Невеста. Последнее задание Энди (СИ)

– Прости, я не помню твоего имени. Но точно помню, что именно ты доставила на Землю материал, на основе которого создали вакцину против космической заразы. Кстати, ничего, что я на «ты»?
Я хмыкнула. Прокол, однозначно. Шесть лет назад все эти девчонки были слишком юными, чтобы интересоваться политикой и войной. Поэтому никто, даже прожженный интриган Бестужев, не предположил, что кто-то все-таки заинтересуется. Более того, запомнит.
– Будет очень странно, если одной из невест ты вдруг ни с того, ни с сего начнешь «выкать». Так что все нормально. А мое настоящее имя вспоминать не стоит. Еще нечаянно забудешься и назовешь не тем именем. А я здесь под именем Анны Клевцовой.
Полячка отвернулась от девушек и чуть нахмурилась:
– Под именем? Это с самого начала планировалось? Или…
– Не копайся в этом, не нужно.
Юлия внимательно смотрела мне в глаза несколько долгих секунд. А потом просто кивнула.
Я отхлебнула из своей чашки и прикрыла глаза, наслаждаясь ощущением разгоняемой кофеином крови. Потом взялась за блинчики:
– М-м-м! Шедевр! - Я даже глаза подкатила от удовольствия. – Обожаю блинчики!
Полячка тоже взялась за свою порцию. И некоторое время мы наслаждались выпечкой в тишине. Но надолго Юлии не хватило:
– Значит, ты не настоящая невеста? И замуж не собираешься?
Я покачала головой. Вот же любопытная! Но вокруг нас никого не было, поэтому рискнула пояснить:
– Изначально я была всего лишь начальником охраны. Да и дома, на Земле, меня ждут.
Юлия бросила на меня сочувственный взгляд. Но я сделала вид, что не заметила. К тому же, меня действительно ждут. Родители. Но любопытной девчонке это знать не нужно.
Некоторое время мы жевали в тишине. И я уже начала надеяться, что вопросы у любопытной девчонки закончились. Но следующая ее реплика заставила меня поперхнуться кофе.
– Ты старше нас всех. Не называешь свое настоящее имя. Замуж не собираешься. И изначально была начальником охраны. А еще ты – кадровый военный, побывавший в горячих точках. Двадцатая невеста-то хоть жива?
Мне понадобилась почти минута, чтобы отдышаться и взять себя в руки. Ну не ожидала я подобного зрелого суждения и такого неожиданного вывода от восемнадцатилетней девчонки! Вчерашней школьницы.
– Мдааа. Вот теперь верю, что ты родная дочь президента!
Юлия грустно усмехнулась:
– Никто в это не верит. Все думают, что мама подделала генетическую экспертизу каким-то неведомым путем. А я действительно дочь пана Новака. И мама никогда бы не стала ему надоедать. Но в последней экспедиции она заразилась черной арслийской гнилью. Мои бабушка и дедушка уже умерли. Других родственников у нас с ней не было. А мама не хотела оставлять меня одну, без защиты. Но знаешь, - лицо Юлии вдруг исказилось на мгновение, она судорожно вздохнула, - лучше бы я попала в приемную семью! Думаю, у чужих людей мне было бы лучше.
Я даже растерялась на секунду от того, сколько боли и отчаяния прозвучало в голосе этой юной красавицы. А потом просто обняла девушку за плечи. Правду говорят, что красота еще не означает счастье.
– Кто? Отец или мачеха?
– Мачеха. Она меня возненавидела с первой секунды. Травила постоянно, когда отец не видел. А его дома не было по восемнадцать часов в сутки. А потом и вовсе принесла газету с рекламой конкурса и прошипела, что для меня же лучше будет, если я туда запишусь и выиграю. Она не хотела, чтобы отец на меня тратил деньги. А ведь он собирался отправить меня на учебу и стажировку в Европу. Говорил, что у меня светлая голова и цепкий, аналитический ум. Вот так я и стала невестой. И не жалею. Это лучше, чем иметь во врагах ядовитую гадину. К тому же, на Земле меня ничего не держит. Мамы уже нет. А к отцу я не чувствую никакой привязанности. Надеюсь только, что он все же поступит, как я просила. И отдаст деньги, полученный за меня на благотворительность, а не мачехе.
В последних словах полячки слишком явно прозвучали слезы. Не такая уж она и сильная, как хочет показаться. Я сильней сжала ее плечи и чуть-чуть встряхнула:
 
