Развод. Я календарь переверну (СИ)

А сам-то Викулин муж совсем не спал. Как и мой. Имел всё, что движется.
- А я ведь еще не хотела развода! Если бы эта его сучка не залетела...
Но Вика нашла в себе силы взять себя в руки.
- Знаешь, встреча одноклассников помогла. Двадцать лет выпуска, я вспомнила о парне, в которого была влюблена, посмотрела на себя в зеркало и...записалась к эндокринологу и в тренажерный зал. За месяц сбросила семь кило, тело подтянула, тренер мне попался такой душевный взрослый дядька, узнал о моей проблеме, сказал — мы из тебя конфету сделаем.
  
- Сделали, подтверждаю.
Вика улыбается.
- Я всё о себе, да о себе, а ты?
- А у меня тоже всё весело, хламидии, видос с секретуткой на юбилее мужа.
- Да ладно? И какая гнида этот видос поставила?
-Я.
Вика смотрит удивленно, а потом мы начинаем ржать. Ей очень заходит история с шоколадным тортиком и с приёмчиком Геймлиха.
- Жалко, что его спасли, была бы сейчас веселой вдовицей.
Новый приступ хохота, и я вижу движение на соседней вилле. Мужчина встаёт с шезлонга, смотрит в нашу сторону — его лица не видно, но фигура просто отпад, прыгает в небольшой бассейн.
- О, боже какой мужчина... - напевает Вика.
- Я хочу от тебя сына... - подхватываю я и мы опять смеемся.
- Кстати о мужчинах, и что тот адвокат?
Эх... что адвокат? Я и сама не знаю.
И хочется, и колется, и мама не велит.
- А у вас было? Ну...
- Куни в машине считается?
- Ого! Горячая ты штучка, Ада... - мы снова смеемся, а я удивляюсь, как человек буквально за пару дней становится таким близким. И я понимаю, что мы с Викой в Москве точно будем встречаться. Очень хочется познакомить её с моей Надюшкой, с клубом бывших и с Раисой тоже. Интересно, что там у Раи с Дворжецким?
- Горячая, да... Но дальше этого не зашло пока.
- Мне нравится твоё пока. А зайдет?
Если бы я знала ответ!
Нет, я-то хочу, чтобы зашло. То есть... я хочу Германа. Но я хочу, чтобы он что-то сделал, чтобы всё случилось не тривиально. Короче, сама не знаю. Включила капризную королеву драмы.
- А у меня, кстати, с одноклассником всё было.
- Да ладно?
- Вот тебе и ладно. Прямо на встрече. Мы были в ресторане, который принадлежал его другу, он там все закоулки знал, ну и…
- Только не говори, что фамилия друга Дворжецкий!
- Как ты угадала?
- Боже, как тесен мир! С Дворжецким у меня тоже было...
- Куни?
- Танго!
- Ого...
Но Дворжецкий был скорее катализатором для моих отношений с Крестовским, это я сейчас понимаю. И появился вовремя и я его ловко использовала. Вызвать ревность у моего адвоката получилось, но...
- Красиво плывет. — Вика пялится на мужичка, остановившегося на вилле, я тоже бросаю взгляд. Да, загребает хорошо.
Он подплывает к бортику, ловко подтягивается на руках. Тело там такое, что низ живота предательски ноет.
Когда я последний раз занималась сексом? Боже, как давно! Тот раз в машине вообще не в счёт! Это не по-настоящему...
Решено, вернусь в Москву и сразу поеду к Герману. В конце концов хотя бы попробую. Это же не значит сразу замуж выходить?
Телефон пиликает, сообщая о новом входящем.
Открываю.
«И долго вы еще будете хохотать там?»
Что?
Пристально вглядываюсь в фигуру, стоящую внизу. Ноги, шикарный пресс, грудная клетка, руки. Я не вижу лица.
- Ты чего, Ада? Привидение увидела?
- Почти... Вика... мне нужно спуститься.
- Ты... ты серьёзно?
- Более чем. Не переживай, на ночь я вернусь, ребёнка одного не оставлю, но...
- Погоди, ты сейчас пойдешь к этому мужику? Ты его знаешь?
- Я думала, что знаю, но что-то мне подсказывает, что там еще до хрена сюрпризов.
- Адвокат?
- Великий комбинатор, блина-малина!
51.
- Крестовский, ты...
Резкий рывок и я оказываюсь в его объятиях.
