Трофей Степного Хана (СИ)

Светловолосая девушка ей нравилась, хоть и чужеземка и ни слова по-ихнему не знала. Зато у нее сердце большое, широкое. Сегодня Шертэ гадала на воду, смотрела на пыль в степи. По всему выходило, Тэмир вернется. Думала, будет ему подарок.
А оно вот как повернулось. Не верилось, что она могла так ошибиться, но на все воля неба. Шертэ долго жила, много в своей жизни видела налетов.
- Принеси красный халат! - велела она.
Цэцэг испугалась, Шертэ прикрикнула на нее, принесла. А дальше он услала Цэцэг за другой занавес. Если даулеты прорвутся, лучше было в разных углах спрятать молодых девчонок, надежнее. А Шертэ старая, кому она нужна, кто-то ее тронет?
Надела подаренный ханом Трофею красный халат, расшитый шелком, и уселась в центре шатра, как хозяйка.  
Теперь оставалось ждать.
А ждать было мучительно. Снаружи слышались голоса, топот ног и ржание, отдаленные звуки боя. Кострами запахло. Все-таки налет...
***
Джейдэ знал, что теперь Угэ-хан до утра не тронется с места, пока его люди не обшарят все вокруг, пока не устроит совет. Разведку разошлет во все стороны, будет его по степи искать. Пусть ищет. Для него это был запас, возможность маневра.
Никто не ждет его сейчас в становище ургурцев и китданов.
Самое время.
Ближайшие две ночи обе луны, Ай и Сар, не появятся. Волчье время, темное. Напали сразу, едва стемнело, заходили с подветренной стороны. Джейдэ не стал повторять ошибку брата, соваться туда, где было больше всего воинов. Он начал с другого конца становища. На особую добычу не рассчитывал, знал, что Угэ оставил в стане половину войска. Он собирался нанести быстрый кинжальный удар, угнать скот и отойти.
Но в последний момент изменил свое намерение. И пока его люди угоняли скот и завязали бой, решил все-таки найти ту рабыню, из-за которой убили его брата. Он знал, где ее найти, накануне взял одного из разведчиков Угэ и вырвал у него признание.
Джейдэ ошибся лишь в одном.
**
Сразу же после того, как было отбито нападение даулетов, хан собрал совет. Угэ сидел на специально для него устроенном переносном кресле. Его военачальники, советники и сыновья стояли кругом, никто не смел заступить пределы ковра, на котором стоял переносной трон. Хан наелся страха, а теперь, несмотря на то что была одержана победа, его крыло откатом и терзало недовольство.
- Как могло случиться, что нас чуть не застали врасплох? - спрашивал он, переводя взгляд с одного из своих советников на другого.
Не обошел вниманием и сыновей. Во всех он сейчас видел предателей. И даже на Забу-Дэ он сегодня смотрел косо. Но Забу-Дэ невозмутимо молчал, как будто его ничего не касалось.
- Мой хан, - сжав руки перед собой, ответил один из минбаши. - То, что Орзо был убит - это случай. Судьба.
Другие согласно кивнули. А Угэ-хан разозлился - его что, за слабоумного держат? Однако открыто конфликтовать не стал. После нападения он чувствовал себя неуверенно, а за минбаши стояло войско. Потому Угэ процедил, растягивая слова:
- Судьба была милостива к нам сегодня.
И все же не уязвить не мог.
- Целых два моих мингана и гвардия так спешили мне на помощь, что бой раньше закончился, - сказал он и обвел взглядом своих военачальников.
Обвинение было обидное и бездоказательное. Оба минбаши потемнели лицом и сжали челюсти, но промолчали. Один Забу-Дэ, ни к кому конкретно не обращаясь, пробурчал себе под нос:
- Зато один умный сотник успел вовремя.
- Да! Именно! - взвился Угэ.
На что старый темник спокойно проговорил:
- Значит, надо наградить героя.
А Угэ выпрямился на своем кресле и бросил заносчиво:
- Мы позаботимся об этом, когда вернемся.
Он и сам понимал - за то, что змееныш сумел сдержать даулетов и защитить хана, его следовало примерно наградить. И лучше всего посмертно. Но тот же никак не хотел сдохнуть!
