На грани (СИ)

Не успел Хэйн обрадоваться, что они просто собирают всех и уходят на юг, как Королева резко развернулась и помчалась обратно. Сама. Все остальные грифоны продолжали улетать из города дальше на юг.
Неладное он заподозрил, когда на подлёте к южным вратам города увидел своего личного грифона, летящего навстречу без Кирана. Королева, недовольно фыркая, бросилась на перехват, и Хэйн в ужасе подумал, что сейчас останется без грифона и пойдет в Весталию пешком.
— Не убивай её! — взмолился Хэйн и погладил Королеву сверху по шее в надежде, что она прекратит свой таранный маневр и грифоны всё же разминутся.
Королева презрительно фыркнула и в последнее мгновение всё же ушла в сторону и немного вверх. Оба грифона закружились друг вокруг друга, грозно фыркая, но в итоге сели на поле за городом.
Недогадливым Хэйн не был, и тут же отстегнулся и спрыгнул на землю. Королева взлетела и помчалась в сторону города. Хэйн остался стоять в замешательстве, не зная, стоит ли сейчас подходить к своему разъяренному грифону или нет.
Грифон сам развеял его сомнения: подошёл и ткнул его в грудь передней частью клюва. Хэйн потерял равновесие и упал на спину в снег, но тут же встал. Грифон больше на него не нападал, а наоборот, улёгся рядом.
«Видимо, это она меня от так приглашает в седло», — решил он и быстро воспользовался приглашением.
Не успел он пристегнуться, как грифон начал взлетать и полетел догонять остальных на юг. Хэйн с решением своей подруги спорить не стал.
В этот день Киран их так и не догнал. Не догнали и преследовали. Хэйн летел в хвосте их группы и часто оглядывался назад. Что там происходило, он понять не мог, но решил, что Кирану как-то невообразимым образом удалось немного задержать преследователей, давая им всем возможность уйти.
После обеда они влетели в туман, и вся их группа ушла восточнее, пролетела так ещё с полчаса и остановилась на привал. Лететь дальше в тумане было опасно — начинались предгорья.
Хэйн со смесью чувства тревоги и облегчения спешился и тут же развалился на спине на снегу. Грифон лег на снег и тут же сложил крылья, засовывая голову под крыло. Насколько Хэйн мог судить из-за ограниченной видимости, так же сделали и все остальные — все воспользовались передышкой и решили выжать из неё как можно больше отдыха.
Подолгу тревожиться Хэйн не умел, и вскоре он уже лежал на снегу, как на кровати, закинув руки под голову и скрестив ноги, и весело думал о том, что с Кираном не соскучишься.
«Киран, если ты выживешь, — в итоге решил он, — я присягну тебе как командиру. Ты не повёл нас всех на убой. Похоже, что я в тебе ошибся, и ты не хуже Дэльмара. Главное — успеть это сделать это до того, как он меня прибьёт за то, что я без разрешения угнал его грифона…»
Привал длился недолго, всего с полчаса. Вдруг грифон Хэйна потянулся и начал вставать. Периферическим зрением Хэйн заметил схожее движение вокруг и тоже встал.
Вскоре вся их группа взлетела невысоко над землёй, медленно полетела на юг.
В тумане они блуждали до сумерек. Хэйн всё так же летел в хвосте группы и чувствовал себя скорее «посылкой», чем наездником. Несколько раз он пытался уговорить грифона полететь немного быстрее, чтобы двигаться впереди группы, но грифон его совсем не слушал, и Хэйн бросил эти попытки.
В сумерках все грифоны, как по команде взмыли вверх и вскоре вынырнули над низкими облаками. Хэйн понял наконец, что это был за туман — это были облака, которые летели с моря на юг и упёрлись в горы, не в силах на них заползти. Над серыми горными хребтами не было ни тумана, ни облаков.
Их группа свернула на юго-запад и полетела быстрее, а ещё через час полёта все грифоны начали пикировать вниз и садиться у края небольшой заснеженной долины.
Снег в долине оказался плотным и слежавшимся, скорее больше похожим на лёд, чем на снег. Лапы грифона провалились в него всего по колено, а когда Хэйн осторожно слез сам, то понял, что проваливается не глубже, чем по щиколотку.
Вскоре стемнело, и все остались ночевать здесь. Хэйн всё же сумел разыскать Дэльмара и вызвался первым в ночной дозор. Ночью охраняли лагерь только люди. Костров не жгли, да и нечем было, и своего присутствия никак не выказывали. Правда, в свете луны и на фоне нетронутого снега они были как на ладони.
