Право волка (СИ)
Иногда он катался кругами, периодически заглядывая во двор: убедиться, что она дома. Возвращался через час-два, чтобы увидеть, когда она ложится спать: свет в окне гас глубоко за полночь.
Но не сегодня, сегодня этого было мало.
Легко подпрыгнув и схватившись за обрешетку балкона второго этажа, он подтянулся и бесшумно оттолкнувшись от перил, через мгновение оказался на нужном балконе.
Она не спала, сидела поджав ноги на диване. Девочка рисовала, изредка поглядывая куда-то на потолок и замирая на несколько секунд, растирала уставшие глаза, а мужчина стоял на балконе, облокотившись бедром о перила, и наблюдал.
Это стало для него ежедневным ритуалом.
Отсыпался днем и ночью приезжал.
Чаще всего девчонка проводила время перед планшетом, иногда болтала по телефону.
А сегодня балконная дверь была приоткрыта, из комнаты доносилась негромкая музыка. Девочка мурлыкала, вторя певице. Танцуя, расчесывала пшеничные волосы и подпевала в расческу словно в микрофон. Поправив локоны, нанесла блеск для губ и накрасила ресницы. Долго стояла, открыв шкаф, достала несколько летних сарафанов, приложила к себе, покрутилась у зеркала и остановила свой выбор на белом, с кружевным лифом.
На мониторе ноутбука высветился значок Скайпа и, судя по фото и подписи контакта, девочке звонил парень, какой-то Даня.
Лилия стащила домашнюю футболку и шорты, и, путаясь в вырезах, суетно надела сарафан.
— Привет, Данечка, — девушка искренне улыбалась, глядя на светловолосого парня.
— Привет, детка, — весело отозвался парень с экрана ноутбука. — М-м-м, мое любимое платье.
В этот момент зверь очнулся: он наблюдал за девчонкой, наслаждался, но сейчас готов был найти парнишку с экрана и разорвать на сотни кусков, а лучше долго и мучительно убивать, наслаждаясь каждым криком.
Ар хотел спрыгнуть и больше не подслушивать воркование парочки, но не мог себя заставить. С наслаждением мазохиста слушал обещания мальчишки о скорой встрече, о том, как он скучал по своей «детке», о наслаждении, которое собрался дарить.
— Покажи, детка, я так скучаю по твоим идеальным грудкам. Ну же, — уговаривал парень.
Зверь внутри человека затаился и ждал. Девчонка мягким движением пальцев провела по плечу и скинула одну лямку сарафана, обнажая небольшую округлую грудь с ярко-розовым соском. Протяжный мужской стон удовольствия заставил зверя встрепенуться внутри человека: мальчишка не должен этого видеть. Не должен!
Лиля повторила легкое движение и обнажилась до пояса. Девушка немного смутилась и, желая прикрыть грудь, сделала лишь хуже, приподняв упругие полушария с острыми розовыми вершинками.
— Ну же, присоединяйся. Я очень хочу посмотреть на то, как ты себя ласкаешь. Помоги мне, малыш.
Распахнутая дверь заставила вздрогнуть Ара, стоявшего на балконе. Он настолько увлекся, что не слышал посторонних звуков и шагов в квартире.
— Дочь, ты собираешься спать? — женщина остановилась на пороге комнаты и растерянно смотрела на дочь. Она поспешно отвернулась и подняла глаза к часам: стрелки показывали два ночи.
Лиля одной рукой прикрыла обнаженную грудь, а второй захлопнула ноутбук.
— Мама! Тебя не учили стучаться?! — девушка поправила сарафан, натянув его до ключиц.
— Лиля! — ее мать округлила глаза и сделала неопределенный жест рукой. — Чем ты занимаешься?
— Мама! — она вскочила, надела футболку и стянула сарафан через ноги. — А на что это похоже? — с раздражением спросила.
— На то, что моя дочь оголяется перед кем-то. Надеюсь, это хотя бы был Данил?
— Мама! — в очередной раз воскликнула девушка. — Хорошего же ты обо мне мнения, мам! — обиженно взглянула на женщину. — Я умываться и спать, спокойной ночи!
— Спокойной ночи.
Мужчина продолжал стоять на балконе, раздираемый противоречивыми чувствами. Зверь сходил с ума, метался словно бешеный, требуя забрать Лилю себе, и одновременно желал найти мальчишку и разорвать ему глотку. Он испытывал гнев, сводящий с ума.
