На грани (СИ)

Будто в подтверждение его мыслей, его левую руку обожгло дикой болью, а Королева накренилась на правый бок, разворачиваясь наездником к земле и раня лапой его обидчика в ответ.
«А она меня защищает, — обрадовался Хэйн, но тут же возненавидел себя за эту мысль. — Какого хрена я тут разлёгся⁈ Это никуда не годится!!!»
— Забудь про меня! — закричал он Королеве. — Я как-то выживу.
Королева грозно застрекотала и завертелась штопором, уходя вниз. У самой земли она сделала дугу и резко полетела вверх, врезаясь в гущу нападающих на неё грифонов.
Хэйн отделался лёгким испугом — он так и не понял, что произошло, а из-за потемнения в глазах даже не успел разглядеть, были грифоны с наездниками или без. Вдруг вокруг стало свободно и даже немного безмятежно, и лишь дикие вопли грифонов, доносящиеся снизу, напоминали о том, что они тут не одни и не на прогулке.
Боль в руке начала проходить. Хэйн перехватил луку седла правой рукой и посжимал-поразжимал пальцы на левой.
«Похоже, царапина», — решил он и потянулся левой рукой к ножнам для складного копья. Достал его и сжал в руке, не раскладывая.
— Теперь я сам за себя, — сказал он грифону и мысленно добавил: «Я очень постараюсь тебя не поранить».
Грифон одобрительно фыркнул и помчался обратно вниз — навстречу его преследователям…
Пока Хэйн не особо понимал, что происходит, Королева всё понимала отлично: они наткнулись на патруль из пяти боевых грифонов с наездниками. Если бы её наездником был Киран, то они бы справились с патрулём без особых проблем, но наездником был не Киран, а кто-то, кто ни грифона не мог защитить, ни себя. В глубине души это дико бесило Королеву, но она была верна слову, данному Кирану, что Хэйна она вернёт живым, пусть и не обещает, что в полной сохранности. Пришлось его защищать.
Всё ещё осложнялось тем, что эти пять грифонов ей нужны были живыми, а значит, ей надо было убить только наездников, а потом уболтать подруг переметнуться.
Когда Хэйн сообразил, наконец, достать копьё, Королева обрадовалась, что они теперь выглядят как нормальная боевая пара, и противник будет меньше борзеть, пытаясь её достать со спины. Она с яростным кличем бросилась обратно в атаку…
Для тех, кто наблюдал эту расправу с земли, могло показаться, что в небе закрутился буро-рыжий смерч, периодически распадающийся на части и смыкающийся вновь. Но вскоре «смерч» окончательно распался на отдельные части, не спешащие смыкаться обратно. Сначала вокруг «клубка» из шерсти и перьев запари́л вылетевший из него грифон, потом ещё один… Через полчаса боя весь «клубок» был распутан, и в небе зависло шесть грифонов. Некоторое время они молча летали друг вокруг друга, больше не нападая, а потом разразились смесью душераздирающих воплей и мелодичных трелей.
Менее чем за пять минут всё смолкло, и грифоны пошли на посадку.
Первой приземлилась Королева. Хэйн мысленно себя успокоил и спрыгнул на землю. Он остался стоять у грифона, пока не приземлились ещё пятеро их бывших врагов, и уверенным шагом пошел к ним. Здесь уже понимать речь грифонов было не обязательно, чтобы понять, что у Королевы появилось пять новых подданных.
По рассказам Кирана, Хэйн помнил, что после смерти наездника грифон обычно раздирает лапами подпругу седла и скидывает с себя мертвый груз, чтобы иметь больше шансов выжить дальше.
«Раз эти грифоны остались при сёдлах, да ещё и сели на землю, — пришёл к выводу Хэйн, — значит, мне надо им помочь освободиться от тел их наездников, если я хочу сохранить сёдла».
Чем он и занялся, не забывая при этом поздороваться с каждым грифоном и попросить разрешение на это. Пятерых мертвых людей он положил рядом друг с другом и укрыл их пледами, что оказались в их заседельных сумках.
К удивлению Хэйна, их пополнившийся отряд не отправился сразу же в сторону крепости, в ту сторону вылетел лишь один грифон из новеньких.
