Время для жизни (СИ)
Милая! Все отлично у меня!
«А ничего так получилось! Вон как люди смеются, хлопают! Значит – узнаваемые, близкие им типажи показали они с Варей, спев эту песню!».
В коридоре снова встретился этот… «пернатый». Шел он какой-то ошалелый, с дурацкой улыбкой на лице. Постояв, посмотрев тому вослед, Иван свернул в гримерку к девушкам.
«Может он Варе тащил этот «веник»?».
Зашел… Убедился. «Веник» стоял на столе у Лизы… Развернулся и ничего не говоря, вышел. А что говорить-то? Драться, что ли, с ним? Вот же где глупость! И кто она ему, Косову? Жена? Так нет. Подруга-любовница? М-да… И как быть?
«Как хреново-то все складывается, а?».
А на сцене, в небольших перерывах, чтобы дать артистам перевести дух и поменять костюмы – по необходимости, блистали Савелий и Кира. Это как представить – Зиновия Гердта и Татьяну Судец, к примеру. Основную роль вел, конечно, Савелий. Именно он «тянул» зал, держал его внимание, периодически обращаясь к напарнице. Шутки, какие-то рассказы, сценки и даже пантомима. Но и Кира была хороша, все делала вовремя, была хорошей помощницей Елкину. И даже некоторые реплики удачно вставляла в его роль.
Они «оттащили» концерт, «оттянули» его. Как тогда – лыжный поход! «На зубах», на морально-волевых. И можно уже выдохнуть… Больше всех, конечно, отпахала Варя. Ей досталось хлеще всего. Ну и музыканты тоже.
Народ сам собой начал собираться у них, в большом зале. Все были вымотаны, молчаливы, расслаблены.
- Сейчас народ немного отдохнет, придет в себя… Вы, молодые, быстро восстанавливаетесь, - бормотал Косову Савелий, - И можно будет немного выпить, закусить, пообщаться.
Но, как говорится – не судьба. В зал зашел директор ДК и попросил пройти с ним Ивана, Илью, Лизу, Варю, Калошина, Киру и Елкина.
- Директор и гости хотят немного пообщаться с Вами, выразить Вам свою благодарность, - негромко пояснил ситуацию директор.
Они прошли по каким-то коридорам, переходам и зашли в уютный зал, обставленный мебелью. Здесь было все заводское начальство, приглашенные лица. И, чего Косов вообще не ожидал, здесь уже была Завадская, Рита и… па-бам! Фатьма.
«А я и забыл совсем разговор с Еленой! Забыл! А они, выходит, и правда были на концерте! Нет, ну ладно – на концерте! Здесь-то они как оказались? Получается, что Завадская вхожа в такие сферы? Причем как вхожа – как своя? И кто здесь ее знакомый?».
Их быстро рассадили по приготовленным местам. Иван оказался между Риткой и Фатьмой. А Елена подмигивала ему, сидя через стол.
- Я же тебе сказала, что мы будем! – шепнула Ивану Завадская.
Их бокалы наполнились. Директор сказал речь. Хорошую такую – недолгую и довольно душевную. Поблагодарил за хороший концерт, выразил надежду в дальнейшем сотрудничестве, рассыпался дифирамбами в адрес Вари и Лизы. Похвалил Ивана и Илью за песни. Илью, повторно, за организацию концерта. Выпили.
На усталость, вымотанные нервы и голодное брюхо, Ивана сразу «повело». Фатьма и Ритка стали усиленно подкладывать ему разнообразной и вкусной закуски. Потом еще парочка тостов «высоких» товарищей.
— Вот как я все это не люблю! – прошипел сидящий рядом с Еленой Калошин, - Сейчас бы со своими, по-простому, расслабиться…
- Ничего, ничего… Это ненадолго…, —успокаивающе прошептала Завадская.
Это и правда оказалось недолгим. Но Косов чувствовал себя изрядно пьяным, и с облегчением удалился, когда это стало возможным. Завадская, напоследок пообещала, что женщины вскорости присоединятся к артистам.
- Мне и самой там будет проще! – усмехнулась Елена.
А у артистов уже начиналось веселье. Народ чуток взбодрился, расставил мебель, и активно помогал персоналу накрывать столы напитками и закусками.
- Игорь… ты это… давай я тебе часть расходов компенсирую, - немного заплетаясь языком, предложил Иван.
- Ты чего, дружище? Все проведено по смете концерта. С местным директором я дружу, замдиректора по хозяйству – тоже вполне нормальный, понимающий дядька. Так что успокойся и расслабься!
