Время для жизни (СИ)

«М-да… тренироваться мне еще и тренироваться!».
Но все остальные совхозные спортсмены стреляли хуже Косова, тут Ивкин оказался прав. Только Паша, ко всеобщему удивлению, не опускалась ниже сорока очков по всем упражнениям.
— Вот, Коля! А ты говорил! Посмотри, как девчонка «молотит»! Ее бы потренировать еще! И будет тебе вполне стрелок! Не знаешь ты, товарищ инструктор, свои кадры! Не знаешь! – в шутку «пенял» Ивкину Иван.
Тот отшучивался, но, было видно – задумался!
Уже когда они ждали окончательных результатов соревнований, стоя стайкой и притопывая ногами, Ивана кто-то неожиданно и довольно крепко хлопнул по плечу сзади.
- Привет! Ты тоже участвуешь? И каковы результаты? – звонко так! Ну да – Кирочка, а сзади и викинг Сирожа!
Иван подсознательно с самого начала осматривался – не может быть, чтобы такие активные спортсмены-комсомольцы пропустили эти соревнования! Но народу было столько, что разглядеть какие-либо знакомые лица было крайне сложно.
- Привет! – непроизвольно во все лицо «расплылся» Косов, - ну да… участвую от совхоза. А результаты – не знаю пока. Да я на высокие и не надеюсь!
С Сергеем они чинно-нейтрально поручковались.
- Ну а у Вас как? – в ответ поинтересовался Иван.
Кира сморщила недовольно носик:
- Неважно… шестая среди женщин! Вот представь – ну никак мне этот пьедестал не дается! То пятая, то шестая! Лучший результат – четвертое место!
- А ты, Сергей?
Викинг спокойно, даже флегматично, пожал плечами:
- Седьмой! Ну я и не рассчитываю на призы!
Про стрельбы он у парня спрашивать и вовсе не стал. Там результаты, скорее всего – тоже неслабые!
Потом Сергея отвлекли какие-то знакомые парни и они с Кирой остались стоять вдвоем.
- Представляешь – Зина переводиться! – Кира была явно огорчена.
- Куда переводиться? И почему такая грусть? Вы же вроде бы – поссорились? – Иван удивился.
- Поссорились, не поссорились, а она – моя подруга! Мы уже и помирились давно! А переводиться в Томск, в мединститут. Родителям предложили должности преподавателей, и ей тоже – на перевод. Да еще и этот… друг ее сердечный – он инженер. Тоже переезжает в Томск, на какой-то завод. Все одно к одному, представь!
- Грустно тебе без подружки будет…, - посочувствовал Косов.
- Так а я о чем? – вздохнула Кира.
- Ух ты! – к ним быстрым шагом подошел Ивкин, - Иван! Представь меня своей знакомой!
- Кира! Это наш завсектора спорта, член бюро комсомольской организации совхоза, Ивкин Николай! – чуть шутовски раскланялся Иван.
Тот зашипел:
- А без этих… своих штучек – не можешь?
- Не шипи, Змей Горыныч! Вон видишь – добрый молодец стоит? Зовут его Сергей. Он таким… шипящим быстро головы-то откручивает, кто рядом с Кирой виться начинает!
- Да ладно… добрый молодец! Мы сами молодцы не злые! И голова у нас на плечах сидит крепко, ее не враз открутишь! – оценивающе посмотрел на Сергея Николай.
- Да, кстати… Иван! У тебя двадцать седьмой результат на дистанции! Очень, знаешь ли, неплохо! Я – тридцать первый! У Мишани – похуже! И представь, Паша – семнадцатая! Молодец же, да?
Иван скривился: «К чему было это озвучивание? Да еще зная результаты Киры и Сергея?». Позор – не позор, конечно… Но очень жиденько, очень…
Тут Сергей вернулся к Кире, они распрощались и направились к выходу из парка.
- Ты чего морщишься? Нормальный результат же! – недоумевал Ивкин.
- Нормальный… ага. У Киры – шестой, а у Сергея – седьмой!
- Чё, правда, что ли? Ну ни х… чего себе! Тогда да… зря я наши озвучил! Зря! Ну – я же не знал! А чё – и правда у них там… все серьезно, да? Жаль! Какая девушка, а?!
«Ой не кажи кума, у самой куры дохнуть!» - грустно подумал Косов.
Но результаты их выступления всю команду вполне устроили!
