На грани (СИ)

Сегодня я проснулся поздно. За окном было очень светло. Сел на лавке и понял, что сил тащится в лес у меня нет никаких. Тут бы хоть с лавки встать.
В доме было тихо. Ратибор уже ушёл. Завтрак стоял на столе.
Я всё же превозмог себя, дотащился пять шагов до стола и поел. Выпил две большие кружки воды. Через полчаса мне немного полегчало, и я понял, что до Яромира я теперь дойти всё же смогу.
Последние несколько дней я каждый день ходил к своему «пятачку весны» и обновлял на нем свой кокон. Там же я просиживал по полдня, но без особых успехов. Никакие мои уговоры и наговоры никак на Лес не влияли, а магических сил я тратил на это больше, чем успевал восполнять с помощью местной воды и еды.
Ратибор мне поведал, что в Дремире есть два способа восполнить свою магическую энергию: еда-вода и местные деревья. С доступом к первому у меня проблем не возникло, а вот в Священный Лес он сказал, что меня без разрешения Старейшины не пустят. А если он и даст разрешение, то приставит ко мне сопровождение.
Эта идея мне не понравилась вдвойне: во-первых, надо было кого-то что просить, а во-вторых, ещё и ходить под конвоем, как узник какой-то. Тогда я решил обойтись едой и водой — пока что, но сегодня понял, что на поклон идти всё же придётся, иначе мой эксперимент угрожает затянуться безумно надолго.
Человек я отнюдь не волевой, особенно когда дело касается себя самого, но всё же мне удалось собрать скудные остатки своей воли в кулак, одеться и выйти за порог.
Мне казалось, что к дому Яромира сейчас идти бессмысленно, ведь, скорее всего, он уже ушёл по делам, но я всё же к нему пошёл, зная, что потом точно не соберусь.
Моя чуйка меня не подвела — дверь мне никто не открыл. Ни идти обратно, ни стоять его дожидаться у крыльца сил не было, и я внаглую сел на скамейку под окном.
Сидел с безразличным видом и смотрел на улицу за невысоким плетёным забором с калиткой. По ней сновали люди: кто-то на меня поглядывал, кто-то нет. Я сидел ровно, всем видом показывая, что я сижу и жду Яромира по делу, а не пришёл вальяжно развалиться на его лавке и позагорать на зимнем солнышке.
Ждал я недолго, даже замерзнуть не успел. Видимо, обо мне доложили, и через полчаса я увидел на улице Яромира. Я встал и пошёл ему наперехват, но он свернул к своему дому, и я остановился на полпути между домом и калиткой.
— Здравствуйте, — учтиво сказал я, когда он ко мне подошёл. — Я бы хотел с вами поговорить, если у вас сейчас есть время, или скажите, могу ли я прийти в другой раз.
— Здравствуй, — добродушно поздоровался Яромир. — Идём в дом, поговорим.
— Благодарю.
Я посторонился, пропуская его вперёд, и последовал за ним.
— Чаю будешь? — спросил Яромир, когда мы зашли в гостиную.
— Не откажусь, — честно признался я, подумав, что лишней мне сейчас никакая вода не будет.
Когда передо мной стояла дымящаяся чашка чая, Яромир спросил:
— О чём ты хотел поговорить?
— Мои эксперименты с восстановлением Священного Леса у меня забирают много магических сил, — начал я издалека. — Я пытался их восстанавливать с помощью местной еды и воды, но чувствую, что не успеваю настолько быстро восстанавливаться, насколько мне это необходимо. От Ратибора я узнал, что в Дремире есть и более быстрый способ восполнять свою магическую силу: через деревья в Священном Лесу. Я бы хотел узнать, не могли бы вы мне разрешить посещать окраину Священного Леса в лечебных целях и что я могу сделать, чтобы получить это разрешение?
— Ты можешь попросить Мирияра отвести тебя в Священный Лес. Он тебе и расскажет, как себя там положено вести. Передай ему, что я разрешил. А когда ты там освоишься, то можешь приходить в Лес самостоятельно.
— Благодарю, — ответил я и решил уж было уходить, но понял, что неплохо было бы выпить чай, который ради меня заваривали.
Я сделал несколько глотков горячего, но не обжигающего чая и поставил чашку обратно на стол.
— У тебя есть ко мне ещё вопросы? — спросил Яромир.