Он в одних плавках, мокрых плавках, чёрт, а я... я в купальнике, поверх которого, накинуто вязаное тонкой золотой нитью платье, наряд на грани фола, да, слегка просвечивает, да весьма эротично, да, можно и на пляж и вечером в баре посидеть, если хочешь найти на Жозефину приключения.
Я, правда, не собиралась искать, но...
Он в плавках. И у него в плавках всё просто дымится. По стойке смирно, ориентир на двенадцать.
Фу, Ада, где ты набралась таких пошлостей!?
Боже, дайте огнетушитель.
Меня прижимают к стене, моё платье, которое мало что скрывает ползёт вверх. Его. руки уже под ним, нагло, очень нагло. Он что же собирается...
- Герм... - ладонь закрывает мой рот, глаза его как черная дыра, Гаргантюа из фильма Нолана*, она затягивает, засасывает.
Боже!
Вторая рука стягивает вниз трусики от купальника...Ну, как трусики, верёвочки... Я просто хотела, чтобы попа ровно загорела, и...
- Нашла же такой блядский купальник, а... Ох, Ада, Ада... правильно твой муж говорит — сучка ты...
О, нет, он говорит сука. И он прав. Но вообще, по какому праву?
Мой рот всё еще закрыт, говорить не могу, но думаю громко и матом.
А этому гаду хоть бы хны.
О... боже...
Как он его сразу находит... самое сокровенное. Мамочки. Гладит... Теребит легонько... Господи...
У меня дочь в отеле с чужой, по сути, тёткой. Нет я Викуле доверяю, как ни странно, и...Но...
Да, да, ещё, вот так, еще... мамочки...
Он по глазам моим читает, да?
Господи, я не могу... или...
Боже... ну полчасика то у нас есть?
Пожалуйста, очень хо... о...о...
Боже... А-а-а! Ноги дрожат, вся дрожу. Что это было? Дышу еле-еле, такого быстрого оргазма у меня еще не было.
- Голодная, да, Ад? - усмехается, подлец, подонок... Негодяй. сволочь... какой же он... охрененно большой! — Я тоже. Голодный.
Мама!
Он въезжает в меня одним движением. Как это получается я не знаю. Просто поднимает, ноги раздвигает к стене прижимая и...
О май гад...
Губу закусываю, его ладонь укусить пытаюсь. Ну, убери, убери! Не буду я орать!
Улыбаюсь.
Хорошо.
Господи, как же мне хо-ро-шо!
Ладонь опускается на шею, гладит. Задушит же не задумываясь если я начну протестовать! Он адвокат, отмажется.
Шучу, конечно, но желание придушить считываю. Определённо.
Ухмыляется так... как будто сожрать хочет. И наклоняясь, вгоняя член до упора нагло впивается в рот.
Хорошо... как же мне... кайфово! Да... Боже...
Как он целуется!
Как он трахается!
Как он танцует танго!
Мой мужчина.
Вот сто процентов мой! Никуда не отпущу. Никому не отдам! Мой!
'Обвиваю его руками и ногами, оплетаю как лиана. Не хочу отпускать.
А он ласкает мой рот, облизывает, всасывает губу, прикусывая, играет.
Боже...
И эти размашистые хамские толчки в моё тело. Удары. Острые. Жаркие, выбивающие из сознания всю дурь.
Мой мужчина. Мой... мой.
Глаза в глаза. Омуты в омуты.
Смотрит. Считывает.
- Приняла?
Понимаю вопрос его сразу. Губы дергаются, дрожат. Приняла, да... Приручилась.
Прилепилась. Присвоилась.
Только с ним теперь. Только его.
Да. Хочу так.
Хочу.
Не буду думать, как надолго — плевать.
Не буду думать, что дальше - плевать.
Здесь и сейчас. Ну, может быть еще завтра. И послезавтра. И десять лет. Может и больше.
Не выпущу.
Буду наслаждаться, а там... а там будь что будет.
Да, хорошо будет, я уверена, хорошо. Мы самодостаточные, мы зрелые, мы взрослые - ну, это под вопросом конечно, но всё-таки.
Мы выбрали друг друга.
Он выбрал меня. Не молоденькую целку, не невинную овечку, не дурочку с переулочка.
Меня выбрал! Меня!
И меня сейчас так страстно любит.
Мой. Меня. Мы...
Мы. Теперь только так.
Сильнее, да, глубже, еще... Сжимаю. Опаляет, не дышу. Господи, хорошо-то как!
  
Хорошо. Да, вот так, на пороге тайской виллы, впопыхах, быстро, даже в душ не сходив, ахах мы признаёмся друг другу в любви и верности телами.