Между нами искра

— Послушай, я, конечно, должна была предупредить маму заранее, что мы не будем здесь ночевать, мне правда очень жаль…
«Это что, извинение? — подумал Джордж. — По тону не похоже».
— …но не будь ребенком — сколько раз мы спали в одной комнате?
Джордж не ответил.
— Это ничего не изменит. — Стелла отвернулась. — Не станем же мы бросаться друг другу в объятия.
Джордж взглянул на «кровать», стараясь не думать о том, сколько времени они уже не делили постель. Когда-то спать вместе было так естественно, однако сейчас это представлялось совершенно немыслимым.
— Как далеко ты готова зайти, чтобы угодить родителям? — спросил он наконец.
— Думаю, — Стелла сузила глаза, — в зависимости от ситуации.
— Меня не интересуют твои нездоровые отношения с родителями, я в эти игры не играю. Я уезжаю.
— Ты не можешь уехать! Ты обещал меня поддержать.
— Но я не соглашался здесь ночевать.
— Если ты уедешь сейчас, тогда лучше бы ты вообще не приезжал. Ты в буквальном смысле сорвешь вечеринку.
Джордж опустился на матрас и скрестил ноги.
— Понимаю, что это звучит мелодраматично, — добавила Стелла.
— Вот именно.
— Но это правда.
Джордж опустил голову. Она права: нельзя посреди вечеринки ошарашить тещу с тестем новостью о том, что разводишься с их дочерью. Ему приготовили кровать из пружинного и надувного матраса, и он должен лечь в нее.
— Моя мама умирает.
— Низкий прием, Стелла.
— Я просто напоминаю. И я не собираюсь совращать тебя сегодня ночью. Я буду держать руки подальше от твоего пуза, в жилетке оно или нет.
Джордж машинально одернул рубашку.
— Это была шутка. Извини.
— Не понимаю, зачем я здесь. Это часть моего наказания? Ты сговорилась с матерью напоследок свести меня с ума?
— Невероятно! — воскликнула Стелла. — Ты действительно думаешь, что я мечтаю спать с тобой бок о бок?
Джордж пожал плечами.
— Я не могу провести ночь в одной кровати с тобой.
— Не будь занудой.
Джордж заметил в углу комнаты кресло с высокой спинкой.
— Я буду спать вон там.
— Как скажешь. Там неудобно, но дело твое.
Он покачал головой.
— Пропади ты пропадом, Стелла!
Стелла подняла руки вверх.
— Извини, — снова сказала она. — Мне жаль, что так получилось. Но всего одну ночь можно потерпеть, ради моей мамы.
Джордж взглянул на надувной матрас и усиленно стал гнать от себя воспоминания.
— Стелла! — Маргарет распахнула дверь в спальню.
Стелла спрыгнула с Джорджа и, забравшись под одеяло, натянула его до подбородка.
— Ты не представляешь, что творят эти белки. — Маргарет прошагала в комнату со стопкой полотенец. — Хозяйничают в саду: закапывают орехи в горшках с тюльпанами, вырывают драгоценные луковицы. — Она остановилась перед импровизированной кроватью. — Вчера я забыла выдать вам полотенца.
Стараясь дышать спокойно, Джордж придерживал край одеяла, прикрывавший его нагое тело.
Маргарет присела и положила стопку полотенец рядом с Джорджем.
— Бедная Голди с увлечением за ними гоняется. Надеюсь, однажды она их переловит, тогда посмотрим, как этим белкам понравится, когда ситуация изменится не в их пользу. — Она встала и взглянула на Джорджа и Стеллу. — Извините, я вас разбудила? Я быстренько съезжу в супермаркет. Вам что-нибудь нужно?
Джордж растерянно моргал. «Наверняка она что-то видела», — думал он.
— Я знаю, Джордж, что ты любишь не такие хлопья, как мы едим, но, если честно, не помню какие именно, а в магазинах сейчас такое разнообразие, что я просто теряюсь.
— Нам ничего особенного не надо, мама, — хриплым голосом произнесла Стелла. «Она явно видела наши голые плечи и заметила, что мы часто дышим. Так ведь?»
Джордж повыше натянул одеяло.
— За магазином присматривает Джеймс, сын Шерил, и догадайся, Стелла, как твой отец использует свободное время. — Маргарет подошла к окну и распахнула занавески. Джордж сощурился от внезапного солнца. — Изучает лицензионное соглашение на компьютер. — Она обернулась к смущенной парочке. — Я твержу ему: от тебя не требуется читать все семьдесят страниц мелкого шрифта; кроме того, его данные наверняка никому не нужны, но Томми считает, что компании информационных технологий охотятся за ним и он должен им воспрепятствовать. — Маргарет любовно покачала головой. — Ладно, поеду в супермаркет. Не валяйтесь весь день в постели. — С этими словами она удалилась, даже не закрыв за собой дверь.
 
