Ученик лоцмана (СИ)
— Ты говоришь сейчас о различиях сугубо астрономических. Разница в периодах обращения планет вокруг своей оси, вокруг центрального светила, и всё такое… Да, сутки в Зурбагане длиннее ваших, но если ты проведёшь у нас какое-то время, а потом вернёшься домой — то обнаружишь, что разницы по существу, никакой и нет. Проще говоря — сколько времени в абсолютном исчислении ты провёл в путешествии — столько прошло и в твоём родном мире, секунда в секунду. Да, время суток будет другое, но это единственная разница, в остальном ты различий и не заметишь.
— Любопытно… — осторожно сказал я. — Это относится ко всем мирам?
— Да, ко всем, которые соединены Фарватерами и внесены в Реестр. А вот в окраинных, боковых мирах — у нас их ещё называют «дикими» — время может течь как угодно, порой совершенно непредсказуемо. Например, ты проведёшь там сутки или двое, а у нас тем временем пройдут месяцы, или даже годы. Говоря «у нас» я, как ты, надеюсь, понимаешь, имею в виду миры…
—…соединённые Фарватерами и внесённые в этот ваш Реестр. — закончил я за него. — Выучил уже, можно не повторять каждый раз.
— Вот и хорошо. — ворчливо откликнулся мастер Валу. — Вижу, я не зря трачу время…. на этот раз, во всяком случае.
Я пропустил шпильку мимо ушей.
— А что, внесение в Реестр — какое-то особое действие? Может ритуал, или наоборот, сугубо научная процедура, раз она оказывает столь фундаментальное влияние на течение времени?
Тут я был до определённой степени в своей тарелке — в проглоченных мною фантастических произведениях было немало таких, где говорилось о всяческих временных парадоксах.
— На практике это означает довольно сложную операцию, которую Лоцман — заметь, не любой, а лишь из числа имеющих высшее посвящение, я, например, — выполняет, уводя судно из «дикого» мира. С этого момента он как бы сам собою присоединяется к сети Фарватеров, а внесение записи в Реестр остаётся сугубой формальностью. Да ты же и сам видел, как я выполнил подобное действо — когда мы уходили из мира Трёх Лун.
По тому, как он произнёс эти слова,– с большой буквы, с некоторым даже придыханием, — я понял, что тот мир только что получил своё имя. И, похоже, не без моего участия.
— Запись в Реестр я внести не успел, но это уже сугубая формальность. — закончил он. — Бюрократическая, если хочешь, на суть дела она никак не влияет. Вот выкрою время, загляну в Гильдию, и всё сделаю, как полагается…
Я кивнул, соглашаясь… и только тут до меня, наконец, дошло. Валуэр, похоже, именно этого и ждал, потому что на физиономии его появилась виноватая улыбка.
— Так вы хотите сказать…
Он кивнул.
— Да, в мире Трёх Лун время течёт иначе. Отправляясь туда за тобой, я не знал об этом — выяснил, только когда оказался там и изучил показания астролябии. Потому, если помнишь, всячески и торопил тебя — ведь каждый час, который мы провели там до того момента, как я открыл дорогу назад, здесь растянулся для нас обоих… — он замолк, видимо, пытаясь произвести расчёты в уме, — извини, вот так, сразу, сказать не могу, но разница оченьвелика. По факту, там я провёл с тобой меньше полутора часов — здесь же прошло немногим меньше тридцати зурбаганских суток, почти полный месяц. Мои коллеги уже волноваться начали, ведь я не собирался пропадать так надолго и никого, соответственно, не предупреждал…
— Погодите, мастер Валу… — теперь уже я производил в уме торопливые подсчёты, остро жалея, что среди прочих мелочей, в выдвижных ящичках в каюте нет самого примитивного калькулятора. — Это получается, что если я провёл там семь местных суток, то есть примерно десять земных… ну, чуть меньше, чуть больше, пока округлим… то, значит… скажите, а Земля внесена в этот ваш Реестр?
— Я мог бы и не спрашивать, Валуэр рассказал достаточно, чтобы догадаться самому — и, тем не менее, я с замиранием сердца ждал ответа.
Он, видимо, отлично понял, что творится у меня на душе. Медленно кивнул, и на лице, вместе с виноватым выражением проявилось… сочувствие? Сострадание?
