Развод. Я календарь переверну (СИ)

Раз!
Они сразу встают в позицию.
Два!
Шаг, шаг, еще, квадрат, кач, кач, резкий поворот. Ух!
Чёрт.
Наше танго сегодня было танцем воспоминаний, спокойствия.
Их танец - страсть. Чистая, обнажённая, без купюр.
А я зол, очень зол на себя. И на Германа. Подсуетился.
Чувствую, что здесь нас ждёт реальная битва, не на жизнь, а на смерть.
Подхожу ближе, улучаю момент и дергаю Аду на себя, забирая, кружу, перемещаясь подальше, прижимаю к себе.
  
- Я готов искупить вину.
- Кровью? — хищно улыбается наша добыча.
- Хотите моей крови?
- А если хочу?
- Что мне сделать? В морду ему дать?
- А что бы вы сделали?
- Если женщина хочет крови, нужно дать ей крови. — усмехаюсь, хотя намерения бить морду Герману у меня нет.
Но если будет нужно...
Он подходит сзади, как раз в момент паузы, когда мы застываем в паре, его рука у неё на талии и на плече, Герман разворачивает Аду к себе, но я не готов отпустить.
Мы стоим, втроём.
И снова Пьяццолла, на этот раз, полагаю, самый известный трек после «Либертанго».
Погружает нас в атмосферу хорошего Голливудского кино*.
«Вы хотите научится танцевать танго, донна?»
Но мы втроём, как же мы будем танцевать танго втроём?
Мы танцуем.
Начало, легкая игривая мелодия, она как смех красивой женщины.
Ада в руках Германа, шаг, шаг, кач, поворот, еще шаг, я двигаюсь за ними, я рядом, я тоже в этой паре.
Сейчас почему-то чувствую себя тем самым слепым полковником в отставке, Фрэнком*, и эта донна будет танцевать со мной.
Тадам-там-там, резко разворачиваю Аду, прижимая к себе, теперь моя партия, мои шаги. Я танцую лучше Германа. Старая школа.
Поворот, наклон, как красиво она умеет выгибать спину. Посмотрел бы я на этот фокус в постели.
Хочу её. Да. Эту женщину я хочу.
Эта женщина по мне.
Но по ней ли я? Вот вопрос.
И снова Герман. Острее, жёстче, яростнее.
Мы одни на танцполе. Остальные пары просто стоят по краю, наблюдая.
Это наш бенефис.
Герман чуть сбивается и Ада, смеется, откидывая голову назад, совсем как в кино, а он резко прижимает её, впечатывая в себя. А внутри меня волк, который скалит зубы и требует свою добычу.
Раз. Два. Три. Четыре.
Моя!
Я тоже прижимаю, тоже впечатываю. Еще крепче. На грани фола.
- Ах...
- Ты восхитительна.
Улыбается краешками губ.
- Поедешь со мной?
- Куда?
- Куда захочешь.
- Вдвоём?
- Бери детей и поехали.
Она удивлена. А я нет. Всё очень просто. Нужно просто предложить.
Как говорил Фрэнк? В танго всё просто, совершаешь ошибку и танцуешь дальше.
Так вот, в жизни всё так же. Совершаешь ошибку и снова идёшь вперёд.
И даже если ошибку совершил не ты, идти вперёд нужно.
Ада не совершала ошибок, разве её вина, что супруг оказался козлом?
Последнее дело винить в этом женщину.
Каждый сам знает свои ошибки и сам за них отвечает.
Герман опять перехватывает инициативу, и заканчивают танго они вдвоём.
Прижавшись друг к другу. Глядя друг другу в глаза.
Он в неё влюблён. Точно.
А она?
Что она? Эта загадочная донна. Самая простая женщина. Настоящая женщина.
Зал взрывается аплодисментами, народу сегодня на милонге много.
Герман ведёт Аду, я забираю, поворачиваю, чтобы она могла сесть в поклон, так делают это бальники. Красиво. Она умеет.
Мы все трое идём к выходу.
- Мне нужно переодеться, - тяжело дыша после танца говорит Ада, сдувая прядь со лба. — Спасибо, вы оба были великолепны.
- Спасибо тебе, богиня.
- Спасибо, Аделаида, это ты была великолепна, без тебя не было бы танго.
Она уходит в дамскую раздевалку.
Мы в мужскую — нужно снять туфли, надеть пиджаки.
- Дворжецкий, зачем тебе это надо?
- Что?
- Вмешиваться в мою жизнь?
