Путь к свободе (СИ)

— Я бы с радостью, но нельзя мне. Прогресс развития замедлится.
— Просто как-то это странно смотрится со стороны, когда ты с голыми руками выходишь против вооружённых врагов. Да и урона ты меньше наносишь. Особенно, если у противника есть покров.
Я промолчал, быстро осматривая тела поверженных противников. Если я ничего не перепутал, то это зунгары. Воины, с левого крыла пришедшей сюда армии.
— Эти были без духов, — отметил я очевидную вещь.
— Или просто не успели их призвать.
— Нет, — я отрицательно помотал головой. — В них ни капли духа. Обычные вояки.
— Нам же лучше. Давай за мной, только вдоль стены.
Мы побежали на шум сражения, стараясь держаться темноты. Без даруемого некоторыми духами улучшенного зрения, позволяющего видеть в темноте, нас, по идее, не должны заметить.
— Сожгите их! — раздался крик кого-то из монгольских командиров.
Я потянул Макса за собой, двинувшись в ту сторону. Приятель, который нацелился в совершенно другое место, сначала упёрся, но потом всё-таки последовал за мной.
В такую погоду было странно слышать призывы что-то сжечь. Такая сырость! Если они даже и смогут развести огонь под дождём, то что дальше? Дома-то, в которых укрылись наши бойцы, явно не загорятся.
Мы затаились в десяти метрах от монголов, возглавляемых здоровым воином. Именно он отдал приказ о поджоге. И сейчас мы наблюдали за тем, как именно они собирались это сделать.
Прикрывая своими телами от льющейся с неба влаги, они проводили какие-то манипуляции с небольшими то ли мешочками, то ли сосудами. Раздались характерные чиркающие звуки, и ночная темнота осветилась снопом искр, которые тут же пропали.
— Что это у них? — еле слышно спросил Макс, внимательно наблюдая за монголами, которые пытались поджечь торчащие из загадочных штуковин фитили.
Вот, одному это удалось, и загорелся огонёк. Размахнувшись, он кинул свой снаряд в стену одного из домов. Предмет оказался глиняным сосудом, судя по тому звуку, что он издал, когда разбился о деревянную поверхность. Вспыхнуло пламя, когда загорелась горючая жидкость, которая, по всей видимости, была в снаряде. Однако, спустя всего несколько секунд, огонь погас, не сумев толком разгореться.
— На крышу кидай! Безмозглый ишак! — закричал командир, от избытка чувств взмахнув зажатым в руке кнутом и огрев им по спине криворукого подчинённого.
Остальные ускорились, опасаясь получить болезненный удар. Сразу у двоих получилось зажечь фитили, и они замахнулись для броска.
Из-за дождя, звук выпущенной стрелы был практически не слышен. Зато все желающие могли полюбоваться результатом меткого выстрела. Неизвестный лучник попал прямо в сосуд, разбив его на куски. Горючая жидкость хлынула вниз, залив монголу весь правый бок. Спустя секунду, он вспыхнул, как сухая щепка, с криками побежав прямо на своего командира.
Остальные метатели прыснули в разные стороны, с опаской посматривая на живой факел. Свистнул кнут, и железный шар на его конце ударил вопящего монгола прямо в голову. Тот рухнул на землю без сознания. Следующий удар пришёлся в затылок, окончательно прекратив его мучения.
Да уж, нельзя допустить, чтобы они закидали этими штуками крыши. Даже несмотря на дождь и сырость, может разгореться пожар. Надо срочно что-то с ними делать.
Монгол с кнутом снова начал кричать на своих подчинённых, заставляя их пошевеливаться. При этом он зачем-то оглянулся по сторонам. Не знаю, что или кого он искал, но в какой-то момент, он увидел нас, подбирающихся к ним в темноте.
— Русы! — закричал любитель помахать кнутом, указывая в нашу сторону. — Убить их!
Члены его отряда начали испуганно крутиться во все стороны, в поисках врагов. Вот только, в отличие от своего командира, в темноте они видели неважно. Вдобавок, высекаемые до этого ими искры и недавний живой факел слегка их ослепили, сделав темноту вокруг них ещё более насыщенной.
