Право волка (СИ)
— Я этого не сказал. Но не нужно было…
— Что не нужно?! Нужно было сразу избавить мир от этих уродов. Или ты думаешь, Эля или Лиля, первые с кем они хотели развлечься? Вместо пальцев, стоило вырвать руки под корень. Если ты думаешь, что я буду чувствовать муки совести, то ошибаешься! Единственный человек, перед которым мне сейчас стыдно, это моя девочка. Меня не было в нужный момент рядом, и всё, — с этими словами хлопнул ладонями о стол. — Испытывать жалость к конченным отморозкам, наркоманам, насильникам и убийцам не собираюсь. Главный вопрос в другом. Была ли это действительно месть пешек или же Светлые решили вновь заявить о себе. Если первое, то проблема решена.
— Я понял тебя, — Лео не хотел признавать, что Арнар был прав, и стоило взглянуть на проблему шире. — Этим займутся.
— Отдай девушек. Свежая кровь многим развяжет языки, — Константин настаивал на своем и нашел рычаг воздействия.
— Забирай. Но при условии, что они никогда не обретут свободы, — согласился Арнар.
— В этом даже не сомневайся. Они и сами не захотят покидать «кухню».
_____
*Лилу — наркотик с минимальным добавлением вампирской крови. Вызывает привыкание с первого употребления. Название дано в честь древнейших вампироподобных духов Лилу (Lilu).
**Кухня — место, где живут добровольно/держат людей для кормления вампиров.
Глава 28
— Лиля, — сквозь сон пробивался Элин шепот, — Лиль, ты спишь? — девушка заглядывала в приоткрытую дверь.
— Нет, — ответила хриплым голосом, — проходи.
— Как ты? — Эля забралась в постель, поджав ноги, ждала ответа.
— Я?
Сознание просыпалось, Лиля бегло осмотрела комнату. Она помнила, что засыпала с Аром, и, просыпаясь ночью, находила его спящим в кровати. Но сейчас его не оказалось рядом. Сев удобнее и облокотившись на мягкую спинку, она поправила сбившийся воротник пижамы, чуть сдавливающий шею, и в момент очнулась от дремы.
Воспоминания накатывали волнами, одно за другим. Хрипы, крики, рычание и Элины тихие скулящие стоны разносились в голове — словно кто-то включил запись. Скинув с себя одеяло, девушка быстро подползла и схватила Элю за левую руку:
— Элька, — произнесла Лиля, выдохнув, — дурная, зачем ты вчера это сделала?!
На внутренней части предплечья розовыми бороздами проглядывали буквы. Огромная во всю ширину, пузатая «б» с вычурной завитушкой сверху, кривая «е», как будто дернулась рука в момент пореза, и незаконченная «г», представляющая собой лишь вертикальную полосу. Эля быстро закатала рукав халата и упрямо посмотрела в глаза:
— Что я сделала?!
— Зачем ты его провоцировала? Он же… — пальцы вновь потянулись к предплечью подруги.
— А что я должна была сделать? Смотреть как тебя насилуют?! Ты вообще за кого меня принимаешь? А не ты ль спасла меня в баре, когда мы были едва знакомы.
— Элька, — привстав на колени, Лиля обняла подругу и поцеловала в щеку.
— Это ерунда по сравнению с тем, что могло случиться, — говорила Эля, не выпуская Лилю из объятий. — Меня с детства учили, что семья на первом месте. Ты бы стала рисковать малышом?
— Я так тебе благодарна, — Лиля не удержалась и провела пальцами, ощущая рубцы на коже. — Так быстро затянулись.
— Константин помог. Он предлагал убрать, но я отказалась. Наверное, я понимаю, почему Ар так долго не хотел избавиться от шрамов.
— Почему? — поинтересовалась Лиля.
— Это служит напоминанием. Я хочу помнить тот день, — с уверенностью произнесла Эля.
— Зачем? — Лиля желала всей душой быстрее стереть эти воспоминания из своего сознания.
— Не хочу больше заблуждаться в людях, с которыми общаюсь. Эти шрамы послужат уроком.
Девушка смотрела на подругу с удивлением. Эля изменилась за один вечер. Какие-то двадцать минут украли веру в человечность, наполняя душу разочарованием и растерянностью.
