Время для жизни (СИ)

- Знаешь, Ваня… появилась небольшая проблемка… да. Не могу я посадить Вас к себе за столик. Дамам будет испорчен весь вечер! А я, как ты понимаешь, на это пойти не могу! Т-а-а-а-к… так! Сейчас все сделаем, пойдемте за мной! – и Калошин целеустремленно пустился в зал, не забыв при этом придержать тяжелые бархатные шторы в дверях, пропуская вперед себя женщину.
«А вот мне уже шторы держать не стал! Отчего они и смазали по физиономии! Ну – мудак, что еще сказать! Не хотелось бы и впрямь ему ряшку «чистить»!».
Пока Косов выпутался из штор, Калошин, элегантно, под ручку вел Фатьму в зал. Пришлось догонять их быстрым шагом!
«Ну… мудень! Допросишься ты у меня, ох и допросишься!».
Зал был практически полон народа. Люди сидели, выпивали-закусывали, разговаривали, смеялись, спорили. У эстрады, под негромкую музыку, толклись несколько пар.
«Интересно-интересно! Это мой второй заход здесь в такие учреждения. В первый-то раз, после стресса встречи с бандой Хлопа, на нервах… а потом уже – под изрядной дозой коньяка, я и внимания не обращал особого на окружающих, куролесил. И Зиночка еще рядом была. А сейчас – интересно посмотреть на публику!».
Со слов Калошина, Иван знал, что, то – прежнее место было более… начальственным. А здесь… Разные люди. Мужчины и женщины. Молодые и постарше. Видны военные кителя – правда, судя по петлицам, особо высоких званий здесь не было.
«Ага… старлей, еще старлей… капитан… вот уже – целый майор! И вон там, вроде бы… подполковник. Если я правильно вижу – три шпалы».
Полувоенных кителей было больше. На порядок. Эта одежда сейчас в тренде! Но и цивильных костюмов – вполне хватает, даже больше всех прочих. И дамы – всякие, красивые и не очень, обычные такие. Постарше и помоложе, даже есть… ага… вон – совсем уж какие-то юные! Но уже – при макияже! Боевая раскраска, ага! Похоже, что это такие… профессионалки, если они уже здесь есть!
Калошин с Фатьмой шли медленно, он что-то все говорил ей на ушко, а она шла немного растерянно, то прислушиваясь к словам спутника, то оглядываясь на Косова, притормаживая Игоря, чтобы дождаться Ивана. Они остановились посредине зала, в крайнем к стене проходе. Калошин замолчал, когда Иван подошел к ним, и передал руку женщины Косову.
- Сейчас! Буквально пару минут, пару минут! Подождите здесь!
Они стояли, поглядывая на окружающих. И Иван видел, что внимание к себе они все-таки привлекли. Скорее – Фатьма привлекла, а не он.
«Не льсти себе, ага!».
Она тоже ощутимо нервничала, оказавшись на глазах многочисленных людей, и Иван взял ее под руку.
«Надо успокаивать! А то еще рванет убегать отсюда! Вот видок-то будет! А Калошин, козел, еще получит за такой… афронт!».
Он наклонился к женщине и на ушко:
- Чего тебе этот мудак рассказывал? Соблазнял, поди?
Она вздрогнула, немного растерянно и непонимающе посмотрела на него.
- Я спрашиваю – соблазнял он тебя? И чем, если не секрет?
Она чуть замешкалась, приходя в себя, а потом улыбнулась:
- Ну как сказать… Вроде бы и нет. А по сути – да!
- Имей в виду… у меня и длиньше, и толще!
Она непонимающе посмотрела на него.
«А что? Клин – клином, так сказать!».
Потом она поняла, фыркнула и засмеялась. А еще – ткнула его в бок.
- Пошляк! Вот еще… нашел же что сказать?! И, кстати, откуда ты знаешь – что длиньше и толще? Мерили, что ли? – она откровенно уже смеялась.
- Не мерили. И я даже не видел его… аппарат. Но – уверен!
Она засмеялась сильнее, прикрывая губы рукой.
- Ой, Ваня! Какие же Вы, мужики, иногда глупые! Как мальчишки малые! Честное слово!
«Ну вот… так-то лучше!».
Иван поймал на себе взгляд молодой женщины, сидящей за ближайшим столиком. Та с интересом смотрела на него, а вот переводя взгляд на Фатьму, явно сочилась неодобрением, даже – неприязнью. Хулиганя, Иван снял руку с локтя Фатьмы, и демонстративно провел ладонью по… бедру и попе подруги. Брови женщины медленно поднялись вверх.
