Трудно удержать

– И это тоже, – подмигивает мне Раш, и мы оба смеемся.
– Дай-ка подумать. Я провела переговоры о сделке для бейсболиста, поработала над сделкой со звездой НБА, а затем оформила несколько дополнений для одной очень увлеченной олимпийской гимнастки. О, а еще я два часа разговаривала по телефону, чтобы потешить самолюбие спортсменов, убедить их в моей искренней любви и в том, что их карьере ничего не угрожает.
– Трудный у тебя выдался денек.
– И правда, – он пододвигает мой стул еще ближе.
– Но ты кое-что забыла.
– И что же?
– Есть только одна вещь, которую тебе действительно стоит потешить, – бормочет Раш, и его глаза темнеют от желания.
– Вот как? – спрашиваю я, когда он наклоняется и завладевает моими губами.
– Определенно. – Поцелуй. – Это прописано в контракте, помнишь? – приподнимает он бровь, а на губах его появляется легкая улыбка.
– Тогда стоит убедиться, что я выполнила свои обязанности.
Наши губы встречаются, а пальцы переплетаются.
Я с ума схожу оттого, как это просто – целовать Раша. Позволять ему целовать меня.
Раш Маккензи проделывает со мной такое, к чему я не привыкла. Неожиданно целует меня на кухне. Отвлекает от работы.
Но самое странное то, что я хочу узнать его поближе.
Только ли потому, что совсем скоро он уедет?
  
Глава 29. Леннокс
 
Раш меня сглазил.
Стоило мне посмеяться над тем, как он играет свою роль для Кэннона и ВЛПС, как меня стали таскать на каждое мероприятие, что состоялось за последние несколько дней. Благотворительная тренировка на Санта-Анита-Рейсвэй. Интерактивная встреча с болельщиками на стадионе «Банк оф Калифорния», где Раш потренировался с молодыми игроками. Заседание правления, на котором я обсуждала комплексные компенсационные пакеты, которые могут переманить игроков из других, более успешных лиг. И так далее, и так далее.
Мне пришлось встречаться и улыбаться куче случайных людей, хотя я привыкла вести переговоры и заключать сделки один на один.
Единственный плюс от этого выматывающего ритма? Раш. Быть с ним. Смеяться. Ожидание момента, когда я встречусь с ним взглядом через поле или зал и увижу мягкую улыбку на его губах.
А что еще лучше? Знать, что каждая хотела бы пойти с ним домой, но технически это делала только я.
А теперь? Три дня, чтобы отдохнуть от рутины ВЛПС. Мне еще нужно связаться с несколькими клиентами, но это я могу сделать и с заднего двора рая, который представляет собой дом Джонни.
Вот почему я, чистя зубы, вздрагиваю, когда Раш заходит в ванную.
– Одевайся, – говорит он с широкой и озорной улыбкой.
– Это я и собиралась сделать, – произношу я ртом, в котором полно зубной пасты.
– Нет, я имею в виду, что хочу отвезти тебя кое-куда. – Через зеркало я окидываю взглядом его шорты и простую белую футболку.
– Куда?
– А вот это – лучшая часть. Не куда-то конкретно.
– Что? – бросаю я вдогонку, так как он уже выходит из ванной.
– Даю тебе десять минут, Нокс. Лучше бы тебе начать шевелить своей красивой задницей.
Через пятнадцать минут, когда с подъездной дорожки слышится гудок автомобиля, я выхожу через парадную дверь и останавливаюсь. Под мышкой у меня сумочка с бикини, ведь Раш почему-то надел пляжные шорты. Раш же, улыбающийся так широко, как только возможно, сидит за рулем ярко-красного «Мустанга» с откидным верхом. Двигатель ревет.
– Что ты… – замолкаю, чтобы, рассмеявшись, достать телефон и сфотографировать его. Никогда еще не видела Раша таким расслабленным. У него широкая улыбка, живой взгляд; он полон предвкушения. – Уверен, что знаешь, как ею управлять? Кажется, ты на неправильной стороне дороги, – подразниваю я.
– Я очень одаренный. А ты можешь это подтвердить.
Этот мужчина вытворяет нечто невероятное с моими внутренностями.
– Твоя мечта сбылась. Ты за рулем классической американской машины.
  