Звук захлопнувшейся двери и щелчок замка вернул его в реальность. Девчонка, повернувшись спиной к окну, не подозревая, что за ней наблюдают, сняла футболку. Со злостью швырнула ее ближе к двери и теперь выбирала ночную рубашку, перекладывая вещи. За спиной скрипнула балконная дверь. Ее сердце, на секунду замерев, зашлось в бешеном ритме. Схватив первую попавшуюся вещь, прикрыла обнаженную грудь, обернулась.
— Вы? — не веря своим глазам, спросила шепотом.
— Ты, — поправил ее мужчина.
— Как ты сюда попал? — спросила с нажимом и крепче прижала одежду.
— Зашел через балкон.
Действительно, не могла же мама пустить незнакомого мужчину в ее комнату, да еще и ночью.
— Но, третий этаж… — да какая собственно разница, как он оказался в спальне. — Что тебе нужно?
— То, что я хочу уже давно. То, что ты готова дать никчемному сопляку, отказав мне, — мужчина медленно приближался. Зверь не понимал: ведь он сильнее, он крепче, — почему самка предпочитает этого дохляка? Ни одна волчица не сделала бы подобный выбор.
— Ты больной, да? — хотя, ответ и так очевиден.
— Почему ты мне отказала? — Ар подошел почти вплотную и, упершись двумя руками в створку шкафа, навис над девушкой. — Я же слышу, как твое сердце сходит с ума, стоит мне приблизиться. Я слышу запах твоего возбуждения. Твое тело говорит само за себя: хочешь не меньше моего. Так ответь, почему?
Лилия вжалась в прохладную створку шкафа, облизав пересохшие губы, и зашептала:
— Я много чего хочу. Хочу объедаться сладким, хочу придушить соседскую собаку, которая не затыкается по ночам. Хочу бросить скучную учебу, сказав родителям, что финансы — это не мое, хочу путешествовать. Но я этого не делаю, потому что существуют рамки разумного, ответственность и мораль, — она поднырнула под мужскую руку, отошла к столу и, отвернувшись, надела ночную рубашку.
— Зря, все равно ее снимать, — Ар покачал головой и, развернув девушку к себе, зашептал. — Не сопротивляйся, девочка. Будет так, как хочу я. А я хочу тебя. Это было лишь вопросом времени, но ждать я больше не намерен.
Девушку окутывал обманчиво мягкий шепот, не вязавшийся со смыслом произнесенных слов; мысли о том, что происходящее неправильно, постепенно угасали. Не было возможно отвести взгляд от мужского лица. А он все шептал и шептал, подходил ближе, протянул руку и провел пальцами по шее, спускался вдоль тела, ухватил пальцами тонкую лямку и с силой дернул.
— Нет! — громко вскрикнула Лиля.
Мужчина отступил, оскалился и четко произнес:
— Пред матерью Луной, именуемой людьми и нелюдьми Селеной, Мене, Дианой и еще сотней других имен, сын проклятого рода, с дарованным тобой именем Арнар, требует Право Волка.
— Лиля, у тебя все хорошо? — взволнованный голос матери доносился из коридора.
— Да, мам, — ответила девушка, не раздумывая, — все хорошо, — и прильнула к мужской груди.
Глава 12
Застонав от боли, разлепила глаза. Яркий свет слепил сквозь приоткрытые шторы. С силой зажмурила веки и прикрыла лицо плюшевым единорогом.
— Боже, как же плохо, — прошептала я и скривилась от еще большей боли, ударившей по вискам и затылку. Попыталась сесть, но любое движение отдавало тошнотой. — Мам, — негромко позвала, — мама.
Вспомнила, что вечером закрыла дверь на замок. Привстала в поисках телефона. Он лежал на полу рядом с диваном. Набрала мамин номер и, услышав голос, прошептала:
— Мам, я не могу встать. Голова раскалывается, а дверь закрыта, — с последними словами я упала на подушку, пытаясь унять накатившую тошноту.
Через несколько мгновений услышала торопливые шаги и взволнованные голоса:
— Лена, отойди, я нашел чем открыть.
Первая в комнату забежала мама, держа в руках стакан воды и несколько упаковок таблеток.