Проект «Папа»

Я закрыла за собой дверь, пытаясь не думать о том, чем они сейчас занимаются на моем рабочем столе, как вдруг меня осенило. Я оглянулась на дверь, будто могла видеть сквозь нее. У Дрейка есть голубые глаза, бородка и отличная работа. Черт, у него даже ямочки есть! Он же просто идеальный кандидат в доноры спермы для Лидии.
Я усмехнулась. Думаю, этот проект станет для них совместным предприятием.
  
ГЛАВА 17
 
Став свидетелем примирения Лидии и Дрейка, я поняла еще одну вещь: как легко потерять время! Сколько лет они потратили зря, провели в одиночестве из-за отсутствия взаимопонимания?
Не мне, конечно, судить их. Посмотрите на меня: я ведь потратила почти столько же времени. Идиотка! Я так гордилась своим интеллектом – как же я могла быть такой тупой?!
А теперь, возможно, уже слишком поздно восстанавливать наши с Люком отношения. Каковы шансы, что он вновь захочет считать меня своим другом (я не смею надеяться на нечто большее, учитывая, как вела себя с ним)? Они почти равны нулю. Но я все же должна попытаться.
Я поймала такси и дала водителю двадцатку сверху, чтобы он поскорее домчал меня до дома Люка. Я почувствовала угрызения совести – мне не следует так сорить деньгами, учитывая, что я сейчас почти безработная. Но дело не терпело отлагательства.
Это была самая страшная поездка в моей жизни. И хотя я старалась убедить себя, что мне страшно от того, как такси зигзагами то вливается в непрерывный поток машин, то резко выруливает из него, но думаю, дело тут в том, что я сильно нервничала.
Мы добрались до места в рекордные сроки. Я бежала всю дорогу от машины к его мансарде, поскальзываясь на гладком бетоне лестничных площадок. Добежала невредимой, только запыхалась – и тут же стала барабанить в дверь.
Ой! Мне следовало помнить, что так стучать неприлично.
Никто не ответил.
Может, он меня не слышит?
– Люк! – На сей раз я принялась стучать ногой, нимало не заботясь о том, что могу сломать каблук. Несколько царапин на коже – чепуха по сравнению с остальными проблемами.
По-прежнему молчание.
Я посмотрела на часы. Люк никогда не назначал встречи с пациентами на такое раннее время, поэтому он вряд ли находится в кабинете. Значит, его нет дома. Или он меня избегает.
Я поджала губы. В отчаянии я полезла в сумочку и стала рыться в поисках своего ключа.
Нашла. Я как раз вставляла ключ в замочную скважину, когда дверь вдруг распахнулась настежь. Я потеряла равновесие и налетела прямо на обнаженный влажный торс Люка.
Я вскрикнула, выставила руки вперед, чтобы не упасть. И конечно, вцепилась в грудь Люка.
Ух ты! Какая твердая! Я не удержалась и прижалась к ней, не глядя вверх.
А потом подняла глаза.
Это было ошибкой. Серьезной ошибкой.
Во-первых, в глаза бросилась его одежда – точнее, ее отсутствие. Единственное, что на нем было, – полотенце, небрежно обернутое вокруг бедер. Должно быть, он не слышал моего стука, потому что был в душе.
Ой! Если бы я так здорово смотрелась в полотенце, я бы всю жизнь только его и носила бы!
Потом я увидела его глаза – он холодно смотрел на меня. Безразлично. Ни капли тепла и привязанности во взгляде.
Меня охватила паника.
В мозгу стучала одна фраза: «слишком поздно».
Я непроизвольно еще крепче прижалась к нему.
– Я думала, тебя нет дома. Я так рада, что ты тут! – и попыталась улыбнуться.
Он поднял бровь и высвободился из моих объятий. Я ждала, что он пригласит меня войти, скажет что-нибудь – хоть что-то! Его молчание выбивало меня из колеи – Люк отнюдь не из породы молчунов.
Наконец до меня дошло, что он не собирается ничего предпринимать. Действовать он предоставил мне. Я постаралась не насупиться.
– Можно войти?
Он пожал плечами и шагнул в сторону, пропуская меня. Стараясь не отвлекаться на то, как свежо и вкусно от него пахнет, – и на его обнаженное тело, – целеустремленно направилась в гостиную. Бросив сумочку на пол, принялась вышагивать туда-сюда.
С чего начать? Молчание затянулось, поэтому он не выдержал и произнес:
 
