Как песок сквозь пальцы (СИ)

Омегу штормило от этой тихой и какой-то робкой ласки. Он задрожал, как в ознобе. Крепкое тело сразу прижалось, упираясь в бок каменным стояком. В ухо уткнулись теплые губы и, вздохнув, прошептали:
- Тебе холодно, мой Ясмин? Ты позволишь тебя согреть?
Хотелось заорать «ДА!» Одиннадцать лет воздержания не прошли даром. Альфу не просто хотелось, а просто до ужаса Х О Т Е Л О С Ь! Просто до судорог, до пересохшего горла. Пока Дэйчи сглатывал и пытался выдать хоть звук, в дверь постучали.
- Беда, господин!
Дэйчи даже не успел глазом моргнуть, как Салах сорвался с кровати и оказался у двери. Он приоткрыл дверь, там стоял бледный бета и испуганно смотрел на альфу.
- Только что приехали из города, ваша сестра умирает, эмира нет в доме, оми просил, чтобы вы его сопровождали.
- Хорошо, передай оми, что я буду его сопровождать. И скажи моим людям, чтобы седлали лошадей и приготовили паланкин для оми.
Салах быстро натянул штаны и рубашку с длинными рукавами, перепоясался широким ремнем и достал из небольшого шкафчика ятаган. Он так привычно прикрепил его к поясу, как будто это был мобильный телефон и, подхватив халат, подошел к перепуганному Дэйчи, который сидел на кровати, отчаянно прикрывая подушкой неопадающий стояк.
- Не волнуйся, Ясмин. Мы давно уже к этому готовы, я рад, что смогу проводить сестру в последний путь. Позавтракай и жди меня.
Салах провел пальцем по скуле омеги и стремительно выскочил из комнаты. Дэйчи прислушался, вдалеке в доме слышался плач и причитания. Он встал и попытался успокоиться. У людей горе, а его развезло как мартовского кота! Надо выяснить, где сын. Омега прошел по комнате, заглядывая в шкафы. В одном шкафу было оружие, в другом одежда Салаха, а в третьем - учебники! Много учебников, начиная с первого класса и до выпускного. Дэйчи узнал учебники, которые были у сына и улыбнулся. Не найдя подходящей по размеру одежды он не нашел ничего умнее, как завернуться в простынь как в тогу и попытаться разыскать для себя одежду. Но далеко идти не пришлось. За дверью сидели трое слуг, один из них, увидев вышедшего Дэйчи, развернулся и бросился из комнаты. Двое других остались сидеть возле стопок с одеждой.
- Мы ждали, когда нас позовут, - пояснил молодой человек в белой одежде и васильковой жилетке. - Где господин хочет переодеться?
Дэйчи отступил назад и опять оказался в комнате Салаха. Ему на выбор принесли два платья персиковое и алое и шлепки к ним. Если бы рядом был Салах, то Дэйчи бы с удовольствием на него поорал за подобную одежку, а так пришлось молча одеться. Главное, найти свои чемоданы и с этим балаганом можно будет завязать! Пока Дэйчи путался в широком подоле и пытался справиться с рядом мелких пуговичек на животе и груди, в комнату зашел Айдан. Дедуля был прелестен в бирюзовом платье с широким золотым ожерельем с красными камнями, похожими на рубины. Волосы были собраны в высокую прическу, открывая безупречную лебединую шею и крупные серьги.
- Ну как? Вы завершили, наконец, свои брачные обеты? – спросил жада, изогнув игриво бровь.
- Нет, – Дэйчи хотел рявкнуть, что это не его дело, но похоже, что ЭТО было именно его делом! – Нас прервали. У Амина умирает ребенок? И ничего нельзя сделать?
- К сожалению, нет. Жалко Амина, это такое горе, когда умирает твое дитя. Ты помнишь его совсем крохотным и милым, а приходит время, и ты сидишь у постели старика и ловишь в морщинках детские ямочки и нежный взгляд.
- М-м простите… - Дэйчи растерялся.
- Ты забываешь, что мы омеги, – Айдан горько улыбнулся, - у Амина было семеро детей, пятеро бет и двое альф. Двое детей уже погибли, один пропал без вести, он ушел с караваном и потерялся в пути, а сегодня умирает первенец – дочка, ей исполнилось семьдесят девять. Она умирает от старости, просто пришло ее время. Ее дети предупредили оми, что скоро придет срок. Второй ребенок был альфа – Саид. Слава Аллаху, он стал эмиром в соседнем городе. В тот год, когда у нас родился второй ребенок альфа, к нам приехал сосед и попросил отдать одного альфу в наследники. Отдавать новорожденного не хотелось, но и ругаться с соседом тоже, и мы предложили старшему сыну пойти наследником, Саиду тогда было пятьдесят семь лет, он уже давно помогал отцу с делами и был опытным визирем. Такое решение устроило всех, через год Саид возглавил эмират вместо умершего соседа. У Амина остался еще один сын бета, твой ровесник. Он содержит гостиницу в центре города. Когда детям-бетам исполняется шестнадцать, им дают приданое, и они покидают гарем. Иногда они выходят замуж женами или младшими супругами. Наши дети красивы и образованы, любая семья рада видеть их в своем доме. Иногда они открывают свое дело. Когда наш младшенький бета уходил из дома, он сманил с собой гаремного повара, и теперь в его гостинице самый лучший ресторан в городе.
