Мамба в Афганистане (СИ)

Утро для меня выдалось тревожным. Ночные события с ослом разбили в пух и прах всю конспирацию. Хотелось прибить осла, но уже поздно что-то делать. Нужно было сразу об этом думать. Зло сплюнув, я взял бинокль и начал осматривать ущелье. Пока никого видно не было.
— Вперёд! — дал я отмашку, и отряд начал спускаться в ущелье, чтобы пройти потом по его левому склону. Шли мы бодро, сожрав в дороге значительный запас взятых продуктов.
Время от времени прикладывая к глазам бинокль, я старался поймать возможных противников. Все чувства звенели в напряжении, пытаясь обнаружить врага прежде, чем он обнаружит нас. В очередной раз, приложив к глазам бинокль, я увидел далеко впереди крохотные фигурки, идущие навстречу.
Понятно.
— Саид, сейчас идём до вон той скалы и ждём там непрошенных гостей. Пулемёт отдай мне, а сам выйдешь к ним. Только смотри, не высовывайся. Встань так, чтобы тебя и видно было, но в тоже время не на линии огня и можно быстро спрятаться.
— Я понял, Аль-Шафи.
Мой отряд подошёл к скале и, бросив животных, рассеялся среди камней. Забрав пулемёт, я тоже залёг вместе со вторым номером, что должен был набивать и передавать мне магазины с патронами.
Люди с противоположной стороны ущелья приблизились к нам достаточно, чтобы их можно было сосчитать и увидеть, чем они вооружены.
— Суки-и! — вслух выругался я. У всех имелись автоматы, и явно не производства кустарей из Пакистана. Да и по своему количеству они превышали наш отряд в два раза.
Я рассматривал их в бинокль, видимо, и они нас тоже. Вот они подошли.
— Эй, вы кто такие? Куда идёте?
Перед Саидом стояло трое вооружённых автоматами душманов, остальные быстро рассредоточились влево-вправо. Саид вышел навстречу один со своим СКС.
— Нам надо пройти мимо Асадабада, у нас свои дела.
— Откуда вы идёте?
— Из Пакистана.
— Кто командир?
— Я командир. Меня зовут Саид, я из племени калашей.
— Понятно. Наш командир Али так вас не пропустит. Вы что везёте?
— Ничего, только свои вещи и продукты.
— А зачем вам в Асадабад?
— Ни зачем. Мы пройдём его в стороне.
— Так не бывает. Мы доложим Али, готовьтесь платить бакшиш за проход.
— Сколько?
— Тысячу баксов!
— У нас нет таких денег.
— Тогда поворачивайте назад и идите другим перевалом. Али без денег вас не пропустит. И он скажет, что вас нельзя пропускать, тем более, все вооружённые, и удвоит или утроит сумму. Так что я её ещё сбавил.
— Но у нас нет с собой даже сотни долларов!
— Это ваши проблемы. Это наша территория, мы здесь живём, а значит, устанавливаем свои порядки. Закон гор.
— Закон гор здесь ни при чём. Передайте Али, что мы хотим пройти по ущелью мимо него, и никого не тронем. Нам нужно прийти к Джелалабаду, там нас собирает полевой командир.
— Ничего не знаю, готовьте деньги, иначе не пройдёте. А мы пока сообщим Али о вашем отряде.
Сцепив зубы, я вслушивался в разговор Саида с душманом, понимая с пятого на десятое. Впрочем, общий посыл был ясен. Гони бабло, не суй мурло, вали отсюда да молчи паскуда. Чистый развод. Но у них сила, а нас мало, и все без тельняшек, одна моя чёрная душа. Воевать так не хотелось, хоть плачь. Но, видимо, придётся.
Переговорив с Саидом, душманы удалились к своему отряду и отошли назад. Человек пять ушло на доклад, остальные расположились по обе стороны склона в ожидании известий. Нам тоже предстояло подождать. А пока, пребывая в неизвестности, все постепенно принялись заниматься своими делами. Идти вперёд казалось невозможным, и я решил дать команду обедать.
Что там будет и как, время покажет. Мне бы до ночи продержаться, а там я смогу показать им чёрную мать. Но всё же, может быть, заплатить за проход? Деньги с собой были. Уж тысячу долларов я точно найду. Но этого может оказаться недостаточно, и с меня потребуют ещё, а потом ещё. И дальше деньги могут оказаться полезнее, а взять-то их неоткуда будет. В общем, сплошные сомнения. Так ничего и не решив, я присел возле скалы, жуя кусок вяленного мяса с лепёшкой и запивая всё тёплой водой.