– Странно видеть тебя здесь. Я думал, ты очень... занята... сегодня утром.
– На работе все в порядке, – сморщилась я.
– Я имею в виду не работу.
– А! – «Занята»! Я вспыхнула, представив себя «занятой» Дрейком. – Нет. Я уже целую вечность не была «занята».
Его взгляд свидетельствовал о том, что он мне не верит.
Ну, в конце концов Люк и правда видел, как я лежала в кровати Дрейка. Но, если у него есть хоть капля ума, он должен понять, что все это – дьявольский план Дрейка для того, чтобы вернуть Лидию. И как, по его мнению, я могла спать с Дрейком – и при этом целоваться с ним самим?
Я уперлась руками в бока.
– Ты такой идиот!
Ой! Я совсем не это хотела сказать!
Я откашлялась.
– Точнее, я идиотка, а ты был прав.
– Прав? – холодно поинтересовался Люк, скрестив руки на груди.
На этот раз я увидела не воинственного упрямца, а человека, который пытается себя защитить.
Я причинила ему боль.
Эта мысль, как кинжалом, пронзила сердце.
Я рухнула на диван, обхватив руками голову.
– Я такая стерва!
– Не стану с этим спорить.
Я решила пропустить это замечание мимо ушей.
– Прости, что я не понимала этого раньше. – Я подняла на него глаза.
Люк не проронил ни слова.
Мне ничего не оставалось, как продолжить.
– Ты же знаешь, как много и тяжело я работала – все потому, что я хотела купить дом.
– Да, – нахмурился он.
– Ты знаешь, что мне очень хотелось иметь свой дом, потому что у меня в детстве не было дома?
Люк закатил глаза.
– Может, я и не изучал психологию, но я же не совсем безмозглый!
Я кивнула, вставая.
– Я просто не понимала одной очевидной вещи.
Он поднял бровь.
– Дом – это не место. – Я шагнула к нему.
Смотрел он по-прежнему с подозрением, но руки немного расслабились.
Я решила, что это хороший знак, – и шагнула еще ближе. Теперь я стояла прямо перед ним.
– Мой дом – это ты!
Я ударила его по руке.
– Эй! – Он сердито глянул на меня, потирая место удара. – Какого черта!
– Это за то, что ты позволил мне работать как проклятой все эти годы и не объяснил, что я иду к своей мечте неправильной дорогой! – Я стала на цыпочки и ткнула пальцем прямо ему в лицо. – Почему ты не подсказал мне?
– А ты бы послушала? – мягко спросил он.
– Наверное, нет. Но я никогда не осознавала. – Я покачала головой. – Никогда не осознавала, как сильно я люблю тебя.
Люк, не отрываясь, смотрел на меня.
– Ну, ты понимаешь, – сглотнула я нервно, – это не просто детское платоническое чувство – я по-настоящему люблю тебя!
Он молчал.
И тут до меня окончательно дошло. Сердце сжалось от боли, глаза наполнились слезами, но я упрямо пыталась их сдержать. До самого последнего момента я никак не могла поверить, но теперь это было уже невозможно отрицать.
Слишком поздно!
Бесполезно плакать. И потом, чего я ожидала? Я отдала его другой, не обращая внимания на его чувства и не понимая, что все, что он делает, он делает потому, что любит меня. Я вполне заслуживаю то, что получила теперь.
– Ну ладно, – кивнула я, пытаясь улыбнуться. – Теперь, когда я сняла этот груз с плеч, мне стало легче. Может...
Я хотела сказать, что, может, он позвонит мне как-нибудь, но это было бы глупо. Я низко опустила голову и направилась мимо него к двери. Мне нужно выбраться отсюда прежде, чем я начну реветь. Потому что если я начну плакать, не думаю, что смогу успокоиться в ближайшие лет сто.
Но Люк схватил меня за руку.
Я изумленно уставилась на него. Его лицо было так близко, что я удивленно заморгала и поправила очки, чтобы лучше видеть.
– Ты это серьезно? – От волнения его голос был тихим и хриплым.
Я не совсем поняла, какую именно часть моего признания он имеет в виду, но поскольку была искренна в каждом слове, кивнула.