От звезды до звезды. Беглецы (СИ)

– Не смею мешать, – с характерным акцентом сказал он. – Яволь, herr Jonge!
Коготь добрался до паха, перешел на внутреннюю сторону бедра и оказался под самыми яйцами. Еле касаясь, пощекотал промежность, и Йонге передернулся от удовольствия.
– Черт с тобой, – сдался он. – Давай, что ты еще выдумал.
Сайнжа фыркнул, убрал руку и сел. На всякий случай Йонге поспешил сесть тоже. Пару мгновений яут осматривал его, будто оценивал, а затем стремительно наклонился, и здоровенная башка оказалась у Йонге между ног. Инстинктивно упершись в постель, Йонге поджал ноги. Сайнжа наклонился чуть ниже, и для начала смачно облизал наполовину привставший член. Первый пилот на мгновение расширил глаза, но веки мигом отяжелели, и он протяжно выдохнул.
Уверенные и сильные движения языка заставляли поджимать пальцы, не хуже яута впиваясь в простыню. На мгновение посетила будоражащая мысль – как относятся к очевидным следам на белье служащие отеля – но быстро испарилась, стоило только Сайнже перейти от облизывания к отсасыванию. На мгновение кожу царапнули клыки, но Йонге стиснул зубы и удержался от вскрика. Боль тут же растворилась, а удовольствие сделалось еще острее.
Рудольф разлегся на боку, небрежно согнув колено, и неторопливо занялся собственным удовольствием. Против воли Йонге то и дело скашивал взгляд, и очень быстро два потока чувств начали сливаться в один общий. Рудольф почти перестал двигать рукой, сосредоточившись на одном-единственном движении – указательный палец настойчиво поглаживал уздечку. Йонге даже видел, как набухают вены, выдавая отчаянное напряжение, чувствовал оттягиваемое удовольствие. Вкупе с ласками Сайнжи крышу срывало быстрее, чем Фелиция прыгала от маяка к маяку.
– Сайнжа… ох… ты… хватит…
Яут приподнял голову, задумчиво пощекотал языком у самых яиц напоследок и удовлетворенно кивнул.
– Тогда сделаем то, что я придумал.
Йонге закатил глаза. Яут умудрялся нервировать даже на самом краю оргазма.
Сайнжа поджал ноги и основательно устроился на собственных пятках. Похлопал себя по бедру. Вздохнув, Йонге двинулся к нему.
– Повернись, – качнул головой Сайнжа. – Спиной ко мне.
– Я не уверен…
– Точно понравится, умансоо.
– Давай, herr Jonge, пользуйся всеми преимуществами, – протянул Рудольф. – С людской анатомией так хрен раскорячишься.
Йонге хлопнулся на бедра яута. Сайнжа подтолкнул его в спину, и Йонге оперся ладонями на широкие колени. Сайнжа прихватил его за щиколотки и чуть-чуть потянул, раздвигая и без того разъехавшиеся ноги. Член Йонге оказался прямо между стиснутых бедер яута, удачно вместившись в образовавшуюся ложбинку. Кожа здесь была твердой, но не жесткой, и Йонге на пробу поерзал, тут же с удовольствием обнаружив, что все это очень приятно. Сайнжа восторженно заклекотал, обхватил Йонге за бока почти подмышками и с силой провел вниз, заставляя выдыхать. Клыки коснулись загривка.
– Теперь сможешь двигаться, как захочешь, – сказал Сайнжа. – Если пожелаешь.
Йонге молча чуть приподнялся. Услышал, как раскрывается защитная складка, ощутил прикосновение гибкого пениса и сам подался вниз, старательно насаживаясь. Сайнжа ослабил хватку на боках, придерживая его самыми подушечками пальцев. Йонге снова приподнялся и опустился. Еще раз и еще.
– Нет, – наконец, сдался он, – это все не то. Давай сам!
– Лентяй, – усмехнулся Сайнжа ему в затылок.
Йонге приподнял плечо, невольно защищаясь и уже собираясь перейти к ответным обвинениям, но Сайнжа чуть-чуть сжал пальцы, член дернулся – и мгновенно притерся точно в нужное место. Йонге вздрогнул, как от электрического удара. Сайнжа повторил. Йонге чувствовал, что он делает это почти лениво, но снова прикосновение к простате было сродни вспышке в животе. Йонге перенес весь вес на руки и все-таки задвигался – только ради того, чтобы простимулировать собственный член.