- Так… ага! Мы нынче поднялись на пять позиций в общекомандных результатах! По сравнению с прошлым годом. Очень неплохо, я считаю! – разглагольствовал Ивкин в передвижке, - не стыдно будет руководству совхоза докладывать! Но! Будем готовиться лучше – в марте еще соревнования будут, между спортивными обществами.
 
Косов смотрел на мимо окна проплывающие пейзажи, и был меланхоличен. На ум приходила все та же Кира, да и отношения между ним и женщинами в клубе… были непонятными.
«Так! Надо отдохнуть, встряхнуться как-то! Жизнь продолжается. В кружке занятия становятся все более интенсивными и сложными. И вот что… сегодня отосплюсь, а завтра, с утра – рвану к Фатьме! Соскучился что-то, уже две недели не видел красавицу!».
К его удивлению и даже досаде, Фатьмы дома не оказалось.
«Ну а что? Она может пойти в магазин, по делам. Да мало ли еще что? Привык уже, что, когда не приду – женщина дома и очень рада его приходу?!».
Однако, Косов решил проверить свою догадку и заглянуть в ателье.
«Все же разговоры о показе мод должны во что-то вылиться?».
В фойе ателье, у окна приема заказов, работница ателье в синем рабочем халате, что-то негромко обсуждала с женщиной средних лет. Они настолько были погружены в разглядывание какой-то вещи, что на вопрос Ивана о местонахождении мастера Александра, работница подняла голову, некоторое время смотрела на Косова отсутствующим взглядом, а потом махнула рукой на двери во внутренние помещения ателье.
«Примелькался я здесь, что ли? Как за своего принимают!».
Пройдя по коридору, Иван толкнулся в знакомые двери.
«Ага! А вот и моя красавица!».
Но Фатьма была в помещении не одна. Сидя за столом, она пила чай еще с двумя молодыми женщинами. И были они, все трое, в некотором неглиже, мягко говоря. Увидев Косова, Фатьма с радостью подскочила и бросившись к нему, обняла и расцеловала. Так – в щечку!
- Ну что такое! Почему сюда заходят посторонние! – довольно жеманно протянула сидящая за столом блондинка, - Ну сколько раз можно говорить Александру, чтобы как-то ограничил сюда доступ!
Фатьма в ответ фыркнула, оторвалась от Ивана и с вызовом протянула:
- А это не посторонний! Это мой мужчина!
Блондинка скорчила гримасу, и отвернулась к третьей женщине. Несмотря на явно выраженное недовольство, Косов заметил, что ни эта блондинка, ни вторая женщина, не попытались как-то прикрыться, или более энергично возмутиться присутствию постороннего мужчины.
«Ага… как и говорил Елене: Фатьма – брюнетка, вот – блондинка, а вот и шатенка! А равнодушие женщин, и отсутствие стеснения – так дамы опытные, даже, похоже, привычные к таким обстоятельствам».
Обнимая Фатьму, которая была одета лишь в белье и чулках с поясом, Иван непроизвольно, придерживая ее одной рукой за талию, другой погладил ее по бедру и положил руку ей на попу.
Блондинка была интересной дамой. Похоже, что натуральный цвет волос - он был не платинового оттенка, а слегка соломенного цвета.
«Ну да… перекись водорода тут еще не сильно-то в моде!»
Длинные волосы, скрученные в какую-то прическу на затылке, были и густы, и пышны. Черты лица правильные; носик чуть приподнят, что создавало дополнительную «милоту» ее облику. Вот только гримаска на лице – этакая усталость от мужского внимания, отстраненность и пресыщение.
«Да и с фигурой у нее – все очень даже неплохо! Грудь в бюстгалтере – явно не меньше «тройки», узкая талия, довольно широкие бедра и длинные, красивые ножки! Ага! А комплект белья на ней – тот самый, автором которого можно назвать его самого. Красный цвет – ей идет!».
Накинутая на плечи «блонди» легкая блузка была расстегнута полностью. В комнате было очень тепло, а Ивану с улицы – так и жарковато!
Вторая женщина была интереснее блондинки. Не во вкусе Ивана, но – интереснее!
Рыжая, даже какая-то – огненная, с очень светлой кожей молочного оттенка. И сыпь конопушек по лицу. Прическа короткая, «каре», с высоко подбритым затылком. Даже вызывающая прическа!
«Фигуры не особо видно за столом. Грудь… хороша! Поменьше чем у «блонди», но – хороша! Интересная внешность! Этакая… Амалия Мордвинова. Помню, была такая актриса в прошлом-будущем! Мне, конечно, такие дамы не очень «в масть», но стоит признать – очень эффектная дама!».