От звезды до звезды. Беглецы (СИ)
– О-о!
Йонге стиснул ягодицы. На удивительные способности яутского хера это не повлияло, но самому Йонге тут же сделалось еще лучше. Уши и щеки горели, кончики пальцев на ногах быстро начали неметь, и зародившееся в животе удовольствие потекло к груди и плечам, перебивая дыхание и поджимая пульс до бешеного грохота в висках.
Движение рядом Йонге не услышал, а почувствовал – с трудом приоткрыл глаза и обнаружил, что Рудольф вновь подобрался на предельную дистанцию. Язык не ворочался, и Йонге так и не возразил, когда напарник сложил два пальца в кольцо и начал гонять по его члену.
Биение крови делалось все сильнее. Член Сайнжи двигался с неумолимой старательностью, Рудольф практически синхронизировался с этим движением, и Йонге полностью растворился в накатывающих волна за волной ощущениях. Особенно его восхищало, как медленно набухают поперечины на длинном члене, и он начинает стимулировать и без того растянутый анус в два раза сильнее.
Секс на грани полуобморока продолжался так бесконечно долго, что Йонге успел решить: он помрет в техотсеке, загнутый в непривычную позу, но хотя бы счастливым.
Движение ускорилось, Рудольф тяжко задышал и тоже начал быстрее двигать пальцами. Йонге застонал. Терпеть дальше не было никаких сил. Виски ломило от возбуждения.
– Башка лопнет! – фраза неожиданно выскользнула сама собой. – Я… А-а!
И оргазм, пробивший его от пяток до затылка, был таким же внезапным и резким. Сметающим все аргументы и протесты. Йонге оттолкнулся, выгибаясь и поднимаясь еще выше, чуть не свернул шею, стеная сквозь зубы. Рудольф крепко сжал ладонь, оставив свободной только головку. Еще одна горячая волна – и на лицо Йонге угодили теплые брызги.
Он не открывал глаз, бедра все еще сжимались, все внутри ныло и дрожало от удовольствия, а по лицу уже скользнула жесткая ладонь, стирая капли. Почти в самое ухо прозвучал короткий смешок. Йонге попробовал приподняться выше, продлевая оргазм, застыл на самом пике – и медленно провалился в откат. Руки перестали держать, он опустился и повернул голову на бок.
Едва не хрипящий от сдерживаемого напряжения Сайнжа силком разжал его ноги, наклонился и осторожно поставил на пол. Йонге плюхнулся пятой точкой на теплый пластик, застонал и съехал с ящика, чуть не ободрав спину. Невероятным усилием воли открыл глаза.
Сайнжа плотоядно уставился на механика. Тот почти вызывающе упер руку в бедро, и его член выразительно качнулся. Йонге прикрыл ладонью пах и со смутным интересом приготовился наблюдать. Если бы ему сейчас приказали встать и бежать, он не смог бы даже двинуться.
– Я осторожно, – щедро сказал Сайнжа. – Устраивайся, как захочешь.
– Тоже хочу экзотику, – мгновенно определил Рудольф.
– У тебя же болят ребра, умансоо, – защелкал яут.
– Ошибся, остаточные фантомные боли.
– А кто вопил, чтобы я не трогал?
– Обязательный отыгрыш, – нашелся Рудольф.
Сайнжа сделал шаг, огибая ящик и первого пилота. Йонге обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Сайнжа хватает Рудольфа за руку и рывком дергает к себе. Под глухой звук столкновения и проклятья на берлинском Йонге блаженно закрыл глаза.
Погрузиться в дремоту не получилось – синхрон пошел возбужденными волнами – и Йонге снова чуть повернулся. Сайнжа так и стоял к нему спиной, полностью скрывая партнера. Йонге разглядел только руку, вцепившуюся в дредлоки и почти вывернутую этим движением из плеча, да ноги, крепко стиснутые вокруг бедер Сайнжи. Яут обеими руками придерживал механика поперек корпуса – видно, все-таки оберегал ребра.
Горячие волны гуляли по всему телу. Собравшись с силами, Йонге взялся поддрачивать, но с досадой обнаружил, что после стояния на голове уже ни на что не способен. Осталось расслабиться и наслаждаться чужими ощущениями. Раскручивались они стремительно, но сквозь пелену полусна пробивались едва на треть. Йонге все-таки запихнул руку между ног и повернулся, сжимая бедра. Рудольф и Сайнжа на пару хрипели, стонали, задыхались, вынуждая свидетеля ежиться и с удовольствием вздыхать.
