Сестра моей жены (СИ)

Лариса изменила Никите? Когда? С кем? Почему я об этом не знаю? А знает ли об этом мама?
- Ладно, - Лариса внезапно встает и идет к двери, - я все сказала. С завтрашнего дня Измайлов – адвокат Никиты. Передай ему дела, Олег.
И она уходит, не попрощавшись и даже не взглянув на меня.
После разговора с Ларисой, видя мое состояние, Олег сразу же отпустил меня домой. А сам ушел к Никите. Измайлов становился адвокатом Никиты с завтрашнего дня. Значит, сегодня была последняя возможность обсудить с Ником план действий.
Олег убедил меня, что он знает, как обойти Ларису, но ему надо посоветоваться с Ником. Я верила ему. Мне хотелось ему верить.
Я поехала к маме. До возвращения Ника я решила пока пожить у нее.
- Мама, а ты знала, что Лариса изменила Никите? – спросила я маму, когда мы сели с ней на кухне.
Я сразу же заметила, что мама занервничала.
- Узнала только недавно, Моника, - сказала она, не глядя на меня. – Однажды я приехала к Ларисе без предупреждения и застала у нее незнакомого мужчину. Знаешь, я сначала подумала, что это она от отчаяния бросилась во все тяжкие. Я очень испугалась за нее.
Мама отпила чай и сложила пополам салфетку.
- Но потом Лариса рассказала, что это ее новый парень и что из-за него она рассталась с Никитой.
Мама встала и подошла к окну. Я последовала за ней и обняла ее за плечи.
- Знаешь, Моника, - произнесла мама, глядя в окно, - не так я представляла себе вашу с Ларисой жизнь.
Она замолчала. Что я могла ей сказать? Как утешить? Я лишь поцеловала ее в щеку и сильнее прижалась к ней.
- А ещё я беспокоюсь за Ларису, - вдруг сказала мама. - Она стала какой-то дерганной, нервной. Странно реагирует на мои обычные вопросы. Что-то не так, Моника.
- Может быть, она просто нервничает, - попыталась успокоить маму я.
Мне не хотелось расстраивать ее ещё больше рассказами о появлении Ларисы сегодня в офисе и ее поступках.
В тот же вечер мне позвонил Олег.
- Моника, ты у Никиты? – спросил он.
- Нет, я пока у мамы живу.
- Напиши мне адрес, я приеду. Мне надо срочно с тобой переговорить.
По его тону я поняла, что это очень важно. Более того, я услышала надежду в его голосе. Хотя, может, мне только показалось.
До приезда Олега я не могла никак успокоиться. Разные мысли лезли мне в голову.
Лариса изменила Нику. Тогда почему она не хочет развода?
Как связаны Лариса и Краснов?
Зачем ей надо усадить Ника в тюрьму?
И самый главный вопрос, который не давал мне покоя:
Что делать с Красновым? Что можно ему противопоставить?
Наконец, приехал Олег.
- Как Никита? – первый вопрос, который задала я ему, даже не дав пройти в комнату.
- В порядке, - ответил быстро Олег, - Моника, у меня к тебе важный разговор. Где мы можем переговорить?
Мы идем в гостиную. Мама уже легла спать. Так что нам никто не помешает.
- Моника, я говорил с Никитой по поводу выходки Ларисы. У нас есть всего один вариант, чтобы не дать ей выполнить задуманное. Ты сама прекрасно понимаешь, что Измайлов не вытянет это дело. Назначить его адвокатом означает одно: поставить крест на свободе Никиты. И Лариса, похоже, это прекрасно понимает. Не знаю, откуда, но она в курсе способностей Измайлова.
Я внимательно слушаю все, что говорит Олег, и стараюсь абстрагироваться от своих мыслей. Сейчас нужна холодная голова.
- Лариса права в том, что сейчас она оказывается представителем партнёра в компании. Кто-то ее неплохо проконсультировал. Но есть возможность остановить ее, - он делает паузу. - Если Никита передаст свою долю в управлении компании кому-то другому. Кому-то, кому он доверяет. Тебе, Моника.
Я вздрагиваю от неожиданности и удивлённо смотрю на Олега.
- Чего ты испугалась? - спрашивает он меня. - Это все до возвращения Никиты. Сейчас у Ларисы контрольный пакет и она может натворить таких дел, что мне самому становится страшно. Поэтому единственная возможность остановить ее - лишить этой возможности. Мне Никита не может передать свою долю. Это запрещено уставом компании. В свое время мы специально прописали это условие, чтобы ни у одного из нас не возникло соблазна избавиться от партнёра. И получается, что ты - единственная, на кого можно все оформить. 
 
