зубы. Он был закован в кандалы, цепи которых накрепко закреплены на прутьях клетки, в которой они сидели с Генри.
— С чего бы это? — Возразил бывший старпом, пребывающий в таком же плачевном состоянии.
— Я не с тобой говорю, пасть захлопни. А ты мог бы и помочь. — Он перевел взгляд в стену, гневно буровя пространство между ним и той стеной взглядом.
— Я бестелесный дух, не в моих силах отпереть замок или снять кандалы. — Ответил ему Иккохтли — один из четырехсот сыновей Мишкоатля.
— Так ты сделаешь что-нибудь? — не унимался капитан.
— Возможно.
Дух не шевельнулся, раздражая этим капитана. Прежде чем он снова начал возмущаться, Иккохтли снова заговорил:
— Думаешь, мне так хочется здесь находиться? Это не только твое проклятье, для меня тоже не праздник — день и ночь торчать рядом с тобой.
— Тебе когда-нибудь надоест напоминать мне об этом? — огрызнулся капитан.
— Нет. — Дух плотоядно улыбнулся, показывая свои крупные белые зубы.
Генри покосился на странного капитана. Он и раньше замечал, что тот говорит с пустотой, но сейчас безымянный выглядел еще большим безумцем. Стараясь не обращать внимания на это, старпом натянул на лицо свою шляпу и повозился, устраиваясь поудобнее. Но бред капитана на том не кончился и он начал нести чушь с еще большим усердием.
— Я требую, что бы ты немедленно придумал как мне выбраться! — вскричал он.
— Не смей мне указывать. — Улыбка духа исчезла с его лица, словно ее и не было. Глаза загорелись красным огнем, буквально выжигая взглядом душу.
Капитан забился в конвульсиях, прижимая руку к солнечному сплетению.
— Однако. — Иккохтли вновь стал беззаботным и принялся рассуждать, будто ничего и не было. — Я мог бы запустить цепочку событий, что бы в конечном итоге ты вышел из этой клетки.
— Так чего ты ждешь? — Прохрипел капитан.
— Подумай.
На лице безымянного отобразился тяжелейший мыслительный процесс. Казалось у него сейчас ум из ушей полезет.
— Поразительно как тупеют люди, когда всю информацию им дают другие. — Вздохнул дух. — Ладно, я подскажу. Как думаешь, что тебя ждет, выйди ты на палубу?
Капитан вновь непонимающе уставился на духа. Тот разочарованно спрятал лицо в ладонь. Покачал головой и продолжил:
— На этом корабле у тебя кончились союзники.
— Значит, мне нужен новый корабль! — осенило капитана. — Но… как ты мне его достанешь?
— Ты сам себе его достанешь, но сначала…
22 [Анабель]
— Это бессмыслица какая-то. — Возмутилась Виола, озвучив мои мысли. — Они же направлялись к Британии, зачем менять курс?
— Они пираты. — Неоднозначно пожала плечами Луиза, сказав это своим обычным сухим тоном.
Мы устроились на рифах, что бы немного передохнуть после целого дня скоростного плавания. Мой взор был прикован к ярко-красной полосе заката, отражающейся в бескрайних водах океана. В романах, оставшихся пылиться на полках в моей комнате, этот вид наверняка описывался как-нибудь так:
Догорает еще один знойный день. Солнце, такое близкое, большое, богряно-красное, прощаясь с летним днем, дарит нам последние лучи. Это то самое романтичное время суток, когда рождаются истории, обладающие притягательным волшебством. Это прекрасное зрелище, длящееся всего несколько минут. Его хочется запомнить надолго и видеть каждый раз, обращая взор на линию горизонта.
— Анабель, уснула что-ли? — Виола пихнула меня локтем в плечо. Я встрепенулась и вся обратилась в слух. — Я говорю, может ты знаешь что они задумали?
— Откуда? Все плаванье я сидела в трюме, разговоры их не подслушивала.
— Может Генри что-то говорил? Ты же с ним общалась.
— Нет, мы никогда не обсуждали его работу.
Подруга вздохнула.
— Ну чего носы повесили? — взбодрила нас Луиза. — Нам же известно куда они свернули, это главнае. А как, почему и зачем — не наше дело.
— Не хочу упустить Генри, не хочу, что бы его убили раньше, чем я доберусь до него. — Неожиданно даже для себя самой сказала я.
— Никуда не денется твой Генри. — Отмахнулась Виола, дернув плечиком. — Давай лучше покажу тебе кое-что. — Она загадочно улыбнулась, поправляя высохшие пышные волосы. — Уверена, такого ты еще не видела. Глянь туда.
Виола вытянула пальчик в направлении востока. Там плескался темными водами океан, но ничего необычного я так и не увидела. Закат уже догорал, солнце исчезало за горизонтом, погружая мир в сумерки. Я бросила последний взгляд на тонкую полоску света.
— Нет-нет, смотри внимательно! — суетливо зашептала Виола, разворачивая меня в другую сторону. В ее глазах я прочитала почти детский восторг. Луиза тоже смотрела туда и, судя по выражению лица, она понимала на что смотреть. Но, в отличае от Виолы, в ее глазах небыло никакого восхищения. Как и всегда. Луиза вообще была скупа на эмоции, особенно на радость. Тем не менее мне надоело разглядывать лица подруг и я снова вгляделась в даль. Волны мерно вздымались, разбиваясь о рифы. Хвостом я чувствовала холодные брызги. Монотонный шум моря заставил меня расслабиться. Из головы вылетели все мысли, осталось лишь убаюкивающее шуршание воды. Все проблемы вдруг исчезли. Исчезло вообще все, кроме меня и моря. Оно волновалось, а я успокаивалась. Ветер раздувал мои волосы, обволакивая мое тело теплыми потоками.
Я не сразу заметила нечто странное во всем пейзаже. Вокруг уже совсем стемнело, но я видела свет. Словно под водой что-то сияло. Волны, вздымающиеся вдали, словно подсвечены изнутри мистическим синим светом. Никогда я еще такого не видела. И теперь не могла оторвать взгляд от этого. Чем гуще собирались тени вокруг, тем ярче вспыхивали гребни волн.
— Что это? — вырвался из меня удивленный шепот.
— Планктоны. — коротко ответила Виола. — Красота, неправда ли?
— Неописуемая. — Выдохнула я шепотом.
— Моряки часто обвиняют нас, русалок, в этом свечении. Оно пугает их.
— Моряки вообще люди пугливые. — зло усмехнулась Луиза.
Не помню, спала ли я вообще той ночью. Ведь если и так, то снилось мне светящееся море и ровный умиротворяющий шум волн.
Утром море было совершенно спокойным, как и я. Мы продолжили свой путь, большим косяком направляясь на перерез "Акульему зубу". Карелия пообщалась с морскими обитателями и узнала, что нужный нам корабль этим вечером остановился на необитаемом пустынном островке и теперь вновь возвращается на прежний курс. Это его отклонение существенно сокротио нам время и путь. И уже к вечеру мы увидели паруса. Ну держись, Генри, это твой последний час жизни. Надеюсь, ты проведешь его с пользой.