Красавица и Чудовище (ЛП)

Мое сердце громко колотилось в груди, и для мышцы, которая годами тренировалась сохранять спокойствие, независимо от того, с какими внешними дилеммами я сталкивался, реакция на ее слова была, мягко говоря, разочаровывающей. Я схватил ее за подбородок и повернул лицом к себе, пока не вернул ее взгляд.
«Не указывай мне, что делать», — хотел я сказать, но в тот момент слова не слетели с моих губ, потому что я был очарован ее глазами. Внезапно в голубых омутах я увидел невообразимые глубины самоотверженности и решимости.
Я пристально посмотрел ей в глаза и, сам того не осознавая, сжал слишком крепко. В знак протеста она обхватили мое запястье, и только когда я заметил страдание на ее лице, понял, что немного потерял контроль. Я отпустил ее, и она отшатнулась назад, ее золотистые волосы подпрыгнули.
Девушка выпрямилась и уставилась на меня, ее грудь тяжело вздымалась.
Я не мог отвести взгляд от картины, которую она собой представляла. Она была ангелом, а я — грешником. Я не заслуживал даже прикосновения к такой чистой плоти. Да и какая разница? Лука Мессана отправится в ад, а там не обитали ангелы, которых я мог бы трахнуть. Единственные ангелы, которые у меня были, жили здесь, на прекрасной Божьей земле. Это все, что я получу, и этого чертовски достаточно.
— Ляг на ковер и раздвинь ноги, — резко приказал я.
Глава 28
Скай
https://www.youtube.com/watch?v=JF8BRvqGCNs
Rihanna ft. Mikky Ekko — Stay
Я едва могла дышать.
Челюсть все еще покалывало от его хватки, но не это вызывало у меня беспокойство. А тот почти насильственный рывок отчаянной потребности, чтобы он так сильно вошел в меня, чтобы мои ногти впились в его широкую спину. Он повернулся ко мне спиной, и я жадно наблюдала за его рельефными мышцами, каждое движение завораживало.
Я знала, что не должна была быть так груба с ним, но поцелуи на моей спине напугали меня. Это были поцелуи влюбленного, того, кому не все равно. Я уже пребывала в таком состоянии, что все время забывала, что он купил меня и планировал выбросить меньше чем через месяц, но если он будет не торопиться и начнет уделять внимание каждой частичке моего тела, то мне конец.
Отстраненность — вот что мне нужно. Я отчаянно нуждалась в отстраненном, жестоком мужчине, который видел во мне не более чем тело, готовое для него на все в ближайшие недели. Именно такого представления о нем мне нужно придерживаться.
Я направилась к роскошному ковру. Он был белым, пушистым и восхитительным на ощупь. Я чуть не застонала, когда мягкий ворс соприкоснулся с моей кожей. Я не хотела, чтобы меня поймали за тем, что я пялилась на него, поэтому намеренно перевела взгляд на потрескивающий очаг передо мной. Я смотрела, как горят поленья, и у меня возникло сюрреалистическое впечатление, что я больше не на земле. Я была в каком-то фантастическом мире или сказке. Возможно, в замке посреди темного леса из высоких островерхих деревьев.
Мои мысли прервало бряцанье металлической пряжки его ремня.
Казалось, оно пронизывает атмосферу комнаты. Я посмотрела на его бесспорно прекрасное лицо, даже шрам добавлял ему таинственности и красоты. Его лицо было сосредоточенным и настороженным, когда он расстегивал ширинку. Я напряглась и насторожилась, наблюдая, как брюки соскальзывают с мускулистых бедер. Он вышел из них и направился ко мне в черных трусах, обтягивающих возбужденный член.
Сердце застряло в горле, и я быстро перевела взгляд на мышцы его бедер, затем на плоский живот. Там вилась тонкая полоска волос, которая исчезала в трусах. Поразительно, насколько хорошо сложен этот мужчина, на его теле почти не было жира.
— Ложись, — приказал он, опускаясь на ковер.
Я повиновалась, он встал на колени, оседлав меня, и двинулся вверх, пока его пах не оказался перед моим лицом. Я облизнула губы в неконтролируемом предвкушении того, что должно произойти. Лука проник рукой в трусы и вытащил член, и я не могла не смотреть на агрессивный орган, который пульсировал и бился в его руке. Прежде чем он успел податься вперед, я уже перенесла свой вес на локти и приоткрыла губы, обхватывая широкую головку.