– Успокойся, все позади. Не давай этим глупым гусыням повода клевать тебя. В каюте поплачешь. А я прослежу, чтобы твой незадачливый папаша поступил, как положено.
Юлия с надеждой уставилась на меня:
– Правда? А как ты сможешь это сделать?
Я усмехнулась:
– Ты забываешь, и слава богу, с кем общаешься. Я сегодня же вечером передам сообщение на Землю. Там есть люди, которые с удовольствием восстановят справедливость.
Юлия с жаром выдохнула:
– Спасибо!
А я поняла, что приобрела верного друга.
Остаток дня промелькнул незаметно. Я познакомила Наташу и Юлию. И на обед мы уже отправились втроем. Невесты более-менее перезнакомились. И даже уже начали сбиваться в стайки. В перерывах между трапезами курсируя между разнообразными салонами, спортивными залами и обзорной палубой. Впрочем, спортзалы особой популярностью не пользовались. По той простой причине, что юные девчонки еще не испытывали необходимости поддерживать себя в форме. А обзорная палуба всем почему-то показалась скучной. Ну да, там только бесконечный космос и звезды.
То тут, то там периодически вспыхивал флирт с немногочисленным обслуживающим персоналом мужского пола. Но парни, связанные жестким контрактом, уворачивались от любой попытки поближе познакомиться. Они вздыхали. Я мысленно хихикала.
Слежка за невестами оказалась неожиданно увлекательным занятием. Я даже и не подозревала у себя раньше такую страсть к сплетням. Меня в каюте ждала целая стопка досье с информацией на команду, обслуживающий персонал и аргольцев, а я тут наслаждаюсь подглядыванием за излишне ретивыми девицами. Меня неизменно радовало, когда Валери Леруа, София Моретти или Грета Корф получали очередной щелчок по самолюбию в виде полного игнора со стороны мужчин из обслуги. Наверное, именно поэтому на встречу со своей заместительницей я явилась в самом благодушном настроении.
Встречу назначили в дальнем закутке корабля, почти в самом конце коридора. Невестам не возбранялось сюда ходить. Но их интересы были сосредоточены вокруг салонов красоты и некоего подобия земных кофеен. Поэтому ни я, ни моя помощница не опасались любопытных глаз.
Дарси горестно засопела, увидев мою улыбку, и с ходу пожаловалась на поведение парочки рядовых, которые никак не хотели признавать ее власть. И без моего надзора слегка распоясались. Ну, насколько это было возможно в условиях космического корабля. Я легкомысленно пожала плечами и распорядилась обоим лоботрясам выписать путевку на три внеочередных дежурства на технической палубе. Это остудит кого угодно. И научит дисциплине.
А потом пришла очередь того известия, ради которого собственно, меня и вытащили на рискованное рандеву.
– Энди, сегодня днем, примерно во время обеда, Бирс поймал обрывок зашифрованного сигнала. Сигнал входящий. Исходящего не было. Или мы не смогли нащупать. Но все же есть предположение, что это обрывок диалога. Расшифровать пока не удалось.
Бирс был самым старшим и самым опытным солдатом во взводе. Участвовал в войне с ильдаррцами. Многое знал и многое умел. У меня не было причин не доверять ему.
Все мое благодушие как ветром сдуло.
  
Глава 6
 
Прошло три недели… 
Утро двадцать третьего дня нашего путешествия ничем не отличалось от двадцати одного уже прошедшего. Я давно привыкла просыпаться без будильника. Хотя, по старой привычке все еще его включаю. Но обычно просыпаюсь минут за двадцать до сигнала. А потом еще некоторое время валяюсь в постели, бесцельно таращась в потолок.
В противовес первым двум дням на борту, не происходило ничего. Вообще ни-че-го. Словно наш злой гений, отобрав жизнь одной невесты и накидав нам кучу подозреваемых, испарился с «Тацины». Оставив корабль идти своим курсом.
Я досконально изучила переданные папой досье. Но там не было ни одной зацепки. Всякая мелочевка, типа «разругался с женой перед самым отлетом, и она от него ушла» не в счет. Это, кстати, про нашего докторишку. Теперь я понимала его поведение лучше. Да и он сам, поостыв, вел себя гораздо корректней и профессиональней. Оставалось только удивляться, как домашние размолвки влияют на человеческое поведение.