Время для жизни (СИ)

Сначала он играл, как был – в футболке, штанах и берцах. Только куртку скинул. Потом стало жарко, скинул и футболку, и берцы. Играл босиком.
В этом теле играть в волейбол ему еще не доводилось. Это в прошлой жизни и в школе, и после, он с удовольствием постукивал в мяч.
«М-да… Рядом с Кирой и Сергеем, да даже – рядом с Зиной смотрюсь я сейчас бледно!».
А еще… он просто тупил, боясь посмотреть в сторону… в определенную сторону! И если на Зину он мог смотреть, и с удовольствием смотрел; на Тоню смотрел с улыбкой – экая «зажигалочка», то вот… нет, не мог!
Он вернулся к костру, а его место занял Виктор. Тот тоже играл легко и с удовольствием. Иван почистил картошку, лук и все остальное для ухи. В свое время, и в очередь туда поместил.
- Так… рыбацкие ухватки знаете? – отдуваясь после игры, сюда же подбежал Виктор.
- Это какие? Что конкретно?
- Вот, головешку нужно будет в уху сунуть! – Виктор показал на костер.
- Тогда уж и водочки плеснуть не помешает! – хмыкнул в ответ Иван.
- А ты ниче так… понимаешь! – с одобрением улыбнулся Виктор, он повозился с одним из вещмешков и перекинул Ивану одну «белоголовую».
«Ребятки-то с деньгами! Водочка – не из дешевых!».
Он уже немного нахватался знаний цен и пристрастий местного населения.
Когда уха уже была готова, он произвел все необходимые манипуляции по ее «доводке».
- Ну все, можно разливать!
К брезентовому «столу» подтянулись и остальные.
- Так… девушки! Вы что употреблять будете? Есть водка… - начал перечисление Виктор.
- У меня есть две бутылки вина… красного, и пиво тоже есть, - Иван в свою очередь начал опустошать свою сумки, доставая из нее припасы.
- Вино… вино, это дело хорошее, конечно… но вот – под уху? Под уху – только водочка! – Виктор с укоризной посмотрел на Косова.
Девушки сомневались. Зиночка с большим одобрением посматривала на вино, а Кира была согласна с тезисом брата. Все посмотрели на Тоню. Ты залихвацки махнула рукой, улыбнувшись:
- Под уху – водку! – и до того у нее это получилось смешно, что все расхохотались.
- Ну… тогда и я выпью водки! – Иван присоединился к обществу.
Все присутствующие похвалили Косова за вкусную уху, а Зиночка улыбнулась и глядя на него, спросила:
- Иван! Вот ты и готовить, оказывается умеешь, и стихи пишешь. А еще какие у тебя есть скрытые таланты? – интересно-интересно… а вот она как-то уж совсем демонстративно не глядит в сторону Виктора! Они что – поссорились? Окончательно или как? Виктор же, после ухи и пары рюмок водки, был настроен благодушно и на все Зиночкины «крючки» не реагировал.
- Еще он неплохо поет свои песни, - тут уж влез Илья, как будто кто-то его просил!
- Зиночка! Красавица ты наша! А кто тебе сказал, что я стихи пишу? – девушка была в недоумении, - то, что я написал тексты нескольких песен, вовсе не означает, что я поэт и пишу стихи.
Народ был в удивлении – ну как же, вот ведь – песни…
- Знаете… по-моему мнению, тексты песен нельзя в полной мере назвать стихами. Погодите! Дайте объяснить! – Иван поднял руку, - тексты песен только на первый взгляд – стихи. А так это просто текст - ритмичный, или мелодичный, несущий некую смысловую нагрузку. Вот если текст песни не петь, а попытаться просто прочитать, как стихи – думаю не получиться. Выйдет все равно песня. Конечно, некоторые стихи – ложатся на музыку, но не все, далеко не все. А поэт, или стихи – это про другое.
- А кого ты можешь привести в пример? – с интересом посмотрела на него Тоня.
- Ну… вот, к примеру:
- Нас водила молодость в сабельный поход.
Нас бросала молодость на кронштадтский лед!
Боевые лошади уносили нас,
На широкой площади – убивали нас!
Иван читал это стихотворение не задумываясь. Энергетика строчек накрывала с головой. Он даже чуть прикрыл глаза, чтобы не видеть глаз удивленных и задумчивых глаз Киры.