Мы с Максом поняли друг друга без слов. Я подхватил попавшийся под ноги камень и швырнул его в голову монгола-командира, Макс в это время заходил к нему сбоку, прикрываясь телом лошади от взглядов метателей.
 
Как и предполагалось, от камня командир увернулся. Тот не нанёс ему ни малейшего вреда, но и цели такой изначально не было. Главное, что он потратил на это пару столь ценных секунд, что позволило Максу оказаться от него всего в паре метров.
Между ними завязался бой, с участием духов. Я не стал вмешиваться, так как у этого монгола был кто-то из кошачьих. Видимо, не простой десятник нам попался, а кто-то важный. Если Макс не будет справляться, то я, конечно же, помогу. А так, это его бой. Его и Баюна.
Мне же пришлось взять на себя любителей поджогов. Их оказалось больше, чем мне показалось на первый взгляд. Я то думал, что их человек десять, ну может дюжина. А оказалось, что это была лишь половина отряда.
Я налетел на ближайших противников и принялся раздавать удары, стараясь попадать по рукам. Часть из них схватились за оружие, другие продолжили попытки поджечь свои снаряды. При этом действовали они крайне неорганизованно, временно лишившись своего командира.
А тому было явно не до них. Они с Максом уже рубились на земле. Лошадь валялась рядом, истекая кровью из перерубленной шеи. Они были целиком сосредоточены на бое, и им было явно не до нас.
Я отвлёкся всего на пару мгновений, чтобы посмотреть, как там у Макса дела, а когда повернулся, то увидел, что прямо в лицо, мне летит горшок с зажжённым фитилём.
 Глава 22 
Я уже на голых рефлексах активировал удар змеи, но вместо того,чтобы бить, схватил летящий снаряд и бросил обратно. При этом целился я туда, где монголов было побольше.
Силы я не жалел, поэтому, когда горшок попал в голову одного из метателей, то он разбился вдребезги, окатив содержимым сразу четверых врагов. Может быть им ещё бы и могло повезти, но в этот момент, один из них умудрился поджечь фитиль уже своего снаряда.
Вспыхнуло знатно и жарко. Огня добавил один из наших лучников, попав в ещё один горючий снаряд. Большая часть оставшихся монголов прыснули в стороны, но нашлись те, кто подскочили к огню и подожгли свои снаряды.
Я успел разобраться с двумя такими умниками, но ещё трое закинули свои горшки на крышу одного из домов. Они не успели порадоваться, так как двоих из них утыкали стрелами, а третьего добил я.
Крыша дома загорелась. А когда туда забросили ещё пару снарядов, то стало понятно, что дождь с таким пламенем уже не справится.
Благодаря свету от разгорающегося пожара, я увидел на земле ящик с горючими снарядами. Около него стояло четыре вооружённых монгола. И ещё несколько бежали, стремясь взять горшки взамен использованных. Этого нельзя было допустить, поэтому я решил лишить их возможности сжигать наши укрепления.
Когда я до них добежал, они были уже готовы. Окружив меня полукругом, они пустили в ход сабли и копья. Действовали они довольно грамотно, удерживая меня на расстоянии и не позволяя приблизиться к заветному ящику.
В стороне проскакало пять монголов. Они двигались очень быстро и, судя по всему, их целью был дом, в котором оборонялся Степан. Перед собой всадники держали что-то наподобие прозрачного щита. Попадающие в него стрелы были не в силах его пробить и отлетали в разные стороны.
Мне было не понятно, что они собирались делать, ровно до того момента, как этот полупрозрачный барьер столкнулся с деревянной стеной дома.
Раздался сухой хруст и несколько брёвен лопнули. Всадники же осадили своих скакунов, поставив их на дыбы. Секунда, и от них отделилась ещё одна энергетическая волна. Она была намного слабее первой, но даже так дом слегка тряхнуло. Разочарованно покричав, пятёрка монголов развернула своих коней и ускакала обратно.
За это время я успел схватить копьё одного из противников и резко дёрнуть на себя. Он явно не ожидал от меня такой силы, поэтому не успел вовремя отпустить древко и оказался от меня на расстоянии удара. Моего удара.