Я продолжаю молчать, пытаясь переварить услышанную информацию. Ещё и мысли мои путаются в голове одна за другую.
А Олег, похоже, воспринимает мое молчание по-своему.
- Ты, конечно же, можешь отказаться. В таком случае я постараюсь помогать Измайлову. Это Лариса не может мне запретить. Не думаю, что он совсем плох...
- Нет, - прерываю я его, - Олег, давай сделаем так, как будет лучше для Никиты.
Он облегчённо вздыхает.
- Я уже все подготовил, - он достает бумаги. - Посмотри и распишись. Завтра я поеду к нотариусу.
 Просматриваю бумаги. И это не от недоверия, а, скорее, профессиональное. И Никита этому всегда учил. 
Все в порядке и я ставлю свою подпись.
Олег собирает бумаги и встаёт.
- Вот и сюрприз будет для Ларисы. Не только же ей нас удивлять, - он подмигивает мне. 
- А я могу завтра увидеть Никиту? - спрашиваю я.
- Завтра, боюсь, нет. Завтра его адвокатом станет Измайлов. На пару дней, пока не будут дооформлены все бумаги. А пока, если помнишь, ты уволена. Отдохни. Я тебе сразу же позвоню, как все вступит в силу и ты сможешь вернуться в офис.
  
Глава 29.
 
В итоге на оформление ушло три дня. Все это время я провела дома. За окном шел дождь и по моим щекам катились слезы точно так же, как и капли по стеклу.
У меня было какое-то фиговое состояние. Ничего не радовало и хотелось только плакать.  Надо было выбираться из дома. Но никуда не хотелось идти. 
Аппетита тоже не было. Мама буквально заставляла меня хоть что-то поесть, но еда редко потом оставалась во мне.
Мама начала беспокоиться за мое состояние и настаивала на визите к врачу. Но это было последнее, куда мне хотелось сейчас попасть.
Наконец, позвонил Олег. Он сообщил, что все готово и я могу снова возвращаться в офис. Предупредил меня, чтобы я не вела никаких разговоров с Ларисой. Это было совсем не сложно. Мы с ней и так не общались. И в конце обрадовал, что сегодня я могу, наконец, увидеть Ника.
Последняя новость и помогла мне прийти в себя. Я побыстрее закончила разговор с Олегом и побежала в СИЗО.
И опять почти час ожидания в душном коридоре. Господи, и за что все эти мучения? До последних событий чувство вины не покидало меня. Но теперь, когда я узнала правду о Ларисе и истинных чувствах ко мне со стороны Густава, мне казалось несправедливым, что мы с Ником вынуждены так страдать.
Ведь получается, что по сути каждый получил свое. Все равно все сложилось бы именно так. 
Лариса ушла бы от Ника, а я все равно не смогла бы жить с Густавом. Даже ради принципов его папаши, что у них в семье не бывает разводов.
У меня не получилось бы переломить себя, запрятать свои чувства глубоко. Они все равно постоянно давали о себе знать.
И, вот, теперь, когда, казалось бы, что все встало на свои места, все летит верх тармашками, буквально выбивая у меня почву из-под ног. Неудивительно, что я так отвратительно себя чувствую.
Наконец, приходит моя очередь общения с подзащитным.
Я собираю всю волю в кулак, чтобы не показать Нику, как же мне плохо. Ему ведь ещё хуже. И я должна поддержать его, а не плакаться.
Захожу в знакомую комнату. Спустя пару минут приводят Ника. Стоит конвойному выйти, как я бросаюсь к нему на шею.
- Ник, - шепчу я и, все-таки, не сдерживаю слёз.
- Ну, чего ты? - он обнимает меня крепко-крепко.
 
- Прости, - я вытираю слезы и немного успокаиваюсь. - Как ты?
- А ты чего такая бледная? Я же тебе сказал, что все будет хорошо. Ты себя нормально чувствуешь?
Я лишь киваю. Зачем загружать его лишней информацией? Ему ведь гораздо хуже, чем мне. К тому же, его присутствие благотворно влияет на меня. Рядом с ним мне гораздо лучше.