— Больше ни слова против опеки брата не скажу, — с грустью заметила Эля. — Самохина с Хвостовой были здесь, в моем доме. Да, мы не подруги. Издевки издевками, но… — девушка глубоко задумалась, сфокусировав взгляд куда-то в угол комнаты и спросила: — Это сколько месяцев они вынашивали в себе злобу?
— Ничего они не вынашивали, — в спальню вошел Ар и, сев рядом с Лилей и обняв ее со спины, притянул к себе: — Банальная ломка. Их уже давно подсадили на Лилу. А за дозу этой дряни люди готовы на многое.
Лиля плотнее прижалась к мужской груди и позволила себе расслабиться. Волна воспоминаний еще отдавалась мелкой дрожью во всем теле.
— Это еще что такое? — Эля бросила мимолетный взгляд на девичьи руки, так привычно лежавшие на мужских предплечьях.
— Наркотик с добавлением вампирской крови. Моментальное привыкание, с первой дозы. Сильнейшая ломка: невыносимые боли, судороги, сводящие конечности, галлюцинации и дикая жажда крови.
Он знал это не понаслышке, а видел своими глазами. Люди, которые еще вчера были похожи на разумных существ, сегодня готовы были разорвать друг другу глотки за глоток крови, в надежде, что она поможет избавиться от боли.
— Где же такое можно купить? — Эля сильнее натянула рукав халата, жест не укрылся от взгляда Ара.
— Угадай? — спросил он с насмешкой. — Там, где мы с вами встретились, в «Южном ветре». Попроси Константина, он уберет рубцы, не уродуй тело и душу. Мне они не помогли. Почти полвека копил ненависть.
— Я подумаю, — Эля накрыла ладонью зажившую рану.
— Цветочек, — Митин голос раздался из-за двери. — Вы там одетые? У тебя телефон разрывается, нашел утром в машине, упал под сиденье.
— Войди, — произнес Ар. — Кто звонит? — спросил, забирая из рук аппарат.
На дисплее высвечивалось фото Лилиной мамы.
— Дай я отвечу, она просто так не будет звонить несколько раз. Алло, мам, все хорошо?
— Ох, Лиля, — взволнованный голос мамы заставил девушку напряженно выпрямить спину. — С тобой все хорошо. Скажи, ты же не на учебе?
— Нет, мам, я дома. Что случилось? — оттесняла плечом Ара, желающего забрать телефон из рук.
— А ты не слышала? Вчера у вас в институте произошел взрыв, три человека погибли. Я так переживала, как услышала новости, сразу звонить тебе, а ты трубку не берешь, — Лиля развернулась лицом к Ару, тот согласно кивнул, подтверждая, что разговор идет о Бегемоте с дружками. — Говорят, кто-то хотел пошутить над преподавателем или отомстить. Что за идиотские шутки, разве так шутят? — спросила сама у себя. — Лиля, я тебя очень прошу, не ходи пока на учебу, сердце не на месте.
— Не волнуйся, мам. Я не пойду, — заверила девушка.
— Что-то со здоровьем? — заволновалась женщина с новой силой. — С малышом все хорошо? Может, приедете? Сегодня Софья дежурит.
— Нет, все хорошо. Просто устала. Вот и решила, что учеба никуда не денется.
— Это правильно. Все, могу со спокойной душой продолжать работать. Издергалась с утра.
— Извини, мам, забыла звук на телефоне включить, — девушка попрощалась с матерью и пролистала непрочитанные сообщения в телефоне: — Мить, Вера тебя потеряла, пишет, ты трубку не берешь. Волнуется.
Парень поднял глаза к потолку и шумно выдохнул:
— Не понимает она человеческий язык. Ответь, что я умер, — бросил фразу, и добавил спустя мгновение: — Я завтракать, — и сбежал из комнаты. — Мелкая, идем, — крикнул из коридора.
— Тебе принести завтрак? — поинтересовалась Эля.
Лиля, отложив телефон на прикроватную тумбу, отрицательно покачала головой:
— Я еще не хочу есть, — ответила подруге. — Где ты был? — спросила у Ара, снова забравшись под одеяло.
— Давай я не буду отвечать. Врать желания нет, а рассказывать — тем более.
— Это связано со вчерашним?
— Связано, — он прилег рядом, подбив подушку под спину.
— Оставляй мне записку, когда уходишь. Мы с мамой всегда так делали, — в ответ Лиля поймала теплую мужскую улыбку.