 
Айдан подошел к окну и обнял себя за плечи, будто замерз. Дэйчи подошел и заглянул ему в лицо. Казалось, что омега смотрит не в окно, а куда-то вглубь своих воспоминаний. Его губы подрагивали, но он не издавал ни звука. Почувствовав взгляд, он дернулся и улыбнулся.
- У меня было девять детей, - улыбка Айдана была горькой, как полынь, - я помню их всех. Как они были маленькими, как тянули ко мне ручки и звали «оми», делали свои первые шаги. Я помню, как они уходили из гарема, полные надежд, а еще я помню, как закрывал глаза старикам, в которых превратились мои детки. Это страшно, время так беспощадно к людям, – Айдан вздохнул. – Но у меня остался мой сын-альфа, мой красавец Айюб. Когда я смотрю на него, то я вспоминаю своего мужа, и сердце мое наполняется гордостью и нежностью, – жада улыбнулся и опять стал выглядеть молодо и прелестно.
- Айдан, - Дэйчи был смущен, но любопытство победило, - я слышал, что альфы живут лет по двести, а сколько лет живут омеги?
Айдан засмеялся, как хрустальный колокольчик, весело и беззаботно, как ребенок.
- Омеги на Сабахе живут столько, сколько сами захотят! – глаза Айдана сверкали, как драгоценные камни, - я слышал, что есть омега, которому больше трехсот лет! Омега живет, пока ему есть ради чего жить, пока ему интересно! А вот когда утром омега понимает, что у него нет интереса подниматься с постели, то тогда на него нападает черная хандра, и если у омеги не найдется смысла в жизни, то к обеду он умрет. У нас в гареме недавно умер наложник, совсем молодой, ему было двадцать три года. У него умер биби, и он долго плакал, а утром не встал с кровати, сына не было в доме, мы пытались его растормошить и заставить подняться, но он слабел на глазах, жизнь вытекала из него, как вода из дырявого кувшина, и к обеду он умер. Когда умирает повелитель, бывает, что следом за ним в первый же день умирает и большая часть гарема. Когда умер мой муж, то из двадцати омег к концу недели у нас осталось трое. Я остался жить ради сына, и смог уговорить двух своих друзей остаться жить ради меня, чтобы мы могли вместе вспоминать нашего любимого. Но сейчас я остался один. Амин хороший супруг, но он взбалмошный и эгоистичный, и я не могу оставить гарем сына на него, он слишком увлекается интригами и падок на лесть. Он вполне может превратить жизнь моего сына в ад! Так что, мне есть ради чего жить!
Айдан обсмотрел Дэйчи со всех сторон и остался доволен.
- У тебя пока только два платья, за ночь не успели сшить больше, но ты не переживай, к концу декады у тебя будет полный гардероб. А вот украшения тебе будет дарить муж, за любовь и ласку!
- Я не хотел бы ходить в платье, это неудобно, я привык ходить в брюках. Я собираюсь ходить в костюмах, в которых привык!
- Глупости, - беззаботно взмахнул рукой жада, - ты привыкнешь! Платье это очень удобно! Неизвестно когда тебя захочет повелитель, зачем путаться в одежде? А здесь все быстро, ап! – омега задрал подол и продемонстрировал голые ноги, – и ты всегда готов! Платье, это удобно и прохладно, ничего не давит и не натирает!
- И все же я бы хотел ходить в брюках! – уперся Дэйчи.
- Ну, хорошо, - Айдан что-то рассмотрел в глазах омеги и согласился, - я скажу, чтобы тебе сшили штаны и тунику, но только местного фасона. Ваши облегающие одежды здесь неуместны и неудобны! Идем, я тебе лучше покажу, где ты будешь жить. Это спальня Салаха, и только ты решаешь, кто здесь спит. Альфа, конечно, может навестить наложника в его комнате или поймать где-нибудь в доме, но в спальню они заходят только с твоего разрешения, это закон гарема. Все комнаты в доме имеют двери между собой и во внутренний двор, чтобы можно было попасть в свою комнату с улицы. И только в комнату господина ведет одна дверь. Только ты решаешь, кто ее откроет, ты понял? Идем дальше.