Негаснущий свет любви

Алисия решила не поддаваться на лесть.
— Какой чудесный комплимент, — холодно ответила она. — Вы, должно быть, опытный льстец. Разве можно сделать подобный вывод на бале-маскараде?
— Конечно. Такую красоту, как ваша, не спрятать под маской и домино.
Алисия рассмеялась. Они закружились в вальсе. Он всегда выбирает вальс, подумала она, ощущая легкое головокружение и возбуждение. Она забыла свою холодность и вся отдалась радости, переполнившей ее оттого, что она снова находится в объятиях Джеймса.
Они закончили танец у дверей в оранжерею.
— Не прогуляться ли нам? — спросил Джеймс.
Алисия заколебалась, а он с улыбкой подбодрил ее:
— Пойдемте, Алисия. Вы раньше не придавали такого значения условностям! Обещаю вести себя прилично.
Он протянул ей руку, и через двойные двери они медленно вошли под зеленые своды оранжереи. Влажный воздух был полон тонких ароматов, на полу лежали остроконечные тени папоротников и пальм, среди которых прохаживались, тихо беседуя, парочки.
— Я наблюдал за вами весь вечер, Алисия, — мягко произнес он. — Вас что-то мучает?
Пораженная его проницательностью, она решила увильнуть от прямого ответа.
— Что вы имеете в виду?
— Только то, что сказал. Полагаю, вы не сочтете меня самонадеянным, если я скажу, что хорошо вас знаю. Но я не хочу быть назойливым.
Алисии стало стыдно.
— Простите, — сокрушенно сказала она. — Вы, конечно, правы, но я не думала, что это будет так заметно.
— Вероятно, увидел только я. Вы можете довериться мне, как другу.
Ей безумно захотелось все ему рассказать. Они молча продолжали прогулку. Кругом медленно двигались другие пары, так что уединиться было негде.
— Я охотно поведаю вам о моей печали, — наконец произнесла Алисия, — но нам придется отсюда уйти, чтобы нас не подслушали.
— Разве это будет разумно? Вы ведь сами хотели, чтобы мы соблюдали приличия!
— За себя я ручаюсь, милорд, — серьезно сказала она. — А вы?
Лицо у Джеймса напряглось.
— Нет! Лучше поговорим здесь. Алисия вздохнула. У нее не было выбора.
Остановившись у дверей, ведущих на террасу, она произнесла:
— Хорошо, я скажу вам здесь. Мне кажется, что моего кузена Джошуа убили.
Такого признания Джеймс совершенно не ожидал. Он был поражен, она это почувствовала. Молча он провел ее на террасу, и они остановились у балюстрады. После теплого дома воздух показался прохладным. Алисия сняла маску и вертела ее в руках, а Джеймс облокотился на балюстраду, задумчиво глядя на аллею кипарисов в темном саду. Наконец он тихо спросил:
— Что привело вас к этой мысли?
— Фордайс сообщил мне, что, пока я была в Сомерсете, заходил Джошуа и хотел о чем-то предупредить меня, но он был слишком пьян, и Фордайс, ничего не поняв, выставил его за дверь. Потом, думаю, Фордайс об этом пожалел, так как он сказал мне, что Джошуа боялся за свою жизнь. — Алисия вздрогнула от холода. — А позже Джошуа умер. Разве это все — совпадение?
Джеймс выпрямился и посмотрел на нее.
— Возможно — нет. Что вы предприняли, чтобы узнать правду? Зная вас, Алисия, трудно предположить, что вы ничего не стали выяснять!
— Разумеется, я попыталась, — кивнула она. — Джошуа оставил мне письмо. Кроме того, я узнала о существовании неизвестного кузена!
— Расскажите все по порядку, — попросил Джеймс.
Алисия так и сделала. Она почувствовала облегчение, разделив свои опасения с Джеймсом.
— Кажется, я зашла в тупик, и что делать дальше — не знаю.
— Самое разумное — больше ни во что не вмешиваться, — отрывисто произнес Джеймс.
— Но я не могу так просто это оставить, — заявила Алисия.
— Я этого не предлагал. Если вы хотите продолжать розыски, я сам привлеку сыщиков из Боу-Стрит [14].
Алисия задумалась, а Джеймс спросил, пряча улыбку:
— В чем дело? Вы мне не доверяете? Или передумали?
— Нет, — покачала головой Алисия, — я не передумала. Для меня огромное облегчение то, что вы отнеслись к моим опасениям серьезно. Но вы уверены, что хотите мне помочь? Вы ведь не обязаны это делать.
  
