Стихотворения. Проза

 “О я вижу лазоревый сон![32]
 Разрываются звездные сети[33]
 на заре тают в небе огни”...
 Царь с царицей смеются как дети,
 царь с царицей в божнице одни!
    1904
 ВИДЕНИЯ[34] 
 СТРАЖА ПЕРВАЯ 
 Ее вели по темным залам,
 бежали тени от огней.
 Она, вся в белом с опахалом,
 шла мимо нас под покрывалом,
 подруги с нею в бледно-алом,
 и мальчик в белом перед ней.
 За ней мы шли и провожали
 ее поклоном до земли.
 Ее там женщины встречали,
 над ней обряды совершали,
 ковры ей розовые стлали,
 к постели розовой вели.
 И ждали мы у входа спальней
 и ниц склонялись, не глядя...
 Был мрак печальный безначальней;
 но кто-то в нем от залы дальней
 незримо шел[35] к опочивальне
 и тихо веял, проходя.
 СТРАЖА ВТОРАЯ[36] 
 Царя подъяли на щиты.
 Кругом воздвигли копья лесом.
 Как мрамор — царския черты
 под звездоочитым навесом.
 Царя несут. Блестит парча.
 Теснее в ряд дружина стала.
 В руке у каждого свеча.
 На взоры спущены забрала.
 Идут. Поют. “Царю поем.
 Восстань, восстань на брань и суд!
 Мы все здесь, верные, кругом.
 Ты слышишь? верные зовут!”
 Но царь не слышит; на щитах
 он также ровен, лик без крови.
 Чело в венце и меч в руках,
 недвижны стиснутые брови.
 “О тише, верные, он спит.
 Сомкнуло время бездну с бездной,[37]
 и хаос мирно ворожит
 над царским прахом пылью звездной.
 Но час настанет, встанет царь
 и совершит свой суд любовный.
 Воссядет отрок на алтарь
 для жертвы новой и бескровной”...
 СТРАЖА ТРЕТЬЯ[38] 
 В высоком зале, темном, длинном[39]
 на страже мы у алтаря.
 С поклоном долгим, строгим, чинным
 
 мы целовали прах царя.
 Мы ждем молений. Час наступит:
 откроем царские врата.
 В молитве каждый взор потупит,
 сомкнет неверные уста.
 Царица выйдет в багрянице,
 к помосту черному пройдет.
 К расшитой белой плащанице
 челом измученным прильнет.
 Нас обведет глубоким взглядом,
 молитву верных сотворит.
 Священно-медленным обрядом
 царю расцветший жезл вручит.[40]
 Мы отойдем, закроем очи;
 услышим трепет, шелест, шум...
 Свершится тайна таинств ночи:
 воскреснем новые без дум.
    1904
 ЖЕРТВА[41] 
 Пойте! Несите, несите царя!
 Верные благоговейте,
 прах его кровью залейте!
 В небе последняя гаснет заря.
 Царь мой, усопший, любимый!
 Жертвы моей не отринь!
 Жертвой последней, любовью творимой,
 явлена в небе мне вечная синь.
 С мужем царице лишь место.
 Мать подойди и меня распояшь!
 Знаешь меня ты от чрева; — невестой
 снова царю дочь родную отдашь.
 Грудь обнажите мне! Отроки, сестры,
 Песню воспойте! Не дрогнет рука.
 Меч отточите и дайте мне острый!
 Царь, мой любимый, мне жертва легка!
    1905
 ГЛАС К ЗАУТРЕНИ[42] 
 В одеждах ярких и пунцовых
 иду я мимо темных братий.
 О не для них, всегда суровых,
 бездумность девственных объятий.
 Вот жезл безлиственный Царицы
 над ними свято вознесу,
 Да будут старцев власяницы
 как листья прошлые в лесу!
 В божнице[43] явно теплю свечи,
 готовлю ткани и венок,
 слагаю песни страшной Встречи
 и забываю в песнях срок.