— Да, парень, ваша Земля состоит в Реестре уже много веков, точно не скажу, надо уточнить по записям. И, значит, там за время твоего отсутствия там прошло ровно столько же времени, сколько у нас, в Зурбагане, в Маячном мире… — он снова сделал паузу. — А именно — около тридцати лет. Мир, в который ты собрался возвращаться, изменился, изменился очень сильно, возможно — до неузнаваемости. Так что, уж прости — он виновато развёл руками, — но вряд ли тебя обрадует подобное возвращение.
— Погодите, мастер Валу… — я, конечно, был ошеломлён этим известием, почти раздавлен — но какой-то маленький кусочек меня, отвечавший за холодную логику и здравый смысл, всё ещё продолжал держаться.
— Это ты о чём? — Лоцман нахмурился. — Или решил, что я тебя обманываю? Так незачем, парень, сам скоро во всём убедишься…
— Нет, не обманываете, конечно. — я упрямо помотал головой. Мелькнувшая мысль была неожиданной, даже бредовой, но я вцепился в неё судорожно, как потерпевший кораблекрушение вцепляется в решётку снесённого за борт светового люка или, скажем, за перты, болтающегося в воде грота-рея. — Как хотите, а не складывается что-то у вас, не получается. Может, вы просто не знаете, не задумывались?..
— Может, хватит говорить загадками? — Валуэр явно начиналтерять терпение. — Говори уже, что там у тебя?
— А вот сами прикиньте… — я подтащил к себе листок и провёл на нём горизонтальную черту, быстро разделив его поперечными штришками на десять отрезков, и для полной уверенности подписал сверху «10». — Это те десять дней, которые я провёл в мире Трёх Лун, верно?
Ну да. — он озадаченно посмотрел на плоды моего творчества.
— Они, если верить вашей астролябии, соответствуют то ли двадцати пяти, то ли тридцати годам на Земле, верно?
— Так и есть. И что ты хочешь этим…
— Терпение, сейчас всё станет понятно! — я поднял ладонь. — Вот они, эти тридцать лет….
Я начертил поверх черты с отрезками, другую, длинную, и написал поверх неё цифры «30». Потом отметил в конце первой, «суточной» черты совсем уж короткий отрезочек, поставив возле него «1,5 ч.»
— А это — то время, которое вы пробыли там вместе со мной.
— Ну, пусть… — он почесал переносицу корявым коричневым пальцем, всё ещё силясь понять, куда я клоню.
— Но тогда — вот то время, которое должно пройти на земле для вас! — торжествующе заявил я, отметил на длинной, «годовой» черте небольшой кусочек и поставил возле него «30 дн.» За точность не ручаюсь, могу ошибиться, но по моим прикидкам для вас на Земле прошло никак не больше месяца!
— Вроде, верно…. — он наклонился к схеме, некоторое время поизучал её. — И что с того?
— Вы ведь собираетесь доставить меня на Землю, так? Но почему вы решили, что этот… назовём его «разрыв времени», будет отсчитан именно по мне, а не по вам? Или вы хотите сказать, что мы попадём туда с разными временными интервалами, вы на месяц позже, а я — на целых тридцать лет?
— А, вот ты о чём… — Валуэр как-то расслабленно махнул рукой. — Нет, конечно, время для нас обоих идёт теперь одинаково. Но этот самый «разрыв» будет отсчитываться по тебе, а не по мне, и никак иначе. Не спрашивай, почему — просто прими, что мироздание и время в нём устроены именно так, и сделать с этим ничего нельзя.
— Но вы же сказали, что Земля уже давно включена в Реестр, и время на ней идёт так же….
—…как и в остальных мирах. — кивнул Валуэр. — Верно, сказал, и ещё раз повторю. Оно и идёт одинаково, вот с таким разрывом, который ты сам себе устроил, в качестве платы за возможность полюбоваться этими самыми Тремя Лунами. Или, если хочешь, Дара тебе это устроила, хотя вряд ли она думала о чём-то подобном, а попросту отправила тебя наугад, на самую дальнюю окраину, без обратного адреса. Кстати, это ведь благодаря тебе мы сумели тебя отыскать — не начни ты играть с астролябией, я не получил бы от тебя сигнал и не двинулся бы вытаскивать тебя оттуда…