Право волка (СИ)

Арнар сел ближе к Лиле и примирительно взял ее ладонь в свою:
— Да, Илья с братом будут сопровождать, — произнес спокойно, поглаживая большим пальцем тыльную сторону ладошки.
— Этот кортеж из-за меня?
— Из-за вас.
Дальнейшая поездка напоминала какую-то спецоперацию. Короткие приказы, четкие слаженные движения, ни единого слова впустую. Даже Митя был серьезен и не позволял себе отпускать шутки, тем более отвлекаться от дороги.
Автомобили были припаркованы у входа.
— Можно выйти на улицу? Меня укачало.
Поездка была непродолжительной, но за это время к горлу подступила желчь, а в голове неприятно шумело. Девушка часто сглатывала вязкую слюну и шумно втягивала воздух через нос, справляясь с недомоганием.
Не закрывая дверей автомобиля, Ар, Лео и Лиля вышли на свежий воздух. Девушка оставалась зажатой между задней дверью автомобиля и Арнаром. Лео закрыл пассажирскую дверь и подпер ее спиной, внимательно следя за происходящим. Слева к приемному покою подъехала «скорая», мужчине помогли выйти из машины и медленно завели внутрь помещения.
У главного входа не происходило ничего необычного: люди с пакетами в руках спешили навестить родных и близких; кто-то выходил с объемными сумками и жадно втягивал морозный свежий воздух; медперсонал, накинув на плечи куртки поверх халатов, быстро пробегал в соседние корпуса.
— Лучше?
— Да, спасибо, — звон в ушах прекратился, лишь горечь осела неприятным осадком во рту. — А вот и они! — воскликнула Лиля. За стеклянными дверями мелькнули два силуэта.
— Доченька, как я рада, что ты приехала! — Елена Васильевна, не замечая никого, подошла к дочери, оттесняя Арнара, и, взяв ее здоровой рукой, притянула к себе. — Внук растет, — с радостью взглянула на выпирающий животик. — Дай я на тебя посмотрю, — отошла, окинув материнским взглядом, отметила: — Худенькая стала.
— Мам, да что ты могла рассмотреть под зимней одеждой?
— Лиля, я же вижу твое осунувшееся лицо.
Диалог прервал встревоженный крик:
— Он сейчас прыгнет! — эти слова заставили всех переключиться. В окне третьего этажа над приемным покоем, стоял худой высокий мужчина. Толпа зевак образовалась мгновенно: кто-то снимал на телефон, другие взволнованно наблюдали за каждым движением мужчины в окне. Раскинув руки в стороны, он оттолкнулся, словно в прыжке с вышки в воду. Громкие крики, призывающие к спокойствию, женские визги, глухой удар об асфальт…
Прохладное прикосновение к шее заставило Лилю покрыться холодным потом. Обманчиво ласковый шепот на ухо — последнее, что девушка запомнила перед тем, как провалиться в темноту:
— Как же сложно было тебя выманить.
Арнар всем телом почувствовал присутствие чужака. Его от Лили отделяли два жалких шага и одно упущенное мгновение, но этого хватило, чтобы девушку оплели чужие руки. Десятая доля секунды превратилась в продолжительный фильм ужасов. Лицо, скупое на эмоции, озарила победная ухмылка, а в следующее мгновение Ар смотрел на легкую дымку на месте, где только что стояла Лиля в кольце рук вампира.
  
Глава 32
 
Сознание возвращалось постепенно, наплывами. Первым вернулся слух. И я прислушивалась к происходящему вокруг. Тишина — но не такая как в замкнутом пространстве, стерильная, а с примесью завываний ветра и тихого поскрипывания древесины. И никаких разговоров, оглушающих сирен или суетливых шагов — ничего, что могло бы напоминать о городе.
Пахло влагой, хвоей и деревом. Я определенно лежала на чем-то мягком. Нет, это не моя постель: комки ваты или какого-то другого наполнителя впивались в спину. Желая найти более удобную позу, я чуть приподнялась.
— Я, конечно, никуда не спешу, но может, уже откроешь глаза? — ленивый мужской голос обжег слух сильнее самого громкого крика.
Распахнув глаза, я уперлась в холодный взгляд карих глаз. Мужчина нависал надо мной. И как только не устал стоять в наклоне?
— Кто вы?
— Наконец-то, — мужчина медленно выпрямился и присел рядом, деревянный табурет издал жалобное потрескивание, но выдержал. — Мое имя Оркид.
 
