Время для жизни (СИ)

Попросив разрешения, Косов попробовал стрелять с двух рук, отводя курок револьвера большим пальцем левой руки. Шестьдесят пять!
- Опять – дырка от бублика! Нельзя так стрелять на соревнованиях! – явно расстроился Квашнин, - ладно, ковбой сраный, топай в класс. Сейчас я подойду!
- Товарищ инструктор, разрешите вопрос!
- Ну чего тебе еще, разгильдяй! – сморщился инструктор.
- Все-таки… я сдал? Или… не сдал?
- Топай в класс, я сказал! – рявкнул Квашнин.
Лазарев, стоя за спиной Сидоровича, улыбался и кивал головой.
«Понятно! Зер гут, как говорится! Абгемахт!».
Как ни странно, оказалось, что Иван решил вопрос со сдачей всего и вся довольно быстро. Учебная аудитория еще была пуста, и он немного послонялся по коридору, в ожидании начала занятия. Постепенно начали прибывать соученики, или одноклассники. Как их еще назвать?
Серьезные «шестаковцы» прошли стайкой, только кивнув в качестве приветствия. Девушки – обе Наташи, Ирина, а также воздыхатели последней – в числе двух, пришли чуть позже. Мимо в аудиторию прошмыгнули еще парочка девчушек помладше. Зашла туда же и та нескладная, короткостриженая девица.
«Как-то маловато курсантов стало? Тоже пропускают? Или – вообще бросили занятия?».
Молодежь подошла к Ивану и поздоровалась. Девушки поинтересовались, куда он запропал.
«А что говорить? Подрался и отлеживался дома? Не серьезно!».
Но говорить, в общем-то, и не понадобилось. Ирина, как самая глазастая, сама увидела шрам на брови, и, улыбнувшись, спросила:
- Ага… понятно! Ты, оказывается, драчун? Дома поди отлеживался?
Ну а что? Оставалось только кивнуть.
Один из парней, а именно Артем, с неодобрением поглядывая на Косова, начал что-то вещать о том, что драка – не наш метод, а комсомолец должен вообще уметь разрешать конфликты без рукоприкладства.
Иван не стал дожидаться развития лекции, и довольно грубо осек говоруна:
- Иногда пытаться что-то объяснить – как метать бисер перед свиньями! Некоторые индивиды понимают только силу, и кулак – как ее явный выразитель!
Красотка Ирэн засмеялась:
- Так вот по тебе и видно, что не всегда объясняющий кулаками бывает успешен!
- С чего ты это взяла? Это, - Иван показал на свое лицо, - так… на сдачу дали! А тот индивид, полагаю, «быковать» больше не будет! По крайней мере, в моем присутствии. И если я здесь, то тому идиоту еще пару-тройку недель челюсть восстанавливать: кашку жидкую цедить, яйца сырые пить и так далее. В общем – на вынужденной диете он!
После этого, он прошел в аудиторию, и окинув ее взглядом, направился к столу, за которым сидела та, короткостриженая. Хотя волосы у нее уже хорошо отросли и были стянуты в недлинный хвостик.
- С тобой можно сесть? – обратился к ней Иван.
Девчонка пожала плечами и чуть отодвинулась на скамье.
Иван уселся, достал из сумки конспекты, наставления и прочее.
«Хотя мне вроде бы это уже и не нужно. Ну да – пусть! Пусть Квашнин видит, насколько он серьезно подходит к учебе!».
Покосился на соседку, которая сидела с подчеркнуто независимым видом.
«Х-м-м… а она оказывается – очень даже ничего! Симпатичная, даже – очень симпатичная. Ее бы еще чуток подкрасить, прическу навести, да одежду другую. И прямо красотка бы была!».
Девушка была одета в серо-коричневую юнгштурмовку; прямую, «никакую» юбку темно-серого цвета.
«Прямо как специально – отыгрывает этакую серую мышку!».
- Извини… Если уж позволила сесть рядом… Как-то невежливо будет не познакомиться. Меня Иваном зовут, а тебя?
Она чуть повернула к нему голову и чуть слышно:
- Светлана…
- Светлана… Красивое имя. Света… Светлая… Извини, я тут многое пропустил… вынужденно. А чего это людей так мало на занятиях?
