Негаснущий свет любви

Входная дверь захлопнулась, и ей показалось, что она в ловушке. Но Алисия тут же отбросила эту мысль. Вполне естественно, что она чувствует себя здесь неуютно, так как именно отец устроил ее несчастный брак, а недавняя встреча с Джеймсом Маллино напомнила ей об этом.
Алисия не собиралась надолго задерживаться в Грейриге — она приехала лишь по настоянию отца, попросившего ее взять с собой в Лондон сестру, чтобы вывести девушку в свет. Доводы отца показались Алисии вполне убедительными, хотя молодую женщину не покидало чувство, что он хочет использовать ее в своих целях. Три года назад, когда Аннабелле было пятнадцать, Алисия попыталась увидеться с сестрой, но отец ей грубо отказал в этом. А недавно она неожиданно получила от него письмо.
Несмотря на разрыв в их отношениях и на то, что все ее письма к Аннабелле возвращались нераспечатанными, Алисия все же согласилась на отцовскую просьбу. Ей хотелось уберечь сестру от пагубного влияния этого человека.
Неожиданно дверь отцовского кабинета распахнулась, и ей навстречу с распростертыми объятиями вышел Бертрам Броузли. У него был такой вид, словно он встречал блудную дочь.
— Моя дорогая Алисия! Какой счастливый день! Ты снова под крышей родного дома! — Насмешливый взгляд дочери его нисколько не смутил. — Мы ждали тебя вчера и забеспокоились, когда ты не приехала. Надеюсь, с тобой ничего не случилось в пути?
— У меня сломалась карета, не доезжая до Оттери, — ответила Алисия, не распространяясь о происшедшем. Она рассчитывала, что Аннабелла будет готова к отъезду, однако не увидела в прихожей сундуков и сразу заподозрила неладное.
— Это все из-за плохих дорог, — сказал Броузли. Его проницательные серые глаза оценивающе скользнули по фигуре дочери — он прикидывал, сколько стоит ее наряд и украшения. То, что он увидел, его явно удовлетворило. — Главное, ты здесь и выглядишь очень… — он хотел было сказать «богато», но вовремя одумался и произнес «хорошо». — Надеюсь, ты побудешь у нас хотя бы недолго.
Ничто не могло доставить Алисии меньшее удовольствие. Она попыталась найти слова для вежливого отказа, но не успела: по лестнице застучали шаги, и появилась Аннабелла.
— Сестра, неужели это ты?
То же самое хотела сказать Алисия. Пышная красавица, стоявшая на нижней ступеньке лестницы, мало походила на худенькую одиннадцатилетнюю девочку, какой помнила сестру Алисия. В облегающей алой амазонке Аннабелла выглядела великолепно. В отличие от Алисии, унаследовавшей от бабушки по материнской линии волосы медного оттенка, она была блондинкой, а цвет глаз был не столь пронзительно зеленым, как у Алисии. Она смело выставляла напоказ свою красоту.
Бледно-зеленые, похожие на крыжовник глаза Аннабеллы оценивающе глядели на Алисию. Она завидовала сестре, хотя ни за что бы в этом не призналась. Алисия не только была богата, но считалась признанной светской красавицей. Для Аннабеллы мнение света было непререкаемым. Ей казалось несправедливым, что вдова в двадцать шесть лет может вести весьма завидный образ жизни.
У обеих сестер были лица сердечком, но высокие скулы и решительный подбородок придавали лицу Алисии пикантность, а лицо Аннабеллы делали слишком полным. Губы у нее были всегда недовольно поджаты, а низкий голос звучал нарочито громко.
Аннабелле не понравилось то, как одета Алисия. Прекрасно сшитое золотистого цвета дорожное платье она посчитала слишком простым, как и широкополую шляпу такого же цвета, украшенную лентами чуть более темного оттенка. Аннабелла с довольным видом поправила украшенную многочисленными лентами и цветами прическу и обошла сестру кругом, разглядывая ее словно лошадь.
— Алисия, ты такая худая! — Аннабелла считала хрупкость уродством. — И такая бледная! — Она подозрительно вгляделась в фарфоровой белизны кожу сестры. — Ты, как я вижу, не пользуешься румянами. Господи! — в ужасе вскрикнула она. — Неужели у тебя на носу веснушки? Что, в Лондоне на них мода?