Угэ решил сменить тему. Все-таки это был совет, и на совете надо было решить, что дальше делать. Хан не ожидал, что все так повернется, он рассчитывал на победоносную войну, которую будет наблюдать издали. А сегодня смерть прошла слишком близко, он почти почувствовал на себе ее дыхание и теперь всерьез сомневался, нужен ли ему вообще этот поход.
 
- Говорите, - сказал Угэ. - У кого есть что сказать? Я слушаю.
- Мой хан, - другой минбаши склонил голову. - Мы пойдем, куда ты прикажешь.
Это взбесило хана еще больше. Он не мог отрыто приказать повернуть назад, это значило показать слабость. Вот если бы кто-то посоветовал и он бы принял совет - это другое. Потом всегда можно было сказать, советчики обманули хана, и найти повод всех наказать.
Настроение у хана еще больше испортилось, он уже готов был излить новую порцию яда, но тут Забу-Дэ проскрипел:
- Даулет знает, что мы здесь, и может напасть на становище.
И пауза. Для значимости. И дальше:
- Там четыре тумена. Но зачем нам, чтобы даулет напал и разграбил наши шатры? Мы уже видели, что в отличие от Меркула этот вождь хитер. Он действует подло. Разве нам это нужно?
Забу-Дэ попал в точку. При мысли, что его богатство, которое собиралось годами, могут разграбить, у хана прямо засвербело внутри.
- Кто еще так думает? - спросил он советников и минбаши.
Те согласно кивнули. Потому что Забу-Дэ был прав, даулету ничего не мешало сейчас напасть на становище. Обведя взглядом всех, Угэ с притворно сокрушенным видом вздохнул. Потом поднял руку и сказал:
- Что ж. Если таково мнение моих военачальников и советников, я, так и быть, прислушаюсь. Мы вернемся и возобновим наш поход в более удобное время.
Все. Ханское слово прозвучало.
Угэ тут же оглядел всех - не сочли ли его слова проявлением слабости? Убедился, что у всех серьезные лица, и успокоился. Конечно, опасность, грозившую семьям, оставшимся в стане, осознавали все. И пусть там четыре тумена, все равно каждый знал, никто лучше него не позаботится о его близких.
Отлично, он сохранил лицо, осталось только решить мелкий организационный вопрос.
- Но что делать с тысячей Орзо? - задумчиво проговорил хан. - Как нам теперь поступить?
- А что с ней надо делать? - проскрипел Забу-Дэ. - У нас уже есть готовый минбаши. Если он смог взять командование прямо посреди боя, значит, и дальше сможет.
- Ты про нашего умного сотника? - противно рассмеявшись, спросил хан, ему внезапно пришла в голову одна мысль, которую он тут же и озвучил: - Что ж, пусть походит во главе тысячи. Временно. И пусть отправляется в стан первым. А мы пойдем следом, посмотрим, как он сможет управиться. Хе-хе.
Это был шанс уничтожить сына Сохраба, мозолившего ему глаза, руками даулетов. Угэ сильно надеялся, что змееныша наконец прикончат.
***
Тэмиру было плевать на причины, по которым хан отправил его назад вместе с тысячей, которую ему доверили командовать временно. Он сейчас рвался назад, потому что даулеты действительно могли напасть на становище. 
Вопреки надеждам Угэ, они промчались по степи и так и не встретили врага. Зато когда прибыли на место, оказалось, что они вернулись вовремя. И с ходу врезались в бой.
***
Это продолжалось уже очень долго. Але казалось, целая вечность прошла. Отдаленный шум боя все звучал, но теперь ей мерещились крики:
- Аррр-чи! Урра-гах!
Она уже однажды слышала это. Однажды слышала!
Заметалась, зажала рот в смятении - неужели вернулись?!! Потом опомнилась, нельзя шевелиться, снова затихла. Вслушивалась с надеждой...
Шорох сбоку. У стенки шатра кто-то возился.  
Аля похолодела, волосы встали дыбом. И вдруг резкий удар, пробило  и войлок, и обрешетку, Показалось острие, а со второго удара меч с нажимом прорезал стенку шатра. Получилась довольно большая прореха, и в эту прореху мгновенно влез мужчина. Молодой, невысокий, очень смуглый, раскосое скуластое лицо.