 
Старший группы, посланной на разведку, заявился к Рябому Али, который уже давно ожидал ответа, неспешно обедая.
— Ну что там, Муслим? Узнали, кто это?
— Нет, командир, всё узнать не смогли, но разобрались, кто это.
— Кто и зачем?
— Это калаши из Пакистана, идут налегке, всего пять ослов с ними. Груз на взгляд состоит из продуктов и патронов, ничего лишнего.
— А куда идут?
— Говорят, что мимо Асадабада нужно пройти. Вроде, как у них сборный пункт запланирован где-то.
— Сколько людей?
— Двенадцать-пятнадцать.
— Чем вооружены?
— Винтовками и автоматами.
— Точно?
— Может, пулемёт есть или гранатомёт. Наверняка их спрятали.
— Ты им сказал о бакшише?
— Да, озвучил тысячу долларов, но они не согласились.
— Так. Товара точно нет?
— Не знаю. Если и есть, то очень лёгкий и небольшой. Да и идут из Пакистана, тут либо оружие, либо задание. Скорее всего кто-то их послал, а пропуска через нас и пароля не дал. Может, возьмём с них деньги и пропустим?
Рябой Али усмехнулся. С его отрядом в сто человек пропускать каких-то проходимцев? Так они ещё и платить не хотят.
— Всё их вооружение и тысячи долларов не стоит, так?
— Да, командир. У одного из них я смог рассмотреть автомат, он даже не китайский.
— Слабо вооружены, малочисленны, денег нет. Послали, чтобы донести посылку родственнику или чего передать какому-нибудь старейшине. Да ещё и калаши, а не пуштуны.
— У нас в отряде тоже есть кунарцы, что близки к ним по роду-племени. Могут не понять.
— Кто не поймёт, тот в ущелье умрёт! А? Смешно я сказал?
— Да, — вежливо улыбнулся Муслим, — Но как ты поступишь?
Рябой Али задумался. Для себя он всё решил, но лишний раз ссориться с соседями не хотелось, мало ли кем окажутся эти люди.
— Скажи им, что они должны нам отдать всех ослов, все автоматы и, если есть, то и пулемёты, и гранатомёты, раз у них нет денег. Всё отдадут и пусть идут спокойно. Обороняться от врагов им хватит и винтовок.
— А если у них найдутся деньги?
— Пусть платят тысячу долларов, как ты и сказал. Я сегодня добрый. И всех ослов оставят в придачу.
— Я всё понял, о мудрый Али.
— Подожди, они могут отказаться. Возьми с собой ещё двадцать человек.
— А если они повернут назад?
— Так догони их и уничтожь, нам пара автоматов не будет лишней, а ещё может кто-то и к нам захочет перейти. Может, они трусливы как овцы и сразу же сдадутся.
— Да, я тогда возьму три пулемёта и два гранатомёта.
— Возьми, только зря гранаты не трать.
Муслим кивнул и вышел искать ещё два десятка бойцов с тяжёлым вооружением. После него в комнату зашёл американец.
— Что за суета? Появился тот неизвестный отряд?
— Да, сейчас мы с ним разберёмся. Они или присоединятся к нам, или заплатят за проход, или сбегут.
— А воевать с ним будешь?
— Почему нет? Бойцам необходим боевой опыт, а то засиделись они. Шурави не заглядывают сюда, сидят в городе как трусливые овцы.
— Ну, смотри, я в ваши разборки не лезу, но нужно поаккуратней быть с неизвестными отрядами.
— Это просто вооружённые дехкане. Ничего серьёзного.
*** 
Я спокойно ожидал, когда решится наш вопрос, особо ни на что не рассчитывая. Ожидание продлилось до самого вечера. Потихоньку, пользуясь свободным временем, я рассредоточил часть воинов, чтобы не привлекать внимания. Но мы всё равно оказались в маловыигрышной позиции. Нужно отступать, и я подозвал Саида.
— Распорядись всем отступить вон за те скалы. Только незаметно, по одному, по два и не выходите из-за них. Приготовить всем гранаты и ждите боя. Не верю я, что нас так просто пропустят, а если не пропустят, то так просто отпустят. Не бывает так в жизни, придётся давать бой. Все готовы? Никто не сбежит?