Развод. Я календарь переверну (СИ)

Стало любопытно, могу ли я трахнуть еще и старшего из братьев Крестовских?
Сама себе ответила, что еще как могу! Ох, как вам придётся подчиниться мне, господин адвокат! Ох, как.
ОХ, ох, что ж я маленьким не сдох...
Головой качаю, представляя себя в объятиях Германа Львовича.
Засада.
Потому что и адюльтер-то мне уже не нужен.
Мне нужно просто показать Макару его реальное место.
  
Которое даже близко не у кормушки, а как в известном кино говорили -— «У параши».
Нет, я, конечно, в тюрьму бывшего мужа упекать не буду, наверное. Но то, что нервишки я ему потреплю, да, одновременно, еще и банковский счёт основательно подчищу - это да.
И Герман обещал постараться и сделать всё по максимуму. Только попросил полного доверия.
Так и Филипп тоже перед занятиями любовью попросил о полном доверии. Уверял, что не всё так просто.
Да что тут сложного, на самом деле?
Если тебе нравится женщина, если ты говоришь, что любишь её, что всегда о ней мечтал, что тебе мешает взять эту женщину и забрать себе?
Унести в берлогу - так, кажется, говорят?
Пошла бы я с Филиппом в берлогу?
А вот, хрен знает, если бы сразу предложил, может, и пошла бы. Чем чёрт не шутит.
А так...
Ненавижу я быть в подвешенном состоянии. Ненавижу!
Кто я? Любимая? Любовница?
Прости, дорогой, но это две разных женщины и одной из них быть я точно не готова.
Да, любовницей неженатого свободного мужика быть как-то совсем не хочется.
Хватит уже. Насмотрелась, как мой супруг кобелирует и его так называемые друзья.
Люди одного круга.
И пираньи за ними по этому кругу так и херачат, плывут, в надежде зацепить хоть кого-то.
Я не такая. Я не хочу цеплять.
Я хочу, наверное, так, как в годы моей юности было.
Чтобы непременно принц.
Пришёл к башне, победил дракона, поцеловал деву, кольцо на палец и в ЗАГС, к тётеньке с халой, рассказывать о любви до гроба.
Я ведь достойна, чтобы ради меня победили дракона? Даже если я сама и есть тот дракон.
Увы, принц сподобился только на то, чтобы организовать нам секс. И то, не со всеми удобствами. В отеле тогда кровать скрипела, слышимость в номерах была, по-моему, стопроцентная. Еще и клопов нашли по утру, и Филипп весь чесался.
Да уж, наверное, какие принцы, такие и принцессы, да?
Нет.
Не знаю.
Просто сейчас хочется поставить всё на паузу.
На менопаузу...
22.
- Аделаида, здравствуй, рад видеть. Ты вовремя.
- Добрый день, Герман Львович, не люблю опаздывать.
- Это прекрасно. — адвокат ухмыляется, смотрит так... влажно. Зараза. — Ты меня хочешь добить этим «Львовичем» что ли?
- Почему? У нас деловая встреча. Я надеялась, что говорить мы будем по делу, поэтому — да. На «вы» и с отчеством.
- Какая ты...
Какая я. Прикрываю глаза и выдыхаю.
Да, я такая.
Неудобная.
Удобной быть — себе дороже, как оказалось.
Ну, давай день, начинай уже как-то становиться реально добрым, потому что утро не задалось.
Собственно, началось с ночи.
Филиппа я отшила.
Спокойно убрала его руку из-под платья, сказав, что не настроена. Он пытался пошутить, но наткнулся на мой взгляд и, слава богу, понял все без слов. Ручки поднял в примиряющем жесте, улыбнулся.
- Адочка, я всё понимаю, день у тебя был тяжелый.
- День был прекрасный, люди некоторые тяжелые.
- Это ты про меня? - усмехается, гад.
- Да нет, ты как раз меньшее из зол.
- Ого, как ты меня... опустила.
- Фил, прости, давай не сегодня выяснять отношения, а? Ну, правда, «ту мач».
- Я только хотел сказать, что ты офигенно выглядишь, ты вообще офигенная, а муж твой дебил.
- Капитан очевидность ты, Фил. Спасибо.
- Ну, не ёрничай, тебе не идёт.
Ты ведьма, конечно, но...
- Я домой. Спокойной ночи.
- Ада. Я не хочу тебя отпускать.
- Сейчас муж приедет, еду из ресторана привезёт, хочешь помочь ему поднять всё в квартиру? Или хочешь рассказать, что ты меня трахнул?
