Два меча (СИ)

Ну да смысл об этом лишний раз думать? О потраченном я не жалею, а, наоборот, радуюсь.
В один из дней Фетисова прислала сообщение, ссылку на закон, что каждый одарённый, открывший пятую чакру, обязан зарегистрироваться. Я про это не слышал, поэтому поблагодарил женщину. Откуда она узнала, тоже понятно. Я ведь задействовал Голос в разборках с теми мошенниками. Собственно, через неделю она мне сообщение и прислала. Сразу бежать я не стал. Здраво опасался, что информация может куда-то не туда уйти и… В общем, покупками и их освоением я был занят.
Чтобы разобраться с бюрократией, пошёл отпрашиваться у классной руководительницы. Пусть меня и перестали дёргать да прессовать за каждую мелочь, но не скажу, что кто-то относился дружелюбно. В этот раз меня тоже восприняли в штыки.
— Мария Павловна, я бы с удовольствием пришёл на уроки, но по закону нужно уладить один вопрос, — сделал я второй заход, когда она отказалась меня отпускать за просто так.
— Что ещё за вопрос? — свела она брови и поправила очки, — При чём здесь закон?
— Надо оформить открытие Голоса, — улыбнулся я во всю ширь, теперь уж точно своей фирменной улыбочкой демона-искусителя.
Несколько секунд ей потребовалось, чтобы осознать сказанное. Оп, и будто выключатель внутри женщины щёлкнул. Она откровенно испугалась, побледнела и вымученно улыбнулась.
— Да-да, конечно… Раз такое важное дело, то конечно… — заклинило её на слове «конечно».
— Рад, что мы пришли к понимаю, — улыбнулся и я.
Чувствую, мои денёчки здесь теперь особо весёлыми будут.
* * *
Сначала я заново прошёл аттестацию, чтобы получить отметку. Просто так прийти и сказать, что я вот чакру открыл, нельзя было. Бюрократия, будь она неладна. За месяц я открыл пятую звезду в третьей и вторую в пятой чакре. Сейчас у меня двадцати три звезды. Получив желаемую отметку, отправился дальше.
Ничего сложного на самом деле. Поставили печать да выдали документ с правилами для пользователей Голоса.
Как же это забавно. Если подумать, то удивительно, как общество в принципе существует. Это ведь такой простор для злоупотребления. Закон это пытался регулировать. В документе описывалось, что можно, а что нельзя, но… Это хоть кто-то выполняет?
Финальную печать мне ставила женщина в возрасте, в очках и с накинутой на плечи шалью.
— Простите, — обратился я к ней, изучив документ. — Это всё интересно, но как реально дела обстоят? Не просветите глупого отрока?
— А что, мысли уже скабрёзные появились? — спросила она с подозрением. — Уже нафантазировал, как внушениями пользоваться будешь? Все вы одинаковы.
— Мысли самые разные появились, тут вы правы, — не стал я отрицать. — Но мне просто интересно, что происходит с тем, кто переходит черту.
— В случае аристократов, они будут разбираться с тем, кому принадлежит человек.
Старушка явно не сторонница толерантности, раз так с ходу заявляет. Впрочем, на пальце у неё перстень. Аристократка, с соответствующим мышлением.
Как я теперь куда лучше понимаю, в основе силы аристократов в первую очередь лежит земля с источниками. Во вторую очередь — крышевание всякого разного. Ну, или владение предприятиями и бизнесами. Слабо представляю, как в этом мире можно разбогатеть обычному простолюдину, у которого нет Голоса, и который ни под кем не ходит.
— А если у человека нет защитника?
— Молодой человек…
— Да не задумал я ничего плохого, — закатил я глаза. — Мои родители давно погибли. Некому было просветить на подобные темы. Раз уж вы мне дали свод законов, вот я и подумал, что было бы неплохо уточнить у вас, как на самом деле обстоят дела.
— Если кто систематически переходит черту, — отчеканила она слова, —с ним Ищущие разбираются. Если надо, то Наказующие. Поэтому не заигрывайтесь, господин Эварницкий. Вы не первый, кому такие мысли в голову приходят, и, если бы порядка не было, мы бы давно обратно в пещеры вернулись. Будьте уверены, управа на самоуверенных юнцов найдётся. Выкиньте глупости из головы и давайте лучше с вами контракт заключим.