И Иван расслабился… Стало покойно, хорошо, лениво. Только вот со спиртным нужно немного повременить. И о женщинах пока не думать – где там Завадская, Фатьма… И еще Лиза, Лида… Кира.
Он сидел почти в обнимку с Елкиным на диване, и старый еврей насыщал его многовековой мудростью своего народа. Было интересно, иногда грустно, чаще – смешно.
А потом появились женщины. Его опять подхватили Фатьма и Ритка, усадили между собой и активно кормили, кормили, кормили. И вроде бы даже хмель прошел. Не совсем, а так – остался где-то на дне, легкой дымкой. С появлением Завадской и ее свиты, остальные женщины как будто поняли, что их сегодняшние притязания на его бренное тело нужно… поставить на паузу.
Вот только ни Лизы, ни Лиды в зале не было. Это каким-то неудобством осознавалось на задворках мыслей, торчало занозой где-то там… неблизко. Заноза, она ведь что? Если ее не трогать, можно и забыть о ней, на какое-то время.
Косов повеселел. Еще выпил. Они с Калошиным дуэтом пели. Люди танцевали и просили – еще! А они – и еще пели! В общем, было весело. А потом Елкин и почему-то с Завадской, стали рассказывать разные театральные и эстрадные байки – дополняя друг друга, меняясь ролями, в лицах передавая анекдоты и побасенки. Причем, перед Завадской Савелий рассыпался бисером, сыпал комплиментами, был предупредительным, внимательным и юморным дядькой. Она же относилась к нему душевно, смеялась, всячески показывая ему свою расположенность.
«Ага… а он говорил, что знаком с ней слабо. А сейчас, на них глядя, кажется, что они когда-то успели побывать в любовниках. Бывает же такое, когда после расставания, люди продолжают испытывать друг к другу теплые, но уже – платонические чувства?».
И все же… все же Иван в итоге… «нализался». Смутно помнил, что он с кем-то танцевал, что-то еще пел, и даже с кем-то… целовался… за ширмами. И вроде бы это была… Ритка. И было ему так хорошо, что вот просто – дальше некуда! Только вот перейти в более близкие отношения почему-то… не получалось. Что-то… мешало! Не… С Риткой? Да ну нах! Наверное, это ему приснилось! Последнее его более или менее четкое воспоминание… было связано с автомобилем? Или… с автобусом? Куда-то он ехал, смеялся, пел… И даже с кем-то снова целовался… Вроде бы…
Голова болела… оглушительно! Примерно так, когда он и оказался в этом мире. Но тогда-то его по голове… охерачили посторонние люди. А сейчас что же? Сам себе враг? Адиёт, как говорил кто-то в одном из вчерашних рассказов Савелия.
«Чего же я так… накушался-то?».
«И вот что интересно… а я где? У себя, в клубе? Было бы неплохо: дома, как говорится, и стены помогают. Или… у Завадской? Тогда – еще лучше: можно принять ванну, чуток опохмелиться. У Елены всегда есть качественный алкоголь. Или… у Вари? Не, не хочу! В таком месте, с такой дамой, да в таком состоянии? Или… а где я еще могу быть? В общаге, у тех девчонок-танцовщиц? Стыдно… Кавалер, мать его! Нажрался, как свинья! Может… у Лиды… с Лизой?».
Где-то внутри чего-то зацарапало, заныло… Нет, не с Лизой.
«Похоже… Рыженькую я потерял. Ну не мудак, а? И чего я смог бы сделать? Она, было похоже – сама «повелась» на этого летчика-налетчика. Бороться за женщину? Дело, в общем-то, так себе… Если женщина сама не хочет с тобой оставаться – хрен ты ее удержишь! Ни драки с соперником, ни подарки, ни нежности – не помогут. Она уже засомневалась в тебе, и в своем месте рядом с тобой. А значит – уйдет. Не сейчас, так чуть позже, с другим. Так что – отпускай, не унижайся ни сам, ни ее не унижай своей слабостью, ее жалостью. Враньем, нытьем… На хрен!».
Вариант выпал – самый достойный! Он был у Фатьмы. Принюхался сначала, не открывая глаз – знакомо! Запах женщины, запах дома, запах вкусной еды. Кто еще это может быть? Только его самая лучшая женщина – немногословная, заботливая, нежная, страстная… Чуть шевельнулся воздух, и слабо запахло маслами, теми – которые он ей и подарил.