- Вот…, - он перевел дух, - вот – это стихи! С большой буквы стихи! А не то, что…
Он открыл бутылку пиво, налил себе в металлическую кружку и залпом выпил.
 
- Ой! Мне тоже так нравится Багрицкий! – всплеснула руками Тоня.
- То, что говорит Иван, спорно, по крайней мере, - поправив очки, начал Илья.
- Извини, что перебиваю, но, думаю, что не просто так поэтов разделяют на поэтов и поэтов-песенников.
От выпитых пары рюмок Илья раскраснелся и раздухарился:
- А вот я с тобой не согласен!
- Погоди, Илья! Вот послушай – что есть текст песни без музыки? Ничего! А вот если композитор музыку к тексту хорошую подберет – тогда да, песня, что говорится – выстрелит! То есть… текст без музыки… так себе затея. Ну – пусть так: хороший текст и отличная музыка дают в итоге песню. А вот хорошие стихи – они и сами по себе хороши, без всякой музыки.
Двигая свою речь, Иван ненароком поглядывал, как не его слова реагируют друзья. Сергей – тот делал вид, что весь разговор его вовсе не интересует. Тоня слушала с интересом, Виктор с интересом и улыбкой, Илья все порывался возразить, и только последнее его заставило несколько задуматься. Кира смотрела, улыбаясь, куда-то вдаль и лишь искоса поглядывала на него, и перешептывалась с Зиной.
- Иван! А тебе кто из поэтов нравится? – вот и Зина подключилась, только не ясно – сама, или по «наводке» Киры. Ивану хотелось бы – чтобы последнее.
Он задумался, почесал затылок и немного растеряно пробубнил:
- Ну как… как и всем, наверное, Есенин, Маяковский, Блок, - он здесь хоть и старался читать, но времени было мало, да и времени этого он здесь провел тоже – немного. Что тут у перечисленных поэтов написано, а что нет – есть ли разница с его прошлым-будущим, он не был уверен.
- Есенин – кулацкий поэт! – четко и как будто в никуда отчеканил Сергей.
- Ну… вот это ерунда, по-моему. Есенин – русский поэт! Да у него много деревенских стихов, да и… кабацких таких, тоже немало… Но – он русский до самой глубины души. Он болел за Россию, был патриотом своей Родины. А что он, как человек… такой – неоднозначный, то – и время такое было, многие не могли найти себя. Вот и метался человек, то творил, то – пил…
- То блудил! – закончил за него Сергей.
«Вот же зануда правильная!».
- Ну да… не без этого! Но и тут… Испокон веку отношения между мужчиной и женщиной являлись и являются – краеугольным камнем… что ли, всего сущего на земле!
- А вот мне кажется, что классовая борьба – является краеугольным камнем! – и вот не понять же – он, этот зануда, сейчас серьезно говорит, или просто – подкалывает Ивана.
- А здесь ты ошибаешься! Как минимум – в определениях! Впервые о классах заговорил Маркс, если не ошибаюсь. До этого про понятие такое «классы» - даже не задумывались. Были различные слои населения, интересы которых то совпадали, то различались, иногда – кардинально, вплоть до крови! Слои, сословия, группы людей – но не классы. А вот отношения между мужчиной и женщиной – были всегда. С тех пор, когда обезьяны определили себя людьми. Даже и до этого – эти отношения были, пусть и в своем животном виде.
Иван понимал, что он утрирует, что – дает неверные определения, но остановиться не мог. И чего тут было больше – хмеля от выпитого, желания привлечь внимание к себе одной особы, или еще что-то – было непонятно!
- И вот когда человек, в данном случае – Есенин, находится в вот таком раздрае, не может найти себя, здесь и происходит и пьянка, и прочее…, - он покосился на девушек. Но было видно, что вовсе не шокирует их.
«Ну да… тут детей нет! Все люди взрослые! И что такое эти отношения знают не понаслышке. А вот… у Киры… с этим… тоже… есть?».
Он неосознанно скользнул взглядом по девушке, уперся глазами в ее такую… попу, и почувствовал, как густо краснеет.
«Ну вот еще! Как школьник-пионэр, чес-слово! Все надо завязывать с такими разговорами!».
Похоже той же Зине тоже надоели эти словопрения, и она протянула Илье: