Опаленное сердце (ЛП)
Дженкинс вздохнул.
— Но ладно. Я ограничу вас десятью минутами. Когда услышите сигнал, вас соединят с Сэмюэлом Бесвиком.
— Спасибо, — начала я. Дженкинс меня не слышал; он уже отключился.
Прошло несколько секунд, затем прозвучал пронзительный сигнал. Моё тело замерло, когда на линии раздался голос Сэмюэла Бесвика. Он казался неуверенным.
— Алло?
«Веди себя как профессионал, Эмма, — сказала я себе. — Держи себя в руках».
— Это детектив-констебль Беллами, — представилась я. — Мы с вами разговаривали.
Ответ Бесвика был сухим.
— Я не забыл, детектив. Зачем вообще может быть настолько срочным, что вы вытащили меня из камеры в такой час?
— Вы солгали мне, — ровно сказала я.
Бесвик не ответил сразу же. Когда он заговорил, его слова звучали медленно.
— Я не уверен, о чём именно вы говорите.
— Вы сказали, что убили моих родителей, вы признались мне в лицо. Но вы этого не делали, так? Вы их не убивали. Зачем вы солгали? Прикрываете кого-то? — я слышала напряжение, вибрировавшее в его голосе. — Что вы пытаетесь скрыть?
Бесвик заговорил тихо.
— Откуда? — спросил он. — Откуда вы узнали?
— Это не имеет отношения к делу, — рявкнула я.
— Вы нашли улики, оправдывающие меня? — каждое слово дрожало отчаянной надеждой. Бл*дь. Я не могла уворачиваться от его вопроса.
— Улик недостаточно, чтобы удовлетворить суд, — ответила я честно. Я услышала, как он испустил звучный, но не удивлённый вздох. Я подняла подбородок. — Но я их найду, это я вам обещаю. Сначала мне нужно знать, зачем вы солгали. Какой это служило цели? И если вы опять мне соврёте, я…
— Вы, — перебил он. — Я соврал из-за вас.
Я моргнула.
— В смысле?
— Вы потеряли родителей.
— Я их не потеряла, мистер Бесвик. Их убили.
Он вздохнул.
— Вам нужно было обрести покой. Закрыть это дело. Вам нужно было знать, что виновный наказан. Один лишь взгляд на ваше лицо сказал это мне. Я подумал, что вам будет лучше, если вы будете верить, что правосудие восторжествовало.
— Но если вы их не убивали, тогда бл*дское правосудие не восторжествовало! Их убийца до сих пор на свободе!
Ответ Бесвика был мягким.
— Я провёл в тюрьме четверть столетия. Я наверняка буду здесь до самой смерти. Никто не узнает, кто на самом деле убил ваших родителей. Только не через столько лет.
Его слова просто не складывались в связную картинку.
— Вы пытались проявить доброту, сказав мне, что убили моих маму и папу.
— Наверное, да. Это казалось правильным поступком.
Я в неверии покачала головой.
— Это не так, — моя ладонь крепче сжала телефон. — Скажите мне, — произнесла я. — Скажите мне, что случилось на самом деле.
— Иногда с ложью легче справиться, чем с правдой, детектив.
— Скажите мне, — повторила я. — Пожалуйста.
Прошло мгновение.
— Ладно. Я провёл день в Лондоне. Вечером вернулся в Барчепел. Домой дошёл пешком. Новости услышал на следующий день, когда пошёл на работу, а через три дня меня арестовали. Всё. Вот и всё, что было.
— Нет, — мой голос звучал ровно. — Это не всё. Ваши отпечатки были найдены на месте преступления.
— Я часто заходил в гости. Мне нравилась ваша мама. Она была подругой девушки, с которой я тогда встречался.
Миранда. Я попыталась прогнать головную боль.
— Их кровь нашли на вашей одежде.
Он казался печальным.
— Я не знаю, почему так получилось. Я не мог это объяснить. До сих пор не могу.
— Что насчёт Миранды? — потребовала я. — И Патрика? Почему они верили в вашу невиновность, когда никто больше не верил? — он не ответил. — Сэмюэл?
Последовал вздох.
— Я их видел. Когда сошёл с автобуса. Они были… вместе. Миранда выглядела расстроенной… и Патрик тоже, если уж на то пошло. Я последовал за ними. Они быстро шли к коттеджу, где жили ваши родители. Миранда заметила меня, обняла и сказала мне идти домой.
Я резко втянула вдох.
— Хотите сказать, вы думаете, что это они…
— Нет! Они не убивали ваших родителей.