Стелла выскользнула из-под одеяла, на корточках подобралась к окну и задернула занавески. Потом встала в полный рост, тихо закрыла дверь и вернулась в кровать.
«Теща похожа на пьяную», — подумал Джордж.
Они долго молчали. Стелла смотрела прямо перед собой.
— Думаешь, она видела?
— Не увидеть было невозможно, но ей, кажется, удалось.
— Ты уверен?
— Если только… ну, ты знаешь свою маму. Она могла сделать вид, что ничего не заметила. — У Джорджа все еще тревожно стучало сердце. — Да нет, вряд ли. Иначе разве она стала бы болтать о белках, супермаркете и лицензионном соглашении?
Они лежали молча, натянув одеяло на плечи.
— И все-таки она не могла не заметить, — сказала через некоторое время Стелла.
— Твоя мама очень странная женщина. Неприятно, если она теперь знает, с каким выражением лица я занимаюсь любовью.
— Это уж точно, — проговорила Стелла.
— В любом случае я еще долго не смогу смотреть Маргарет в глаза.
Они лежали рядом и не шевелились. Наконец Стелла села и откинула одеяло.
— Давай не будем об этом думать, а то очень неловко. — Она вопросительно взглянула на Джорджа. — Продолжим?
— Заманчивое предложение. — Джордж положил свою ладонь ей на руку. — Но не обижайся — момент определенно упущен.
  
29
 
Стоя в гостиной, Хелен невольно смотрела в потолок. Джордж и Стелла явно ругались выше этажом. Их голосов Хелен не слышала, но она распознала опасный обмен взглядами, скованность, с которой супруги поднимались наверх, и красноречивый стук захлопнувшейся двери.
Этот звук был известен Хелен с детства, поскольку двадцать лет назад дверь в комнате Стеллы частенько хлопала.
Сама Хелен не отличалась взрывным темпераментом. Зато муж Стеллы приехал на вечеринку, так что, возможно, Хелен следовало бы поучиться у сестры хлопать дверьми.
Она услышала, как мать зовет ее, и повернула голову.
— Ты можешь выяснить, что сделала Стелла с конвертиками? Я так и не чувствую запаха выпечки.
Хелен взглянула на Изабель. Дочь, кажется, организовала других детей собирать газеты и листовки. Один ребенок принес взятую с полки «Историю Британии» Саймона Шамы. Изабель помотала головой и поставила книгу на место.
Хелен ответила матери:
— Конечно.
Она взглянула на Чарли, который совал сестре в руки рекламный проспект индийского ресторана — как мило, что они играют вместе! — и направилась на кухню. Там она нашла отца, который смотрел через окно в сад. Голди сидела у его ног.
— Привет, папа. — Хелен поцеловала его в щеку. — С юбилеем тебя.
Отец крепко обнял дочь.
— Теперь в моде такое приветствие?
— Никогда не думала об этом.
Хелен увидела поднос с чем-то непонятным, который Стелла оставила на разделочном столе. Это, что ли, ее конвертики? Не может быть.
— Воспитанные люди говорят не «привет», а «здравствуй». Даже не знаю, когда фамильярность стала считаться нормой, — ворчал отец. — Наша культура гибнет под влиянием американской развязности.
— В следующий раз я поздороваюсь, как тебе нравится. — Разделочный стол был заляпан жирными пятнами, а по всей кухне, даже на полу, валялись картофельные очистки и чайные пакетики. — Что здесь случилось?
— Видимо, Голди перевернула ведро с компостом. Я как раз собирался все убрать.
Они оба уставились на собаку.
— Бедняжка, она уже давно так не хулиганила. — Отец погладил уши Голди. — Наверно, толпа гостей ее нервирует. Это несправедливо по отношению к собаке. — Отец встал. — Хелен. — Он взял из раковины тряпку. — Ты не злишься, что я никогда не готовил вам еду, пока вы росли?