Хэйн уж было подумал, что у него появилась возможность немного отдохнуть, но только он сел рядом с грифоном на снег, как тот неодобрительно фыркнул и ткнул его передней стороной клюва в плечо.
  
«Наверное, это значит, что мне пора в седло», — решил Хэйн, вставая, быстро в него залез и пристегнулся.
Грифон не сдвинулся с места, а лишь погладил его по ноге хвостом.
«Наверное, это тоже сигнал одобрения», — решил Хэйн и остался молча сидеть в седле.
У него было какое-то странное чувство, что если он сейчас попросит Королеву снова лететь в сторону крепости, то она его просто напросто сожрёт. Он закрыл глаза, сел немного расслабленнее и принялся ждать.
Просидели они так с полчаса. Вдруг Королева резко фыркнула и начала подниматься на лапы, а за ней и все остальные. Хэйн тут же открыл глаза и сгруппировался, готовясь к резкому набору высоты.
На горизонте появились серо-коричневые точки, быстро приближающиеся к ним. Пока они ещё медленно взлетали, Хэйн снова достал копьё и взял его в левую руку. С ним он теперь чувствовал себя как-то увереннее, особенно после того, как успешно отбил две атаки в свою сторону. Атаковать кого-то ему и в голову не приходило, а для самообороны оно вполне годилось.
Когда новая группа нападающих подлетела достаточно близко, чтобы их рассмотреть и пересчитать, Хэйн насчитал одиннадцать грифонов и десять наездников.
«А… — дошло до него. — Вот оно что! Они выманивают патрули!!!»
На этой мысли Хэйн впервые в жизни усомнился в том, кто же главный «управляющий» в паре грифон-наездник. Он понял, что грифоны не только очень опасные, а ещё и очень умные.
За эти мысли его снова погладили хвостом по ноге, и он окончательно убедился, что Киран не шутил, когда говорил, что грифоны умеют читать мысли.
От этой мысли ему стало не страшно, а весело! Он нежно погладил Королеву по шее в ответ.
«Ты мне нравишься», — честно мысленно признался Хэйн, а грифон резко помчался вверх, набирая высоту для следующей атаки…
Пять грифонов во главе с Королевой расправились с десятью наездниками менее чем за четверть часа. Несмотря на отсутствие собственных наездников, у них было стратегическое преимущество: они действовали сообща под командованием Королевы. А вот грифоны противника этим похвастаться не могли и действовали разрозненно под командованием своих наездников.
Когда бой был окончен, ритуал повторился: Хэйн отстегнул всех наездников. Двое из них даже остались живы — просто потеряли сознание.
«Прошу, не убивайте их», — подумал Хэйн, зная, что его слышат.
Он перевязал раненных и закутал их в пледы, оставив рядом немного воды и еды из их сумок.
Грифоны терпеливо ждали и раненых не тронули. Когда с этим было покончено, Хэйн сразу же забрался в седло и подумал: «Благодарю».
Королева ничего не ответила и тут же взлетела. И снова Хэйну пришлось безучастно сидеть в седле, наблюдая, как они летят в сторону крепости за одним из новеньких подданных Королевы.
«Нам ещё надо двенадцать грифонов, — подумал Хэйн. — Да ещё и с сёдлами. Это мы на осаду крепости, что ли, летим? Вот было бы здорово! Жаль, что Йорг этого не видит. Он был бы просто в восторге!»
Восторг Хэйна, по-видимому, передался и грифонам, и они мелодично застрекотали…
Когда Хэйн отчётливо различил коричневую крепостную стену на горизонте, вся их стая синхронно взмыла вверх. От крепости отделились коричневые точки и пошли им наперехват.
Хэйн крепко сжал сложенное копьё и понял, что всё, что происходило до этого, было просто разминкой — на них мчалась не разрозненная стая грифонов, а слаженный боевой клин, который повторял все манёвры вожака.
«Интересно, у них есть своя Королева?» — подумал Хэйн, и тут же в его голове вспыхнул утешительный ответ: «Нет».
Хэйн решил ему поверить и весело сказал:
— Тогда мы точно справимся!
Клин противника начал так же набирать высоту, как и они, и под самыми облаками они пошли друг другу навстречу на огромной скорости…