– Да, – перегибается он через салон, чтобы открыть для меня дверцу. – Запрыгивай. Я тебя прокачу.
– Куда мы поедем?
– Куда захочешь.
Так мы и делаем. Мы направляемся на север, и Раш пробирается сквозь бесконечный поток машин на автострадах Лос-Анджелеса к шоссе Пасифик-Кост. Городские пробки постепенно уступают место извилистой дороге вдоль побережья. Рука Раша покоится на моем бедре. Пока мы несемся, слева сверкает океан: солнце согревает наши лица, ветер развевает волосы.
Возникает такое чувство, что мы вырвались на свободу после стольких недель, проведенных в доме Джонни, когда мы тонули в работе с ВЛПС, я созванивалась с клиентами, а Раш отлучался на тренировки.
Есть даже что-то освобождающее в том, чтобы сидеть рядом с Рашем и просто молчать. Дующий вокруг нас ветер позволяет наслаждаться обществом друг друга и не чувствовать необходимости заполнять каждое мгновение пустыми разговорами.
Не уверена, сколько времени проходит, прежде чем мы съезжаем с автострады на окраине округа Санта-Барбара. Я бросаю взгляд на Раша и впервые замечаю, что он сверяется с навигатором на приборной доске. Я даже не заметила, что он ввел какой-то конкретный адрес.
Улица, по которой мы проезжаем, обсажена деревьями. В воздухе витает запах моря. Мы на мгновение встречаемся взглядами, а после Раш проверяет номера домов, что расположены слева. Пусть на это уходит секунда, но я понимаю, что он что-то задумал. Но ничего не говорю.
Жду, пока он приблизится к воротам, наберет код и, дождавшись, когда те откроются, заедет внутрь.
– Так ты расскажешь мне, почему мы здесь? – спрашиваю я, когда он смотрит на меня с озорной ухмылкой.
– Немного отдыха и восстановления.
– Отдыха и восстановления? – смеюсь я. – О чем ты говоришь?
– Дом наш на ближайшие два дня, – беззаботно отзывается Раш. Я удивленно смотрю на то, как он выходит из машины и обходит капот.
– То есть – «на ближайшие два дня»? – таращусь я на него, уже открывшего для меня дверцу.
– Ты сказала, что не хочешь, чтобы кто-то знал, чем мы занимаемся… Так что теперь, – Раш обводит рукой окружающую нас обстановку, – никто и не узнает. У нас частный пляж, уединенный домик вдали…
– И никакой еды, одежды или туалетных принадлежностей, – со смехом замечаю я, удивленная его жестом.
– Я попросил хозяина заполнить холодильник, а одежда… кому она нужна? У нас личный бассейн, и, уверен, внутри есть эти белые махровые халаты. О туалетных принадлежностях я тоже позаботился. Я же делю с тобой ванную, так что знаю, что тебе нравится. А когда дело доходит до конкретных вещей…
– Ты серьезно подошел к делу, да?
– Джонни заслуживает того, чтобы на несколько дней дом снова принадлежал только ему, – говорит Раш, взяв меня за руки, чтобы помочь выйти из машины. После этого он притягивает меня к себе. – К тому же, дорогая, я хочу провести с тобой несколько дней без того, чтобы бояться, что кто-то станет свидетелем нашего мерзкого, не приносящего удовольствие секса.
– Секс просто ужасен, да? – спрашиваю я, наслаждаясь нежным поцелуем, который он оставляет на моих губах.
– Ужаснее некуда, – еще один поцелуй. – Ты кончаешь. И кончаешь еще раз. А потом наступает моя очередь. Никакого удовлетворения.
– Рада, что ты все спланировал, – это явное преуменьшение. Я поражена. Подумать только, этот человек считает себя негодяем. Эгоистом. Неприятным клиентом. Разве не все клиенты такие? Ведь они борются за свою жизнь. В остальном же? Раш совсем не такой, как думают люди.
Как я сказала ранее, это лишь оболочка, которую он хочет показать. И все же он устроил для меня эту поездку. Для отдыха и восстановления. Никто никогда раньше не делал для меня такого. Поэтому я шокирована. Пребываю в благоговейном страхе.
– Самое время сказать, какой я замечательный, за что я отплачу тебе вином и сыром, а в качестве десерта полакомлюсь твоей киской.