- Да уж... ведьма...
- Всё, давай, до свидания.
- Я наберу завтра.
- Завтра я занята.
Хочется сказать — и всегда. Но что-то гаденькое внутри не даёт. Всё-таки секс с ним был отличный, зачем отказывать себе в удовольствии? Тем более, в принципе, постоянного партнёра я искать не намерена. А тут, свой человек, можно сказать.
Господи... вот точно я себя ненавижу. Совсем скатилась куда-то...
Доковыляла домой.
Весь вечер шикарно провела на каблуках, а эти последние пять минут — просто пытка иезуитская.
Правду говорят, что женщина чувствует себя счастливой не в тот момент, когда ей в любви признаются, и не в момент оргазма, а когда снимает туфли на каблуках и лифчик.
О, да!
Вот это истинный оргазм!
Встала под душ. Взяла скраб с солью. Потом посмотрела на ванну. Решила, что я заслужила несколько минут расслабона.
Макара всё не было. Разрешила детям не спать и дождаться торт. Иногда можно и нарушить режим.
Ванная с солью меня немного оживила.
Вышла я как раз к приезду Игнатова.
Вернулся он дерганный, с нервным тиком. Явно не понимающий как себя теперь вести.
Ох, Макар, Макар... Да как раньше вёл, так и веди. Что изменилось-то? То, что я, типа, знаю? А то я раньше не знала! Или совсем уж меня такой дурой наивной считал?
Бесит, невероятно.
- Привёз всё, как дебил там стоял, ждал.
- Почему как?
- Ада, ты...
Я просто бровь выгнула, ну, попробуй давай, мне что-то скажи! Попробуй!
Макар сразу понял мой посыл и заткнулся.
- Еды теперь... на два дня. Там нарезка, горячее, рыба, мясо, креветки.
- ОЙ, мам, можно креветки, можно? — запрыгала Ева, хлопая в ладоши.
Ночь на дворе. Но завтра в школу дети всё равно не пойдут, так что...
- Сейчас, давай я всё разберу.
- Сейчас? Не поздно ли? На ночь вредно, и вообще...
- Ну, па-ап! Что ты такой душный? — мягко возмутилась дочь, зная, что ей за это ничего не будет.
- Я еще и душный! Хочешь, чтобы у тебя задница была как у тёти Наташи - вперёд.
Задница тёти Наташи -— тема отдельная, тётя Наташа вообще наша консьержка, работает в этом доме буквально с первого дня, детей моих знает с давно, иногда даже помогала с ними, когда были проблемы с садом и с нянями. Наташа дама веселая, рост метр пятьдесят, и вес, примерно, такой же. Шучу, вес, наверное, меньше, но с ростом получается ого-го... В общем, Жозефина у Наташи отменная.
Пример для подражания (нет).
Я нашла среди ресторанных контейнеров тот, что с креветками на гриле, открыла.
Еще открыла нарезки. Сама почувствовала, как желудок сводит.
А, почему бы и нет?
- Ада, ты... тоже есть собралась? Я думал, мы поговорим.
- О чём, Макар?
- А ты считаешь не о чем?
- Я считаю, что точно не сегодня.
Игнатов психанул.
- Я в душ и спать.
- Спишь сегодня в кабинете, сам себе постелешь.
- Еще чего! Сплю я в спальне.
ОЙ, да ради бога!
- Мам... - тихо позвала дочь, при которой мне и не хотелось ничего выяснять, - у вас с папой всё плохо, да?
- Всё хорошо, малыш.
Да уж, всё хорошо, но по отдельности.
Папе хорошо с его шлюхами, мне хорошо без папы.
Но закончить свою семейную жизнь я хочу красиво, поэтому с утра меня ждёт адвокат.
Ночь я реально провела в кабинете мужа, диван там, кстати, очень удобный.
Макар, когда я зашла в спальню за бельём уже спал, или делал вид, что спит. Ну да, голову в песок.
Утром я проснулась не рано, мне вставать не нужно. Это Игнатову на работу к девяти, по крайней мере он так говорит.
Я встала как раз в девять. Он уже уехал. На кухне следы попыток сделать кофе.
  
Кофемашина у нас шикарная, кнопку нажать - и всё готово. Вот только туда надо зёрна засыпать, воды налить, молока. Моему супругу сие неведомо. Ничего, я решила, что он прекрасно позавтракает со своей Кариной. Или с кем-нибудь еще.