— Откуда вы знаете?
— Просто знаю. Они оба не убийцы. Я верил в это тогда, и верю в это сейчас. Они этого не делали. Не знаю, кто их убил, но точно не они.
— Но…
— Мне машет надзиратель. Думаю, нам пора закругляться, детектив.
Проклятье.
— Спасибо, — сказал он.
Я покачала головой.
— За что?
— Вы первый человек за долгое время, который поверил в мою невиновность. Вы не представляете, что это для меня значит, особенно учитывая то, что это вы. Мне очень жаль, Эм. Я очень сожалею, что тебе пришлось через это пройти.
— Вы сидите в тюрьме за преступление, которое не совершали.
— Ничего не поделаешь, — сказал он тоном мужчины, который давно принял свою участь.
Раздался громкий сигнал.
— Ваше время вышло, — произнес Дженкинс. — Надеюсь, вы получили то, что вам нужно.
— Вообще нет.
— Что ж, тюремный распорядок важнее, чем вам может показаться. Если желаете продолжить разговор, могу организовать вам визит завтра. Но сейчас поздно, и…
— Ладно, — сказала я. Я вернусь в Лондон на пару часов, чтобы увидеться с Бесвиком и узнать больше. Мне надо посмотреть ему в глаза и обсудить всё более детально. Должно же быть что-то, какая-то подсказка, которая поможет. Я определённо не могла оставить всё как есть..
— В два часа? — это даст мне время свериться с Боатенгом, поработать над расследованием убийств Джули и Патрика, и увидеться с Мирандой Джеймс. Могла ли она оказаться убийцей моих родителей? Помог ли ей Патрик Лейси? Это едва ли казалось правдоподобным, но я должна рассмотреть такую вероятность.
— Хорошо, — отрывисто ответил Дженкинс. — Доброй ночи, — а потом звонок оборвался.
Глава 17
Несколько минут я не сдвигалась с места. Воздух сделался значительно прохладнее, но я не чувствовала холода. Я толком ничего не чувствовала. Чёртова ворона продолжала скакать вокруг и клевать землю.
— Ты вообще не спишь? — спросила я её в итоге.
Та сделала перерыв в поисках сочных червячков и посмотрела на меня.
— Что ты такое? — спросила я.
Птица опустила голову и снова сосредоточила внимание на земле.
Тут тишину нарушил протяжный шёпот.
— Эмммммма, — я дёрнулась. — Малышка Эмммммммма.
Я схватила арбалет.
— Кто это? — потребовала я. — Кто здесь?
Ворона закаркала. Она взмыла в воздух, пролетев над моей головой в сторону дороги.
— Эмммммммммма.
Бл*дский ад. Откуда это доносится? В одно мгновение это слышалось как будто из-за коттеджа, а в следующее — откуда-то от леса.
— У меня есть арбалет, — объявила я. — И я им воспользуюсь, — я приподняла его повыше, целясь то в один угол сада, то в другой. На изгороди раздалось громкое карканье. За ним сразу же последовал низкий, издевательский смешок. По моей спине пробежала невольная дрожь.
Ворона снова каркнула. Эта чёртова птица звала меня по имени? Нет. Это глупо. Мои глаза прищурились.
— Кто здесь? Кто вы?
Ответом стала лишь тишина. Я держалась совершенно неподвижно. Я обладала сверхъестественным слухом; он был не таким чутким, как у оборотня, но это не означало, что я не могла на него полагаться. Я принюхалась к воздуху, но почуяла лишь сырую землю и лёгкий аромат жимолости.
Я щурилась, вглядываясь в мрак, но не могла ничего рассмотреть в тени. Я прошла в одну сторону сада, заглянула за стену коттеджа, затем прошла в противоположную сторону. Ничего. Никакого жуткого шёпота. Ни единого следа живого существа. Даже ворона исчезла.
Я стиснула зубы и выждала несколько мгновений. Странных звуков больше не было. Я была одна и, надо признаться, испугалась. В итоге я ушла, держа перед собой арбалет и готова выстрелить в любой момент.
***
Всю дорогу до «Птички и Кустика» я была на нервах. Дёргалась от каждой тени и постоянно оборачивалась через плечо. Я как будто вернулась в те изначальные дни и недели после того, как меня убил мой бойфренд Джереми. Я испытывала этот вид страха. Учитывая то, что я узнала о своих сверхъестественных способностях, я не думала, что вновь такое испытаю. И всё же вот она я. Привет, тьма, мой старый друг.