Сделка (СИ)

 Сегодня, в четверг, все было так же, как и всю предыдущую неделю, то есть на редкость хреново. Трюмпер смотрел с гневным высокомерием, Билл смущался, переживал, но виду не показывал, мечтая дожить поскорее до субботы. День выдался нервным, но на удивление быстрым.
 - Привет, - поздоровался Джесси, перед последним уроком подходя к его парте.
 - Привет, - неуверенно отозвался Билл, и быстро глянул на Трюмпера.
 Том что-то о-о-о-чень старательно и сосредоточенно писал в тетради. Билл его не понимал. Ну, вот вообще. Какого черта он злится так, словно это его обидели и выгнали, а не наоборот?! Все нервы вытрепал уже за эту неделю, основательно перед этим унизив. Ставшую почти привычной тоскливую меланхолию медленно и неизбежно начала вытеснять злость.
 - Ты что-то хотел? – уже уверенно и спокойно поинтересовался у Джесси Каулитц.
 - На вечеринку пригласить, - солнечно улыбнулся Маккартни. – Завтра. Или у тебя снова дела?
 Краем глаза Билл видел, как Том подобрался, словно приготовившаяся прыгнуть на добычу рысь. Гордо выпрямив спину и прижав для моральной поддержки руку с резинкой посильнее к боку, Каулитц решительно проговорил, назло всем врагам, точнее одному конкретному желтоглазому хищнику:
 - Нет, я совершенно свободен и с удовольствием приду, если ты не против.
 - Не против, абсолютно, - усмехнулся Джесси, глядя на него с любопытством и удивлением. – А вы с Трюмпером поссорились, что ли? Не разговариваете совсем и так смотрите друг на друга, что лично мне страшно становится, хотя на прошлой неделе почти неразлучно вместе ходили…
 - Да, нет… нормально всё. Просто у нас кое-какие дела были, а теперь закончились, – отговорился Билл полуправдой. – Это отменяет приглашение? – от сверлящего висок взгляда в голове было пусто и больно.
 - Нет, - пожал плечами Джесси. – Только не подеритесь по пьяни, - Каулитца веселость собеседника начинала раздражать, но, уговорив себя, что это всего лишь из-за состояния общей нервозности, он улыбнулся максимально ласково и попросил:
 - Дашь адрес? – и, получив желаемое, поблагодарил: - Спасибо. Я приду, - справился. Он выдержал. Билл очень собой гордился в эту минуту. Он молодец.
 Дальнейшие сутки проскочили как припадочные, оставив после себя окончательно расшатанные нервы и удивленное: «Уже всё?!». Билл сам толком не понял, как так получилась, что он стоит в прихожей перед зеркалом ярко накрашенный, полностью готовый, и пора уже выходить. Больше всего сейчас хотелось взлететь по лестнице, закрыться в своей комнате, да еще и под одеялом спрятаться, чтобы точно никто не достал.
 Но Билл знал, что не сделает этого, обязательно пойдет и будет веселиться, и Джесси улыбаться будет тоже. Ласково и нежно, хоть и не нужно это ни одному из них. Но поступить по-другому не позволит гордость и так уже основательно пострадавшая.
 - Блин, словно на битву собираюсь, только военная форма какая-то странная… - тихо посмеялся он сам над собой, разглядывая в зеркале отражение.
  
 Яркий, даже экзотичный, без ложной скромности красивый и недоступный, в привычном переплетении черного цвета и металлического блеска. Совершенно гладкие на этот раз волосы, огромные печально-загадочные глаза, чуть блестящие от бальзама губы, внимание к которым привлекала родинка. Хоть это было и несколько нескромно, но то, что он видел, Биллу нравилось.
 - К черту всё! И Трюмпера к черту! – выдохнул он и, схватив куртку, выскочил за порог, хлопнув дверью.
 Когда Каулитц подошел к нужному дому, вечеринка уже была в самом разгаре, сообщая о себе громкой музыкой и слышным даже с улицы смехом. Билл зашел и огляделся по сторонам, уговаривая себя, что ищет именно именинника, для того чтобы отдать подарок. Джесси видно не было.
 Среди знакомых лиц одноклассников, мелькали менее знакомые лица учащихся в параллели и несколько каких-то незнакомых совершенно. Билл успел поболтаться по дому, выпить стакан пива и даже потанцевать с какой-то девчонкой, имя которой он не помнил, но откуда-то точно знал, что она любит персидских кошек, прежде чем именинник почтил его своим вниманием.
 - Билл! – радостно, словно ждал только его, воскликнул Джесси.
 - Привет, - поздоровался Каулитц, протягивая плоскую квадратную коробочку. – С днем рождения.
 - Спасибо! - воскликнул Маккарти и с детским любопытством принялся развязывать небольшой красивый бантик, который всё никак не хотел поддаваться. – А что там?
 - Ничего особенного, просто пара дисков с играми. Я не знал, что подарить, а они недавно вышли, надеюсь, у тебя таких еще нет, - улыбнулся Билл и добавил, видя безрезультатную борьбу с нежелающим уступать украшением: - Потом посмотришь.
 - Ладно. Спасибо. Еще раз, - с искренней благодарностью отозвался Джесси и вдруг громко крикнул, помахав кому-то рукой: – Энн!
 Буквально через несколько секунд к ним подплыла красивая миниатюрная блондинка, улыбчивая и ясноглазая. Билл знал ее. Анна Брукс училась в параллельном классе, была милой, скромной, ясной, чем-то даже похожей на женский вариант Маккартни, и чисто по-человечески Каулитцу нравилась.
 - Вы знакомы? Это моя девушка, Анна. Она, наконец, согласилась со мной встречаться. Я счастливчик, - в голосе Джесси было столько неприкрытой любви и гордости, что у Билла что-то защемило внутри, хотелось, чтобы и о нем кто-то так же говорил, точнее не кто-то, а…
 - Очень рад за вас, - почти не соврав, выдавил Билл, запрещая себе додумывать мысль до конца. – Пойду, пообщаюсь с народом, выпью чего-нибудь…
 - Веселись, - отозвался Джесси, все мысли которого уже были заняты стоящей рядом с ним девушкой.
 Веселиться не хотелось. Хотелось домой, но было еще слишком рано, а очень нужно было сделать вид, что у него всё замечательно, ему хорошо и комфортно, но долго изображать безграничное счастье не получилось. Решив пересидеть в каком-нибудь тихом углу, чтобы уйти позже, демонстративно поблагодарив хозяина за чудеснейший праздник, Билл поднялся на второй этаж и зашел в первую попавшуюся комнату.