«Аниме! Честное слово!».
Увидевший его жест спутник наблюдательницы, не поняв подоплеки происходящего, незаметно для других подмигнул ему и показал поднятый большой палец руки, спрятав ее под стол.
 
«Одобряет, значит!».
Фатьма удивленно посмотрела на Косова, а потом что-то поняв, хмыкнула, повернулась к нему и приобняла его за талию.
«Вот так! Знай наших!».
А вот теперь, когда его подруга стояла полубоком к залу, внимания они привлекли еще больше.
«Тут, похоже, интересы разделились! Женщины – оценивают юбку, ну… и осуждают владелицу. А мужики, все как один – очень внимательно разглядывают… да, разглядывают то, что в юбке!».
К счастью, тут подошел Калошин.
- Фу-у-ух… все нормально, вопрос решил, пойдемте! - он повел их дальше по залу, - цени, Иван! Тут есть несколько столиков, их почти никогда не занимают. В расчете на то, что может приехать кто-то из высоких гостей. Вот один такой я и организовал для Вас.
Столик и правда был – интересный. Точнее – это был один из нескольких столиков, расположенных вдоль стены зала, в нишах, сделанных арками. И все они были – незаняты!
«Выходит, действительно, из резерва верховного главнокомандования этого ресторана!».
Предназначенный им был очень удобен: с него была видна эстрада и площадка перед ней, а также первые пара рядов столов в зале. Если чуть повернуться, через проемы между колоннами им была видна значительная часть зала. А вот они, напротив – видны очень небольшому числу посетителей.
- А вон мой столик, видите – второй от эстрады, видите, компания? Так что – если что-нибудь понадобиться – только махните рукой, хорошо? – интересно, что обращался он вновь только к Фатьме.
Она, улыбнувшись, кивнула Калошину.
- Ну вот и славно! Отдыхайте! И еще… Иван! Я напоминаю, что у меня ангажемент на тур вальса с твоей дамой! Не смотри на меня так и не скрипи зубами – тут я не отступлю ни на шаг! – повернулся к Фатьме, - Вы не откажете мне в такой любезности, не так ли?
Она засмеялась и снова кивнула Игорю.
Иван, усадив подругу за столик, плюхнулся на стул сам и облегченно выдохнул.
«Что-то и как-то пошло не так! Отдых… пока, надеюсь! Не выходит!».
- Знаешь, дорогая, я вообще-то… не ревнивый. Но сейчас что-то… мне не нравится! И еще… я очень хочу тебя! – неожиданно даже для себя закончил Иван.
Женщина удивилась, а потом рассмеялась. В приглушенном свете арки она казалась еще смуглее, чем была. А вот зубки были – как будто сахарные, белые-белые.
- Ванечка! Ну ты же понимаешь, что пока – никак! Сам так захотел! Вот и терпи! – потом чуть помолчала, - а вот то, что ты меня ревнуешь… знаешь, как мне это нравится? Очень нравится! И… да! Я тоже очень хочу тебя!
«И вот как тут прикажите отдыхать?».
К ним подошел молодой официант, оценивающе посмотрел на женщину, и вернул на лицо прежнюю, невозмутимую мину.
- Что будете заказывать?
На столе уже стояла ваза с фруктами. Яблоки и виноград. Сырная нарезка. Нарезка из буженины, колбас и ветчины. И все…
- Красавица моя! Что бы ты хотела? – Иван передал ход женщине.
Она оживилась, даже потерла руки:
- Ты знаешь, что-то я проголодалась! Так..., - женщина листала меню, — вот… осетрина…, салат… вот этот.
- Еще? Все? А пить что будете? – официант смотрел на женщину.
- Пить? Ну-у-у… я не знаю.
- Возьми белое, полусухое. Если ты рыбу выбрала. Конечно, нужно сухое, но там – кислятина, бе-е-е… А десерт? Ну ладно, десерт потом закажем!
- Так… А Вы, молодой человек?
- А я… молодой человек, - вернул подачу Иван, - салат «Оливье» делаете?
- Делаем… Но сразу хочу предупредить – рецепт не классический, если Вы понимаете, о чем речь!
- Ага… значит телятины там нет? Как нет и паюсной икры, правильно? Печально, печально… Ладно, несите, попробуем! На горячее – мясо! Большой кусок горячего жаренного мяса!
- То есть – шашлык по-карски? – уточнил официант.