— Нет, — честно признался я.
— Тогда позволь мне кое-что узнать у тебя.
  
Если бы я себя чувствовал бодрее, я бы напрягся, но я не мог этого сделать ни морально, ни физически, поэтому лишь вяло ответил: — Спрашивайте.
— Сейчас я тебя спрашиваю не как Старейшина Яренки, а как дедушка Марены. Ты очень помог моей внучке, придя сюда. За это я лично хотел бы тебя отблагодарить и помочь тебе, чем смогу. Прошу, скажи мне честно, почему ты ушёл с уроков Любомира?
«Честно? Почему бы и нет? Ещё ниже в глазах Яромира мне падать всё равно некуда после моей выходки на Совете».
— Мне было скучно, — честно признался я, глядя на полупрозрачную гладь чая в светло-коричневой глиняной чашке. — Сколько я ни старался, я не мог понять, как то, что он нам рассказывает, относится к делу. Эти знания просто не укладывались в моей голове и сразу же отторгались как бесполезные. В итоге я решил, что это просто бесполезная трата и моего времени, и времени Любомира, и ушёл.
Я отхлебнул ещё чая, поставил чашку на стол и посмотрел на Яромира.
Удивился — он не смотрел на меня ни с презрением, ни как на идиота — он вообще на меня не смотрел, а сидел, задумавшись.
Я решил не мешать ему думать и молча продолжил пить чай.
— Позволь мне предположить, что с тобой происходит, и предложить несколько решений, — вскоре сказал он, и я снова на него посмотрел.
Яромир смотрел на меня всё так же спокойно и задумчиво. В его взгляде не было ни жалости, ни беспричинной заботы — это немного успокоило моё эго, которое уж было хотело возмутиться, что «Со мной всё нормально!», и я лишь ответил:
— Слушаю.
— Ты выглядишь очень уставшим, смею даже сказать больше: в состоянии крайнего истощения жизненных сил и душевной хандры.
Я очень удивился этому его заявлению и сразу же сравнил своё теперешнее состояние с тем, что было тогда в пещере, и до меня дошло, что он прав!
«У меня снова началось магическое истощение⁈ Но как? Меня же тогда полностью вылечили… А я всё это время думал, что меня подкосили новости о бабушке. Скорее всего, здесь не только это…»
Видимо, эти все мысли настолько чётко отразились на моём лице, что Яромир так и сказал:
— Я вижу, что ты этого не осознавал, а посему считаю, что твоё нежелание учиться новому — это лишь следствие твоего расшатанного здоровья. Ты просто физически не в состоянии сейчас воспринимать ничего нового, когда твоё тело и разум борются за твоё выживание.
— Думаю, вы правы, — грустно ответил я. — Я прекрасно понимаю, что мне надо сделать, но с одной стороны мне всё лень, а с другой — я всё время спешу. Будто куда-то не успеваю и пытаюсь туда побыстрее добраться, и в тоже время берегу свои силы, не желая их расходовать. Если это действительно новое магическое истощение, то я не могу понять, почему оно вернулось так быстро. Меня лишь несколько недель назад откачали в Гильдии Магов. Я думал, что я теперь полностью здоров.
— Ты недавно был при смерти? — насторожился Яромир. — Позволь узнать, из-за чего?
— Я был в подземной пещере, где я почувствовал, что что-то тянет из меня всю мою магию. Кое-как мне удалось от этого отгородиться и остаться на скупых остатках магии. К сожалению, мне их не хватило, чтобы выбраться из пещеры, и меня оттуда вынес друг. Он и доставил меня в Гильдию Магов.
— Идём немедленно в Священный Лес! — скомандовал Яромир, вставая.
Я даже немного испугался — у него был вид, будто я в любое мгновение могу умереть.
Не дожидаясь моего ответа, он направился в сени. Пришлось догонять.
По улице он шёл быстрым шагом, и мне пришлось, стиснув зубы, держаться из последних сил, чтобы не отстать.
«Давай-как без обмороков, лентяй», — ехидничал мой внутренний голос, и я в кои-то веки был с ним согласен.
За границей Яренки мы были через четверть часа, и Яромир сразу же пошёл по хорошо протоптанной в снегу тропинке между деревьями. Я думал, что мне подойдет первое попавшееся дерево, но, видимо, всё было не так просто.