В их временном жилье было тепло, даже душновато. Пленка пота быстро покрыла оба тела, и скользящие движения сделались еще легче и приятнее. Йонге хватал воздух ртом, глотая стоны, но они все равно иногда прорывались, эхом отдаваясь у него в ушах. Он поворачивал голову, прижимался губами к собственному плечу и жмурился, не в состоянии сопротивляться восхитительным ощущениям.
 
Окончательно убедившись, что Сайнжа никуда не торопится, Йонге перестал пытаться встроиться в чужой ритм, и предоставил Сайнже самому медленно раскручивать спираль наслаждения. Сайнжа сунул одну руку вперед, накрыл ладонью низ живота Йонге, и принялся поддавливать на каждое движение своего члена. Словно хотел почувствовать его сквозь стенку из мышц и кожи. Йонге попытался возразить, но короткие движения неожиданно тоже оказались приятными. Он чуть переставил руки, чтобы большие пальцы оказались над собственным членом, низко опустил голову и полностью сосредоточился на мастурбации.
Сайнжа невесомо хватал его клыками за загривок, и Йонге уже почувствовал приятную истому, обещающую скорое наступление оргазма, когда яут остановился. Йонге повернул голову, Сайнжа обхватил его за пояс и резко снял с себя. Короткий всплеск удовольствия от стимуляции ануса быстро потух.
– Эй! Ты чего?!
– По моим правилам, – усмехнулся яут. – Рхудо-о’ф, иди же ко мне, твоя очередь.
– Еще чего! – взвыл Йонге.
Но Сайнжа уже толкнул его в сторону, заставив свалиться в подушки.
Выковырявшись из синтетических объятий, Йонге с бурным негодованием обнаружил, что Рудольфу совершенно чуждо чувство справедливости. Механик с готовностью занял освободившееся место, тоже развернувшись спиной к яуту. Сайнжа полностью откинулся на подушки, Рудольф уперся ему в грудь обеими руками и даже поставил пятки на тазовые кости партнера.
– Нихрена себе! – опять возмутился Йонге.
– Можешь не смотреть, – предложил напарник.
Ухмыльнулся, сверкнув белыми зубами, и на пару секунд свел колени, зажимая между них настойчиво вздрагивающий член Сайнжи.
Йонге действительно собрался отвернуться, но мгновением позже Сайнжа чуть двинулся, член резко сократился и уперся в человеческую задницу. Сайнжа ощутимо поднажал – и у напарника мгновенно сделалось такое блаженное лицо, что отводить взгляд казалось преступлением.
Йонге уставился на Рудольфа во все глаза. Мускулы напрягались так, что в тусклом освещении каждая мышца резко проступила, обрисованная собственной тенью. Пальцы почти впивались в яутскую шкуру. Живот почти ходил ходуном от частого дыхания. Сайнжа стиснул в кулаках простыню и чуть подтянул пятки к себе, разводя колени.
Йонге несколько секунд бездумно пялился, как подкидывает напарника, осваивающего позу из яутской камасутры, фыркнул и решительно присоединился. Остаться в стороне он не мог.
– Хер с вами, – сказал он, упираясь в колени яута и нажимая, пробуя заставить Сайнжу расставиться еще больше. – Давай, великий извращенец, расставь ноги. Вместе так вместе.
– Наконец-то и ты фантазируешь, – клекотнул Сайнжа.
Физиономию его Йонге не видел. По большому счету он вообще видел только собственного напарника, а вернее – его раскачивающийся от движений член. Рудольф закрыл глаза и шумно, жадно глотал воздух.
Тряхнув головой, Йонге подвинулся еще ближе и осторожно положил ладонь в промежность яута. На мгновение стало стыдно, что он так и не озаботился знакомством с чужим интимным строением, но пальцы тут же нащупали приглашающе отодвинутую складку и без малейшего усилия проскользнули внутрь. Сайнжа зашипел.
– М-м!
Рудольф тут же среагировал. Йонге по синхрону словил, как безумно хорошо делается от разбухшего члена, буравящего растянутый анус. В голове замкнуло окончательно. Он пошевелил пальцами, выдернул руку, облизал, почувствовав странный острый вкус, и придвинулся вплотную. Вновь ухватил Сайнжу за колени и одним движением засадил по самые яйца.
Стон и рычание прозвучали одновременно. Сайнжа мгновенно свел руки, подхватывая Рудольфа под бедра, и толкнул выше, наполовину стягивая с себя. Йонге яростно задвигался: одному получить удовольствие от столкновения с яутскими рудиментами все-таки было сложно. Но он ловил глейтерный отклик, и лучшую приправу сложно было представить.