 
Какие бы слова он ни собирался сказать, они застряли у него в горле, и Лука выгнулся с протяжным стоном. Мои руки обвились вокруг его бедер, и я потянула его на себя, чтобы лечь на спину, упереться в мягкий ворс и сосать его… сильно. Однако я старалась держать глаза открытыми, глубоко и ритмично вбирая его в себя, когда первая струйка спермы опьянила меня. Обхватив одной рукой его толстое основание, я непрерывно двигала головой.
Вперед-назад. Вперед-назад.
Я знала, что сводила его с ума. Об этом говорили движения его кадыка, искаженное прекрасное лицо и сжатые кулаки. Я не могла удержаться, чтобы не прикоснуться к нему. Моя рука двинулась вверх, и я положила ладонь на его плоский живот.
Надавив на эту груду мышц, попыталась выскользнуть из-под него, но задыхающийся стон замер у него на губах.
— Останься, — прохрипел он.
Но я извивалась, как маленький угорь, и полностью выбралась из-под него. К моему удивлению, Лука не протестовал, просто смотрел на меня своими волчьими глазами. Тогда я решила, что буду делать с ним все, что захочу. Я опустилась на колени так же, как и он, и обвила руками его шею. Он наблюдал за мной, когда я наклонила голову, чтобы слегка прикусить линию его подбородка. От меня не укрылся резкий вдох.
— Умение слушаться — не одна из твоих сильных сторон, не так ли? — сухо спросил он.
Я пробормотала свой ответ в его разгоряченную плоть, прокладывая дорожку поцелуев вниз по мощным бицепсам.
— Так и есть. Покорность — это не мое.
Он издал приглушенный звук. Это мог быть смех, но могло быть и раздражение.
Я снова выпрямилась, мои груди прижались к его груди, а его член сильно уперся мне в живот.
— Я собираюсь поцеловать тебя, — сказала я ему, и он нахмурился, однако не попытался остановить.
Моя дерзость проистекала из непреодолимой внутренней потребности обладать им так же, как он обладал мной. Мы были в его личном пространстве, и так же, как он ворвался в мое и разбил меня вдребезги, я отчаянно хотела сделать то же самое с ним.
Я поймала его нижнюю губу зубами и нежно прикусила податливую плоть. Глаза Луки все еще были открыты и смотрели на меня, и от этого у меня по спине пробежали мурашки. Но они также разожгли огонь, пожиравший меня изнутри. Я нежно пососала аппетитную нижнюю губу, затем перешла к верхней. Вскоре его губы приоткрылись, чтобы вдохнуть, и я проникла языком внутрь. Крепче обхватив Луку, я ласкала его язык своим, а затем погрузилась еще глубже, чтобы насладиться как можно большим количеством его вкуса. От последовавшего за этим долгого и глубокого поцелуя его глаза закрылись, и я почувствовала, как мое тело ослабло. Это не должно было быть так разрушающе, но вот я снова здесь. Разваливаюсь на части.
Обхватив меня рукой за талию, он осторожно опустил меня на ковер.
Я хотела вернуть себе контроль и начала целовать каждый дюйм кожи, до которого могла дотянуться. Когда почувствовала, как его палец скользнул в мое лоно, толчок был мучительным, и я почти хотела поддаться изысканному удовольствию, которое, как я знала, он мог доставить.
— Нет, — пробормотала я и вытащила его палец. — Ты первый.
Он нахмурился, но прежде чем у него появилась возможность отказаться, я снова выбралась из-под него и оседлала. Я чувствовала его член на своей влажной киске, и искушение позволить ему трахнуть меня было почти слишком сильным, чтобы сопротивляться, но я толкнула его в грудь. Он откинулся на пушистый ковер. Подушечкой большого пальца я щелкнула по ореолу его затвердевшего соска, а затем наклонилась вперед, чтобы накрыть бутон ртом. Глубоко всосала его, затем перешла к другому соску.
К тому времени, как я решила перевести дух, его рука прикрывала глаза.
С улыбкой я двинулась за дорожкой темных волос вниз по его торсу, пока снова не вернулась к его члену.