Яд Лаоха 2 (СИ)

— Чертов Кощей, кто ж так добивается женщину? Учился бы у Яровита, — злобно сказала я когда открыла глаза. В окно бил яркий свет, а я отлежав на полу все свои косточки еле села. Шея затекла и болели почему-то ребра.
— Чернобог! — крикнула я. — Кощей-Мориарти! Иди, поцелую! Отпусти меня! Я в туалет хочу… и пить… сильно, — сказала я уже не так громко, так как першило горло.
Повертела головой, но ничего не изменилось, только температура в комнате стала комфортнее, поэтому я снова сняла с себя джинсы, завернула поплотнее простынь на себе и вышла за дверь. Приставила козырьком ладонь ко лбу, прищурилась и посмотрела вдаль. Ничего нет, один песок, оглядела свою комнату и это реально был просто куб с белыми бетонными стенами посередине пустыни. Обойдя сие странное жилье, я отошла подальше справить нужду. Солнце нагрело песок так, что носки уже не спасали мои ступни от ожогов, я спешила вернуться, но не могла быстро передвигаться, а когда, наконец взявшись за ручку, я начала тихо радоваться тому, что сейчас скроюсь в прохладе, но пришлось резко одернуть руку. Дверная ручка была горячая, как и сама дверь. Обернув руку тканью, заметила синяки от вчерашних моих щипаний, оглядев их я снова потянула за ручку, вот только дверь оказалась заперта.
— Не смешно, Чернобог, открывай, — крикнула я и схватилась за горло. От сухого воздуха и жажды гортань резко заболела. Я начала дергать ручку сильнее и при этом пинать дверь. Солнце стояло прямо над головой и совсем не было тени от этой коробченки. Я еще раз обошла ее и встала напротив окна. Камень найти бы, но походив в округе не нашла вообще ничего, кроме этого, проклятого песка. Тогда я снова обмотала руку и размахнувшись ударила по стеклу. Оно загудело, но не разбилось. Так, надо сильнее, но страшно. Всегда боялась порезаться, но голову уже напекло так, что начинало тошнить, поэтому разозлившись я ударила со всей силы. Меня откинуло на пару метров. Что это было? Нет он явно надо мной издевается!
— Чернобог! — хрипя позвала я. От этого падения и жары голова еще сильнее закружилась, появились рвотные позывы и я, встав на четвереньки поползла к двери. Подергав еще раз ручку, накинула на голову и плечи край простыни, села облокотившись спиной к двери и уперлась лицом себе в колени. Кожу нестерпимо жгло даже через ткань, дышать становилось все труднее и закрыв глаза, я подумала: «Неужели я тут умру? Что-то плохо они заботятся о хранительнице какой-то там искры».
— Что ты натворил? — вдруг слышу я гневный голос Живы.
— Приведи ее ко мне, — злобно сказал кому-то Кощей.
— Повелитель, я просто с ней немного поиграла, ты же приказал развлечь ее. Я не знала, что она такая слабая, — услышала я изворотливо-слащавый женский голос.
С трудом приоткрыв левый глаз и сосредоточившись, я разглядела, как в середине огромного помещения похожего на храм, стоит худощавый блондин в черном строгом костюме со сложенными руками на груди, а рядом с ним на коленях стоит красивая черноволосая девушка. Она с лукавым выражением лица смотрела на то, как Кощей-Мориарти медленно к ней подходит.
— Прости меня, я отработаю свой проступок, так как ты любишь, — пролепетала она соблазнительным голосом и облизав губы расстегнула облегающую блузку, оголив внушительную грудь без нижнего белья, но Мориарти даже не взглянув на ее прелести, молча подошел и положил свою ладонь ей на голову. На ее прекрасном лице тут же пропала улыбка и издав пронзительный визг она превратилась в пыль. Я вздрогнула и распахнула оба глаза.
— Тише, не двигайся, — произнесла Жива, своим нежным голосом. Успокаивающе погладила меня по голове и ладонью прикрыла мне глаза. Я зажмурилась и почувствовала, как побежали слезы. Глаза болели и было ощущение, словно в них песка насыпали.
— Я приказал ей принести Ирине угощений и дать каких-нибудь развлечений, чтобы не скучала, пока я был занят. Я не думал, что она посмеет ослушаться моего приказа, — вдруг сказал Чернобог.
— Зачем ты ее вообще там запер?
— Я просто хотел пообщаться.