- Почему ты считаешь, что я вмешиваюсь?
- Тебя Кристина попросила?
- Кристина?
- Не делай вид, что не понимаешь. В моей конторе ты общался только с ней.
Знаешь, что она была моей любовницей.
- Была? Может есть?
Мы оба дышим тяжело, стоим, друг напротив друга.
- Не твоё дело.
- Неужели? Ты не считаешь, что ей уже хватит связывать свою жизнь с кобелями и подонками?
- Ты считаешь, что ей лучше связать жизнь с таким как ты?
Этот кретин еще спрашивает?
Руки чешутся, у него, видимо, тоже.
- Я считаю, что она заслуживает правды и верности.
- Я никого не обманывал, с Кристиной у меня давно ничего нет.
- Неужели? Не ты был с ней в моём ресторане позавчера? — усмехаюсь, хотя и понимаю, что это подло.
- Был! Обсуждал дела! Какого хрена, Дворжецкий?
- Такого! Не позволю её обманывать!
- А ты не обманываешь? Все знают, что ты... ты сначала спал с одной женщиной, потом спал с её дочерью, теперь вообще хрен знает что?
- Порылся в грязном белье, да, Герман?
- Могу сказать о тебе то же самое!
- Я не буду оправдываться, тем более перед таким как ты.
- Какой я?
- Гнилой.
- Что? Ты...
Замах, удар, уворачиваюсь.
Мы снова танцуем, но на этот раз не танго.
Ты хотела крови, Ада? Будет тебе кровь.
Удар и первая кровь пущена, не моя. Алая струйка течет по его лицу.
Но Крестовский в долгу не остаётся. Еще удар. Твою мать, больно.
Краем глаза замечаю в дверном проёме Аделаиду.
Она стоит.
Спокойно.
Спокойно.
Сложив руки на груди.
Красивая.
Ноздри раздувает. Хочет сказать что-то, обругать нас, а потом.
Потом начинает смеяться, громко, с наслаждением. Ярко.
И тут я пропускаю хук справа.
(Прим. Автора: Здесь и далее речь идёт о картине "Запах женщины" режиссёра Мартина Бреста.
Сцена в которой слепой полковник танцует танго.
Я считаю это одной из лучших сцен в кинематографе в принципе, и лучшей сценой в которой есть танец.
Актёр Аль Пачино, сыгравший Фрэнка получил "Оскар")
35.
Я Аделаида, мне тридцать восемь, и я разведенка. Почти.
А ещё из-за меня подрались два шикарных мужика.
Ах-ах!
Бинго.
Знаете, о чём подумала в этот момент?
Догадаетесь?
Ага, именно.
А не пора ли найти третьего!
Вот-вот! Пока эти двое так сильно заняты друг другом.
Нет, конечно, можно взять обоих. Но боюсь, в этом случае Боливар не выдержит двоих.
Ха-ха. Нет, конечно, я не всерьёз.
Я даже думаю, вывезу ли я в принципе.
Даже по одному.
Очень уж не простые экземпляры.
Особенно, учитывая факт предстоящего развода.
Стоп.
То есть я сейчас реально выбираю?
Между Дворжецким и Крестовским?
Боже, фамилии-то какие благородные. Хотя, если учесть, что в девичестве я Островская, то всё нормально.
Не нормально то, что я выбираю.
Зачем?
Ну, зачем мне в принципе мужчина?
Хм, вопрос, конечно, интересный.
Думаю об этом, надевая пальто и выходя из здания, в котором проходил танцевальный вечер.
Мои красавцы увлеклись. Даже не заметили, что я ушла. И пальто мне подаёт чужой кавалер, восхищаясь танцем. Спасибо, конечно, но…
Вот и вся любовь.
А если серьёзно.
Ну, правда, зачем мне мужчина?
Что я там не видела?
Опять постоянно быть на стрёме? Особенно, после последних событий в моей жизни? Подспудно бояться, что и этот обманет? Предаст? Выпотрошит чувства?
Опять всегда быть в тонусе?
Ведь рядом с такими мужчинами нужно быть красивой, ухоженной, одетой с иголочки, в отличном настроении. Расслабляться нельзя, ведь рядом ОН. Или вернее ОС - образцовый самец!
Опять двадцать четыре на семь изображать восхищение?
Они же так это любят, когда ими восхищаются!
Говорить — милый, ты самый-самый, ты лучше всех, ты неповторим, ты единственный, ты просто чудо природы.