  
— Какой ещё контракт? — напрягся я.
— На военную службу. С вашим талантом…
— Даже не подумаю, — перебил я.
— Почему это? — возмутилась она.
Да потому что мне доступно только одно заклинание, и то я взял вариант для артефактора! Потому что оружие выскочит у меня из рук, и это в лучшем случае! Вот почему!
— Терпеть не могу войну, — дал я другой ответ, тоже правдивый.
— Военная служба — это не всегда война.
— Сказки мне не рассказывайте. Контракт ведь не обязателен и по желанию?
— Сами сказали, что сирота и что силы за вами не стоит. Армия — лучший способ развить свои умения.
— Нет уж, спасибо. — Я окончательно понял, что контракт вовсе не обязателен. — На артефактора учусь и собираюсь продолжать. Поступлю куда-нибудь и попаду на военную кафедру. Так что не переживайте. С обучением вопрос будет решен.
— Как хотите, — поджала она губы. — Тогда распишитесь и можете быть свободны.
С тем, что подписываю, я был предельно осторожен.
* * *
Новость о том, что у меня Голос, распространилась в лицее быстрее лесного пожара. Я не был против приобрести дополнительную репутацию, тем более такую, но как-то не ожидал, к чему это приведет.
— Поздравляю тебя, что ли, — сказал мне Михаил Сергеевич, когда мы с ним пересеклись.
Он у нас урок провёл и взглядом показал, что хочет поговорить, поэтому я задержался.
— Смотря с чем.
— С Голосом. Я тоже хорош, не догадался, почему у тебя голос изменился. Думал, из-за возраста ломается. Что ж, поздравляю, господин Говорящий.
Это официальное римское название. Говорящий, ибо право имеющий.
— Давайте только без иронии, — поморщился я.
— Никакой иронии, — сделался он серьёзным. — Ты в курсе, что Голос можно использовать в артефакторике?
— Да-а? — заинтересовался, но в тоне всё же прорезался скептицизм.
— Не просто так обладателей этой чакры называют изъявителями воли. А что такое руны, как не концентрированная воля? Странно, что ты этого не заметил.
— Я не так давно эту чакру открыл, ещё не разобрался, как её использовать и как тренировать.
— Как и всё остальное. Для начала научись включать и выключать Голос, когда нужно. Как научишься отделять эти ощущения, при создании рун включай Голос, но внутренний. Это в целом несложно.
— Так у вас тоже есть Голос? — удивился я.
Мужчина криво улыбнулся. Это типа да или типа не лезть не в своё дело? Как-то я не задумывался о том, что нахождение здесь Дорохова — это не чисто его блажь и представления о прекрасном, что тратить время на детишек — дело благое, но ещё и обеспечение «крыши» для колледжа. Суровая правда заключается в том, что вся эта богатая школота, если сюда кто придёт с Голосом, сделает ровно то, что потребуют. Сдадут мать родную, выйдут в окно или проникнутся идеей заняться чем-нибудь криминальным. Мало ли какие возможности у Голоса есть. Я пока не проверял, что будет, если приказать человеку забыть полученный приказ.
— Хотел тебе предложить поучаствовать в одном проекте, — сказал он.
— Только в одном? Чего так жадничаете, Михаил Сергеевич? — поддел я его.
— Это сложный и комплексный проект. За который не будет оплаты деньгами, — ответил он без юмора.
— Звучит сомнительно.
Похудевший счёт снова заставил меня задумываться, где добыть средства. Не прямо сейчас, а в следующие годы, но всё же копеечка к копеечке, глядишь, и архимагом стану.
— Тем не менее это отличная возможность набраться знаний.
— Что за проект?
Пока не услышу подробности, отказываюсь впечатляться.
— Ты ведь в курсе, что за безопасность в регионе отвечают три корпуса? — начал он издалека. — Охранители, Ищущие и Наказующие. Первые, по сути, — это обычные городские стражники. Вторые занимаются расследованиями, выслеживанием и обнаружением угроз заранее. Третьи — это отчасти армия, предназначенная для силовых операций. Именно они утихомиривают аристократов, выходят против особо опасных преступников, ну, или сражаются против демонов, если те прорываются.