Йонге поклялся себе, что еще десять секунд и он поднимется, пусть даже на карачках доползет – всего-то два шага – и страшно, изобретательно отомстит.
Рудольф мычал так вдохновенно, что волоски на ногах шевелились. А сами ноги – нет.
На моменте чужого сдвоенного оргазма Йонге прикусил себе язык.
Сайнжа стоял долго, Йонге успел досчитать до двухсот сорока. Потом все-таки дернулся и завозился, снимая с себя драгоценный груз.
– Ух, я думал, сломаю что-нибудь, – почти весело сказал Рудольф.
Босые ноги зашлепали рядом. Йонге покосился на голые икры, и напарник присел рядом. Сайнжа пошевелился где-то за спиной, и Йонге в затылок уперлась широкая пятерня. Ящик поехал наружу.
– Сайнжа, прекрати.
– Мешает.
Избавившись от ящика, Сайнжа разлегся на полу и взял на себя роль углового дивана, позволив напарникам привалиться к нему. Едва Йонге вновь настроился подремать, как сквозь довольное пощелкивание прорвались внятные слова.
– Раз, два, один, много…
– Что ты там бормочешь? – не выдержал Йонге.
– Хрмф!
Йонге ткнул кулаком и попал. Яут заворчал, похлопал его по бедру и довольно заклекотал.
– Подсчитывал, – пояснил он. – Считал удовлетворенность.
Рудольф настороженно замычал и поерзал, пристраиваясь на яутском животе поудобнее.
– Одного человека было бы мало, – продолжил Сайнжа. – Двое много лучше.
– Конечно лучше, – буркнул Йонге. – В одиночку тебя хрен поимеешь.
Яут опять заворчал и перешел к едва слышному удовлетворенному клекоту. Йонге поворочался. Сон безнадежно пропал, и он вновь пихнул яута в ребра.
– Кстати, что это у тебя все-таки за рудимент?
– Хм-м?
– Каал-ли, я имею в виду.
– Я же говорил – рудимент. Примерно как у вас.
Йонге развернулся и с любопытством уставился в рожу яута. Тот слегка мерцал глазами. Верхние клыки довольно подрагивали.
– Не помню такого, – сказал Йонге.
Сайнжа сунул руку ему между ног и потыкал когтем прямо в яйца. Первый пилот яростно зашипел, и яуту досталось уже ногой.
– У нас первичны женщины, – сообщил Сайнжа, как обычно не среагировав на удар. – Поэтому рудимент – от несостоявшегося женского начала.
– Но это только под наши размеры тянет, – задумчиво пробормотал Йонге. – А под ваши?
– Что?
– Вы-то друг с другом как?
– Не скажу.
Диалог из карнажского притона повторился почти слово в слово. Сайнжа помолчал и продолжил.
– Я же не спрашиваю, почему вам нравится, когда я имею вас туда, откуда вы гадите.
Рудольф, до сих пор притворявшийся спящим, всхлипнул и гнусно заржал.
========== Глава 11 ==========
Попискивание сигналки вынырнувшего буя действовало на нервы. Йонге неохотно приподнялся, но Рудольф ухватил его за локоть.
– Я могу здесь вызвать приоритетные окна. Только поиграю чуть-чуть.
– Прокладка точных маршрутов в техотсеке, – проворчал Йонге. – Вопиющее нарушение всех правил.
– Мы же самый необычный экипаж, – ухмыльнулся Рудольф. – Дайте мне вон ту консольку, пилот Далине.
Йонге потянулся и достал невесомую игрушку. Рудольф в три движения развернул ее на два тончайших листа и принялся набирать команды. Опираясь на живот яута голыми плечами, Йонге машинально подумал, что Рудольф почти всегда все делает руками. Ему явно больше нравилось прикасаться к “Фелиции”, чем сливаться с ней мысленно.
– Вот, пожалуйста, – сообщил Рудольф. – Прошу!
Ткнул пальцем – и над головами экипажа, слегка под уклоном, развернулся экран, отороченный маркерами приоритетности.
Йонге все-таки сел. Сайнжа тоже поднялся. Рудольф заворчал и присоединился.
– Заседание клуба голых объявляю открытым, – не преминул съязвить он.
– Так, – Йонге с хрустом вывернул пальцы. – Сейчас нам понадобится один комбинированный запрос. Собственно, координаты ближайшего узла, планеты или чего угодно, лишь бы там был Арбитраж.