  
С полуночи до рассвета Хэйн отсыпался, а на рассвете снова вызвался в воздушный дозор, мотивируя Дэльмара тем, что у него здесь самый большой боевой опыт. Дэльмар не возражал, и следующие четыре часа Хэйн с ещё девятью наездниками прятались на грифонах в скалах к северу от долины, всматриваясь в безоблачное небо. Погони они так и разглядели, и их сменила группа Йорга.
Вернувшись в лагерь, Хэйн решил, что раз заняться больше нечем и все ждут Кирана, то можно ещё поспать. Уснуть-то он уснул мгновенно — сказывалась накопленная за последние дни усталость — но через полчаса его разбудил Дэльмар.
— Вставай, — сказал Дэльмар, затормошив его за плечо. — Командир вернулся.
«Командир?» — спросонья не понял Хэйн и вслух так и спросил: — Какой ещё командир? Ты же здесь.
— Киран, — усмехнулся Дэльмар.
«Киран?.. А… Киран… Чёрт! Киран уже здесь⁈»
Хэйн резко сел. Он несколько мгновений пялился на Кирана, который невозмутимо стоял рядом, сложив руки в карманы штанов, а потом встал и доложил:
— Командир, мы с Королевой добыли тридцать одного грифона. Готов понести любое наказание за то, что угнал вашего грифона без спросу.
— Ты поосторожнее в словах, — усмехнулся Киран. — А то наказать я тебя не успею.
Хэйн понял, что сказал лишнего при своём грифоне, но исправиться не успел: положение исправил Киран.
— Королева мне не принадлежит — у нас договор о сотрудничестве.
— Виноват, — серьёзно ответил Хэйн. — Понял.
— Это я перед тобой виноват, — серьёзно ответил Киран. Прошу меня извинить за наезд на совещании. Твоего командира, Дэльмара, я уважаю. Тебя тоже. Я рад, что ты выжил.
Киран по-дружески похлопал Хэйна по плечу, сказал «Отдыхай» и собрался уже уходить.
— А наказание? — решил уточнить Хэйн, не веря, что отделался лёгким испугом.
Киран обернулся и злорадно оскалился:
— Ты думаешь, ты бы смог улететь с Королевой без моего ведома и нашего с ней договора о тебе?
Хэйн побледнел, вспомнив сомкнувшийся на своей шее клюв Королевы, и решил, что не лишился тогда головы не благодаря своей честности, а, скорее всего, благодаря тому, что где-то за его спиной стоял Киран.
— Нет, — твёрдо ответил он.
Лицо Кирана снова сделалось спокойным, и он равнодушно ответил:
— За успешное выполнение приказа я не наказываю.
— Слушаюсь, — ответил Хэйн и Киран с Дэльмаром ушли.
Через час Киран собрал всех наездников на совет посреди поляны, на некотором удалении от грифонов. Говорил он громко, чётко и уверенно. Все слушали его молча и внимательно.
— Я с вами говорю как командир Третьего Эскадрона боевых наездников на грифонах графа Неррона. Все вы хорошо зарекомендовали себя во время обучения, а некоторые даже отличились в бою. До запланированного мною вылета из Зольданы в Весталию осталось девять дней. За это время вам предстоит обучиться слаженности в воздушном бою и выучить два приёма обращения с копьём во время полёта. После этого вы будете достаточно подготовлены, чтобы получить медальон боевого наездника на грифоне по прибытии в Летающую Крепость Нерру. Но прежде чем мы перейдём к этому этапу тренировок, я ожидаю, что вы присягнёте на верность мне, как вашему командиру, и примете Кодекс Чести боевых наездников графства Неррон. Повторяю: присягу вы даёте мне, а не графу Неррону. У нас с ним договор на этот счёт. А вот Кодекс Чести один на всех. Принять вам его придётся, не зная содержания, а ознакомиться — лишь по прибытии в Нерру. Желающие присягнуть на верность — выходите вперёд по одному.
Киран не упомянул, что будет с теми, кто сейчас не присягнёт на верность, и на этот раз никто его об этом не спросил. Если у кого-то и были сомнения, то они их держали при себе, резонно представляя себе, что если их за это не убьёт Киран и даже отпустит домой на грифоне, чтобы они не умерли от холода и голода в горах, то на родине их найдут и убьют те, кому эти грифоны принадлежали до этого.