 
— Верните меня мужу, пожалуйста, — прохрипела я.
— Помолчи, пожалуйста, я скоро закончу, — ласково попросила меня Богиня.
Я замерла и попыталась расслабиться, но легкие при каждом вдохе горели огнем, а горло раздирало как при ангине. Во рту была пустыня, а язык ощущался инородным телом. Полежав так немного, я не вытерпела и попросила:
— Можно воды?
Тут же почувствовала, как мне приподняли голову и к губам приставили емкость. Я приоткрыла рот и с каждым глотком я ощущала, как возвращаются ко мне силы и все меньше болит горло при глотании. Я жадно пила, не желая останавливаться, но эту емкость резко убрали.
— Тебе хватит, — услышала я голос Кощея.
Вздохнув, я облизала сухие губы и отвернулась в другую сторону. Мне не хотелось, чтобы они смотрели на мое лицо. Немного расслабившись, я прислушалась к своим ощущениям. Там, где проводила рукой Жива я чувствовала покалывания и тепло.
— Заберите у меня Вашу искру, пожалуйста, — прошептала я.
— Не могу. Без нее ты не удержишься в теле, а ты ведь сама просила меня тут остаться.
— Я ж не знала. Что такое искра?
— Я не буду подробно рассказывать, так как тебе не нужно об этом знать, но скажу основное — мы не вечны, а дитя, рожденное с искрой прожив первую обычную человеческую жизнь, после физической смерти станет как мы. Чтобы продлить наше существование… Как же тебе объяснить понятными словами? Мы… скажем так, впадаем в анабиоз и пока мы спим один из нас приглядывает за этим миром.
— Дайте угадаю, сейчас был черед Чернобога, а я Вас раньше времени разбудила.
— Ну почти. Тебе придется сделать выбор. По-другому никак. Либо ты покинешь это тело и уже не гарантирую тебе возвращение в твой мир и тем более перерождение.
— Это шантаж. Вы все это заранее придумали и просто меня загоняете туда куда вам нужно. Правду вы мне все равно не расскажете, а слушать вранье я не хочу. Могли бы взять силой, но скорее всего я должна родить добровольно иначе искра не перейдет ребенку. Я права?
— Дерзкая девчонка, — вдруг воскликнул Чернобог, а я только сильнее зажмурилась.
— Нет, ты не права. Я понимаю, почему ты злишься, но другого выхода нет. Выбор делаешь ты.
— Хорошо, а сколько дадите времени? И да, Чернобог, ты профукал свое счастье, я добровольно никогда тебя не выберу, так что зовите давайте Яровита.
— Не трогай ее! — воскликнула Жива, а я оказалась словно под водой. Звуки приглушены, вдохнуть не могу и тогда меня начало дергать как в конвульсиях. Я открыла глаза, но ничего не видела.
— Тише, тише, это я, — услышала я голос Дамиана. Он крепко сжимал меня в своих объятиях. Я сделала вдох, потом другой и обхватила его со всей силы.
— Как же ты меня напугала. Браслет не помог.
— Сколько времени я спала? — прохрипела я, начиная понемногу видеть очертания комнаты.
— Почти двенадцать часов. Мы доехали до Чатема и остановились в гостевом доме. Как только будешь готова ехать дальше, мы сразу же выдвинемся.
После случившегося я уже не хотела искать храм Богини и вообще уже ничего не хотела. Ощущения были такие же когда Кощей забрал у меня двадцать лет. Что если он снова отнял мои жизненные силы? Интересно сколько сейчас? И могу ли я верить словам Богини что, восстановив храм, она вернет мне эти годы? Я не стала ничего говорить Дамиану. Отпустив его, я снова положила голову на подушку и прищуриваясь оглядела комнату. Спальня, в которой нас поселили была с очень старым ремонтом и мебелью. Выкрашенные стены в бежевый цвет, а может и не бежевый местами были в трещинах. Когда-то бордовые шторы, что плотно закрывали окна, были настолько застираны, что в некоторых местах просвечивали потёртости. А из-за включённой на прикроватной тумбочке тусклой лампы и бордового торшера в комнате был полумрак. В углу стоял шкаф с просевшими дверцами и кресло с обшарпанной обивкой. Видимо тут не часто бывают гости, и в подтверждении своей мысли в углу под потолком я увидела паутину. Как я могла разглядеть ее в таком полумраке вообще не понятно.