— Что вам нужно?
То, что я очнулась с целыми руками и ногами, давало право надеяться: нужна ему живой. Я была полностью одета, даже в обуви. Опершись на локоть, медленно села. В голове неприятно зазвенело, и я зажмурила глаза.
— Абсолютно ничего, лишь твое присутствие.
Мужчина сидел, неестественно выпрямив спину. Оторвавшись от его немигающего взора, я окинула взглядом небольшое помещение. Бревенчатые стены с двумя маленькими окнами и одной низкой дверью, минимум деревянной мебели, тяжелой на вид, каменный камин, высокая стопка дров рядом и двуспальная кровать, на которой я сейчас сижу.
Толчок малыша привел меня в чувство, и я вновь посмотрела на мужчину. Шевеление ребенка не укрылось и от вампира. То, что это не человек, никаких сомнений не было. Он опустил глаза именно туда, где я почувствовала прикосновение несколько секунд назад.
— Где мы? — удивительно, но Оркид не выказал раздражение на множество моих вопросов: казалось, он ждал их.
— М-м-м, наконец-то правильные вопросы. Мы там, где тебя будут искать в самую последнюю очередь.
— Я ничего не понимаю, — поежилась от холода. Зимняя куртка, вязаная шапка и теплая обувь на меху не спасали: холод все равно пробирался под одежду.
Последнее, что отпечаталось в моем сознании, это прыжок какого-то бедолаги из окна больницы. Но мы явно не в черте города, а если прислушаться к завыванию ветра и судить по хижине — скорее всего, в лесу.
Вампир склонился чуть вперед и на его лице мелькнул азарт:
— Гадаешь, как мы сюда попали? Я, милое создание, Высший вампир. И могу много всякого, что тебя способно удивить. Перемещаться практически мгновенно в пространстве — мне лишь нужно знать точку, куда я хочу попасть. Мы не боимся света и солнечных лучей — это ваши человеческие выдумки. Прекрасно себя чувствуем в лучах ультрафиолета.
Оркид изобразил скупую улыбку и продолжил:
— Расскажу тебе кое-что… Вы, люди, любите такие драматические истории. Когда-то давно, когда мы еще не были разделены на Светлых и Темных, один из Высших предал своего князя. Между прочим, сын хотел свергнуть отца, но не смог. И тогда сын создал свой улей, надежный и защищенный не только от людей и оборотней, но и от себе подобных. За ним последовали многие. Они ушли под землю, захоронили себя заживо, — вампир скривил бледные губы. — Ведь про нас можно говорить «заживо»? — шутка его веселила. — Новый князь разрешал охотиться только ночью. Отсюда и все байки. Но благодаря своей осторожности, Темный князь подарил нам, Светлым, возможность жить среди вас, не вызывая никаких подозрений.
Мужчина ненадолго замолчал, но потом снова вернулся к рассказу о себе:
— Еще я могу влиять на сознание, стереть воспоминания или навязать несуществующие. Хочешь, я избавлю прелестную головку от твоего волка? Наверное, я так и сделаю, но позже.
Услышав это предложение, я отпрянула назад и отрицательно покачала головой.
— Значит, не хочешь, — Оркид задумался на какое-то время и продолжил: — Знаешь, а ты прибавила красок в моей жизни, давно я с таким азартом не охотился. Мне нравится, — он согласно кивнул, подтверждая свои слова. — Я с трепетом жду дальнейших событий. Как думаешь, твой волк будет тебя искать? Можешь не отвечать. Конечно, будет, — я видела блеск в глазах вампира. — В один момент потерять свою пару и потомство, — он сокрушенно покачал головой и цокнул языком. — Сходит с ума. М-да. А как быстро он нарушит наш шаткий мир, и его зверь вырвется наружу, погружая все вокруг в хаос? — еще немного, и он потрет ручки, выдавая восторг.
 
— Я все равно ничего не понимаю.
В моем положении информация была главным ресурсом. Но Арнар никогда не посвящал меня в существующие проблемы. Не рассказывал о вампирах или других кланах оборотней. Оберегал, скрывал, а капля информации сейчас была так нужна. У меня нет элементарных знаний: кто — враг, а кто — друг; кому можно доверять, а кому нельзя.