Эти наивные слова сказаны были далеко не простодушно. Она подставила сестре нарумяненную щеку для поцелуя и выжидательно посмотрела на нее. Как-то Алисия воспримет ее замечания?
  
А Алисия только улыбнулась. Аннабелла и в детстве напоминала шкодливого котенка, хотя теперь котенок вырос. Смогут ли они ужиться во время предстоящего лондонского сезона? Алисия надеялась, что ей удастся выдать сестру замуж.
— Ты прекрасно выглядишь, — обратилась она к Аннабелле. — Собираешься кататься верхом? А я намеревалась как можно скорее отправиться к себе в Чартли, так как туда ехать несколько часов.
— Но ты должна сначала поесть. — Аннабелла бросила взгляд на молчаливо стоящего отца и, взяв Алисию под руку, потянула ее в сторону гостиной. — Видишь ли, я уже договорилась о прогулке верхом, а папа хочет с тобой поговорить. Может быть, поедем после обеда? Или лучше завтра, чтобы не путешествовать в темноте? — Вид у Аннабеллы был вполне невинный, однако Алисия ощутила, что здесь не все так просто.
— Мне бы хотелось уехать сегодня, — натянуто сказала она. — Я не рассчитывала оставаться на ночь.
— Хорошо. — Аннабелла решила не настаивать. — Расскажи мне о Лондоне! Нам многое о тебе известно, хотя мы живем в деревне. Здесь так скучно! — Она скорчила недовольную гримасу. — Я видела виконта Северна, когда он гостил у Милбернов в их поместье Стоукли. Сестра, дорогая моя, да ты просто сошла с ума, раз отказала ему! Он ведь виконт и такой красивый! У него годовой доход тридцать тысяч! Будь я на твоем месте, ни за что не растерялась бы!
— Аннабелла! — раздался голос Бертрама Броузли.
Девушка покраснела.
— Я совсем заболталась, а ты, должно быть, падаешь с ног от усталости! Я велю миссис Риверз подать чай, а Касл проводит твою горничную к экономке. До скорой встречи, милая сестричка!
Она убежала, а Бертрам Броузли крепко взял Алисию за руку и провел в гостиную.
Она с трудом удержалась от желания сбросить его руку, настолько велико было ее отвращение к нему.
— Часто ли ты видишься с кузеном Джошуа? — спросил отец.
Алисия недоуменно вскинула бровь. Такое начало разговора после семилетней ссоры удивило ее. Джошуа, сын младшего брата Бертрама Броузли, недалекий и безрассудный молодой человек, жил в Лондоне. Алисия редко его видела, да и то тогда, когда он являлся к ней просить денег. В периоды безденежья он выполнял какие-то поручения ее отца.
Алисия ответила отрицательно на заданный вопрос и оглядела комнату. В ней было темно и очень душно. Тяжелые шторы закрывали окна. Гостиная явно не обновлялась со времени ее последнего визита. Мебель была старая и обшарпанная, а гобелены на стенах почти истлели. Зато камин пышет жаром, подумала Алисия. От духоты и напряжения у нее снова разболелась голова, но Бертрам Броузли не замечал жары. Он часто бывал в странах с тропическим климатом, и в Англии ему всегда было зябко.
Алисия села на продавленный диван, который двадцать лет назад выглядел вполне прилично. Отец налил ей бокал мадеры, а себе — бренди. Держался он непринужденно и даже тихонько что-то напевал. Алисия взяла бокал, поблагодарила, но начинать разговор не собиралась.
— Я так рад снова видеть тебя в Грейриге, — произнес Броузли, усаживаясь напротив нее. — Ты очень долго отсутствовала, Алисия, — добавил он.
— В этом нет ничего удивительного, — холодно обронила она.
Броузли сделал глоток, внимательно наблюдая за ней.
— Уверен, что время сгладило наши разногласия, и сегодня у нас с тобой есть возможность сделать шаг навстречу друг другу.
Алисия едва не задохнулась от возмущения.
— Давайте без обиняков, отец. Не нужно этой показной нежности. Я не намеревалась когда-либо возвращаться сюда и приехала лишь из-за Аннабеллы. Вам известно, что я всегда хотела увидеться с сестрой.
Броузли недовольно поморщился от такой прямолинейности. А она, внимательно глядя на него, продолжала:
— Подозреваю, у вас были иные причины пригласить меня, так как не заметно, чтобы Аннабелла торопилась уехать.