— Я не отказываюсь от своего предложения.
— Тогда я с благодарностью принимаю его.
Наступило молчание. Алисия собралась, было уйти, но стоило ей шагнуть к двери, как Джеймс поймал ее за руку.
— Минутку, миледи. Мы провели здесь с вами наедине какое-то время. Что о нас подумают?
— Пусть думают, что хотят, — ответила она. Ей на самом деле было все равно.
— Прекрасно. — Голос его звучал весело. — Но ваш вид говорит о том, что вы обсуждали со мной убийство. Будет лучше, если гости Стейплфордов посчитают, что мы целовались!
Он притянул ее к себе. У Алисии упал с головы капюшон домино, и кудри рассыпались по плечам.
— Милорд, мы же договорились… — У нее перехватило дыхание. — Вы не должны!..
Джеймс в ответ засмеялся.
— Нет, не должен. Но я вас предупреждал, что мне доверять не следует!
Он заглушил ее протесты поцелуем, и страсть захлестнула их обоих. Алисия ощущала лишь силу его рук и дурманящее головокружение. Она не знала, сколько времени — пять минут или несколько часов — он держал ее в объятиях. Наконец он чуть-чуть отстранился, пристально вглядываясь в ее лицо и тяжело дыша.
— Ну вот, теперь ни у кого не останется никаких сомнений! Идите в залу, Алисия, иначе я снова начну вас целовать!
— Я, пожалуй, поеду домой, — ответила она, изнывая от желания, чтобы он это сделал. — Мне надоел маскарад.
Он ничего не ответил и пропустил ее впереди себя. На пороге Алисия задержалась.
— Вы поедете со мной, лорд Маллино? — тихо спросила она. — Мне тяжело быть одной.
— Вы уверены в своем желании, леди Карберри? Подумайте. Едва ли разумно оставаться со мной наедине.
Алисия дотронулась до его руки.
— Пожалуйста, не оставляйте меня сейчас!
Они долго молчали.
— В таком случае, — отчетливо произнес он, — возвращайтесь в залу одна, а я присоединюсь к вам, когда вы сядете в карету.
Проходя в дверь, Алисия обернулась. Он смотрел на нее как-то отстраненно, но было поздно менять свое решение — выбор сделан.
  
Глава десятая
 
По пути домой Джеймс молчал. Алисии безумно хотелось, чтобы он до нее дотронулся. Она сидела напротив него и в слабом свете лампы наблюдала за строгим выражением его лица. Это обескураживало. Она представляла себе, что все будет по-другому.
Было уже поздно, и Фордайс отпустил слуг, посчитав, что Алисия поедет после маскарада ночевать в Стэнсфилд-хаус. Дремавший в прихожей Досон сразу проснулся, услыхав, как подъехала карета. Глаза у него полезли на лоб, когда рядом с Алисией он увидел маркиза Маллино.
— Миледи! Мы не ждали… Прикажете разбудить слуг? — с трудом придя в себя, спросил он.
— Нет, спасибо, Досон. — Алисия старалась говорить спокойно, несмотря на волнение. — Нам ничего не нужно.
— Хорошо, миледи, — почтительно ответил Досон, провожая взглядом Алисию и маркиза, направлявшихся в гостиную.
Дверь закрылась, и Алисия почувствовала себя совсем неловко. Она не знала, что произойдет дальше, но, глядя на Джеймса, поняла, что не дождется от него проявления страстных чувств.
Он взял из ее рук бокал с вином и, опершись о каминную полку, задумчиво смотрел на огонь.
— Могу ли я узнать, — тихо спросил он, — почему вы так поступили? Это на вас не похоже.
У Алисии упало сердце.
— Мне казалось, вы знаете, что делать дальше, — по-детски ответила она. — Поэтому я и выбрала вас.
Алисия прикусила язык, но было поздно. Джеймс поставил бокал на каминную полку и медленно подошел к ней. Он положил руки на подлокотники ее кресла, и она почувствовала себя в западне. Ей пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть на него.
— Итак, правду мы выяснили, — произнес он почти ласково, но за этой ласковостью угадывалась сдерживаемая ярость, испугавшая Алисию. — Я не верил, что вы на это способны, но ошибся. Несколько недель тому назад вы обвинили меня в неприличном поведении, а теперь, если я вас правильно понял, именно я должен избавить вас от столь мешающей вам непорочности!