Девушка чуть пожала плечами и также тихо ответила:
- Кто-то уже сдал на первую степень и ему этого достаточно. Одна из девочек уехала… вроде бы. А пару мальчишек – вообще отчислили с курса. Они вроде бы подрались, что ли…, - Света покосилась на бровь Ивана, - Я не вникала.
- А тебе… разве недостаточно первой степени?
 
- Недостаточно, - она резко показала головой.
- И еще раз извини… А почему ты с девушками не общаешься? Как-то все время наособицу.
Она чуть подняла возмущенно брови от такого любопытства, потом подумала и все же ответила:
- Я в городе недавно. Вообще никого не знаю. Да и… не хочу навязываться.
В это время в аудиторию зашел инструктор. Один из воздыхателей Ирины подал команду, а затем доложил.
Когда все сели после команды, Квашнин прошелся перед кафедрой, покачиваясь на носках, задумчиво почесывая ухо, потом встрепенулся:
- Так… Косов! Стрелковую книжку оставишь мне, я сделаю записи о сдаче курса. Вот, товарищи курсанты, типичный пример разгильдяйства и недисциплинированности! Косов пропустил две недели занятий! И – без уважительной причины! Но! Все-таки имея голову на плечах, за это же время смог подготовиться и сдал сегодня и теоретическую часть курса, и практические стрельбы! Можно было бы и похвалить… Но! Учитывая его проступок, похвалы он не дождется! Так что… мотайте на ус – заниматься нужно усиленно, в том числе – самоподготовкой. При этом не забывая о дисциплине и ответственном отношении к учебе!
«Ага! Педагогический момент в действии! Дети! Не будьте как Ваня!».
А инструктор тем временем продолжал:
- Дисциплина! Без нее даже хорошо подготовленный стрелок, это – не боец! Воюют не только практическими умениями, но и – головой! Думайте о том, что предстоит сделать. Ответственно подходите к порученной задаче! Соображать нужно быстро. Оценил обстановку, сделал анализ, продумал пути решения – исполняй без промедления!
- Как Вы знаете, кроме непосредственно огневой подготовки, боевая подготовка в Рабоче-крестьянской Красной Армии включает в себя разные дисциплины. Здесь и физическая подготовка; и навыки оказания первой помощи товарищу… да и себе – тоже! И никуда мы не денемся без политической грамотности бойца! Это, в чем-то, даже поважнее будет всего остального!
«Ага-ага… «Ну ты же – коммунист! И пулемет застрочил вновь!».
— Значит, что? Настоящий коммунист, комсомолец… да и просто грамотный беспартийный боец нашей Красной Армии должен правильно оценивать складывающуюся политическую обстановку! Недаром политзанятия и политинформация занимают такое большое время в подготовке бойцов и командиров! И вот сейчас мы проверим, как наши товарищи знают и владеют политической ситуацией у нас в стране, и за Рубежом!
Косов почувствовал, что его неприятности – вовсе не кончились!
«Похоже… Сидорович решил все же повозить меня мордой… по какашкам! Сейчас, сейчас… Так, а что мы там имеем… в политическом моменте? Вспоминай давай! Газеты же читаешь! Не только блудом единым жив человек! Так-так-так…».
Косов все-таки находил время пробегать по страницам газет. И вот что интересно – каких-либо бросающихся в глаза отличий от своей прежней реальности он не находил. Хотя… и знатоком своей истории он был – тем еще! Но в целом… в целом вроде бы все идет – как и там шло.
- Косов! Расскажи нам о складывающейся политической ситуации. Освети, так сказать, перспективы развития нашей страны в окружении буржуазных стран.
Иван поднялся, одернул куртку, подправил воротник свитера, откашлялся.
- Разрешите вопрос, товарищ инструктор!
- Слушаю тебя!
- У доски? Или… с места?
- Ну почему же с места? Вопросы серьезные, требующие внимания и ответственности. Чего у Вас, товарищ курсант, явно не достает! Так что – прошу к доске! А впрочем… почему к доске? Давайте-ка – за кафедру!
«Что же он так на меня… ополчился?».
Иван четким, почти строевым шагом прошел на указанное место, остановился за кафедрой, чуть подумал – с чего начать?
- Товарищи! Трезво оценивая происходящее в мире, могу сказать, что ничего хорошего в ближайшее время нашу страну, и народы, ее населяющие – не ждет!
— Вот как? – инструктор прошел по аудитории к задним рядам столов и там остановился у стены, - и что же подтолкнуло Вас к таким пессимистичным прогнозам?