Стихотворения. Проза

Тата. Они необразованные. Они ничего не читают и ничего не знают. Бог велел всех любить. (Молчание.)
Тата. А мама несчастная. (Молчание.)
Толя. Тата, а ты любишь дядю Поль?
Тата. Я люблю всех. Дядя Поль подарил мне раз большую куклу и приносит нам конфеты.
Толя. А дядя Поль нас забудет, он нас не узнает, когда мы без мамы. Он думает, что это не мы.
Тата. Да, мы вчера ему кланялись, а он нас не видел.
Толя. А папа нас любит, и я люблю папу. Я буду такой, как папа, когда вырасту большой.
Тата. И я люблю папу. Мне жаль его, потому что мы его давно не видели. Папе скучно.
Толя. Мы его не видели с тех пор, как уехали из города. Он скоро приедет. Тут никто не говорит нам про папу.
Тата. Мама не любит говорить про папу.
Толя. Его боится дядя Поль. Он уедет, когда папа приедет.
Тата. А папа важный, он никогда не смеется.
Толя. У всех папа важный и строгий, все должны папу бояться. Так нужно.
Тата. Я люблю папу, потому что все его боятся.
Толя. При папе нас никто не смеет обидеть. (Молчание.)
Последний луч солнца гаснет. Няня спит.
Тата. Солнце село, а мы еще не обедали. Я хочу есть. Сегодня должен был быть вкусный пирог. Его уже наверное съели.
Толя прислушивается. Внизу все тихо. Никто не идет.
Тата. Я боюсь, что нас все забыли. Что сделалось с мисс Эми? Отчего она плакала? А вдруг она умерла! Что мы будем делать, Толя?
Толя. Я отворю дверь и посмотрю на лестницу.
Тата. Дверь закрыта.
Толя. Я думаю, что ее заперли на ключ. Она не открывается.
Тата. Ее может отпереть Иван. Он внизу. Покричи ему.
Толя. Он не услышит. Он, должно быть, спит; он всегда спит в конце коридора. (Толя прислушивается.)
Тата. Ничего не слышно?
Толя. Нет, ничего.
Тата. Мне страшно. Надо что-нибудь сделать. Я разбужу няню.
Толя. Глупая, тебе все страшно. Няня ничего не может сделать. Я лучше влезу на окно и посмотрю.
Тата. Окно высокое, тебе не достать.
Толя лезет на окно.
Тата. Няня проснется и тебя увидит.
Толя. Я поставлю сейчас стул. Никто не увидит.
Толя влезает на стул.
Тата. Ты видишь что-нибудь?
Толя. Нет, я вижу только небо и крышу. А в небе вьются ласточки. Как хорошо было бы теперь пойти гулять. Мисс Эми хотела пойти с нами за реку сегодня. Она забыла. Теперь уж мы не пойдем.
Тата. Ты упадешь, Толя. Толя, тише, кто-то идет…
Толя (слезая со стула). Кто? Никто не идет, тебе все показалось.
Тата. Нет идет! Это мисс Эми. Я слышала ее шаги. Она внизу в коридоре.
Дети прислушиваются.
Тата. Я буду ей кричать (стучит в дверь). Мисс Эми! Мисс Эми! Вы нас забыли совсем!
Няня просыпается.
Няня. Опять заснула! Царица небесная. Вот она старость не радость! (зевает.)
Толя (прислушиваясь у двери). Я слышу голос Ивана. Мисс Эми говорит с ним шепотом.
Молчание. Дети у дверей. Няня подбирает вязанье.
Толя. Я не могу разобрать, что они говорят.
Тата. Мисс Эми плачет. Я слышу: она уходит. Она нас забыла (кричит). Мисс Эми! мисс Эми!
Няня. Что детушки, играете? играйте, играйте! что ж это Иван — дуралей-то! уснул — что ли? покричите ему, детки, покричите!
Тата. Толя, няня проснулась.
Дети отходят от двери.
Толя. Иван сказал мисс Эми: слушаюсь. Он всегда говорит: “слушаюсь”.
Тата. Я хочу знать, что там внизу? зачем нас сюда заперли? (Молчание.)
Тата. Слышишь, Иван идет сюда по лестнице.
Толя. Иван всегда молчит. От него мы ничего не узнаем. Я не буду с ним говорить.
Тата. Я хочу знать, что это был за крик тогда? кому-нибудь было очень больно. Иван глупый. Он ничего не скажет!
Няня (сложив свое вязанье). Право, уж глупый человек этот Иван. Забыл нас тут. Хоть бы проведал.
 
Тата. Иван идет сто лет по лестнице.
Толя. Тата, мы с ним не станем говорить. Он должен знать, что мы большие. Мы — господа. Мы будем читать книгу.
Тата. Что там было? что там было?
Толя. Молчи, Тата. Он сейчас войдет.
Дети раскрывают книгу и садятся рядышком. Няня плетется к двери.
Няня. Посидите, посидите, воробушки мои! Я сейчас. Ох, уж я старая, неповоротная. Не сердитесь на бабушку! прыти-то нет!
Дверь открывается. Входит Иван со столовым прибором. Дети молчат.
Занавес.
Перерыв первый.
 II 
Та же комната. Ночь. На столе неубранная посуда. Дверь раскрыта. В дверях на полу — лампа. На оттоманке, огороженной ширмами, спят дети. Они одеты как днем. Мисс Эми в креслах. Входит дама.
Мисс Эми (вставая, шепотом). Это вы? — дети спят. Вы легко нашли ход?
Дама. Merci, что оставили лампу. Я шла, как вы сказали. Какая крутая лестница! я задыхаюсь.
Мисс Эми. Только тут не было слышно того ужасного крика! я увела сюда детей. — Вот сюда, madame.
Дама. Тише, не настучать бы. Что дети?
Мисс Эми. Они спят крепко. Я отпустила няню. Она старая. Но я боюсь оставить детей в такую минуту одних. Я и сама бы не могла остаться Одна. Это ужасно! (Закрывает лицо руками.)
Дама (беря ее за руку). Не волнуйтесь, mademoiselle. — Я вижу, вам необходимо отдохнуть. Не хотите ли спать? — это вам полезно. Пойдите, милая, прилягте. А я посижу тут.
Мисс Эми. Нет, Merci, я не могу спать. Этот крик стоит у меня стоном В ушах. Простите! (Опускается на диван.)
Дама. Это все нервы, милая. Вам нужно рассеяться. — Знаете что? — я еще не видела детей. Они говорят, премилые. Я так люблю детей. Можно будет на них взглянуть? — не сейчас, не сейчас! мы еще успеем. Вы не беспокойтесь. (После некоторого молчания.) Знаете, видите ли, я должна буду съездить домой, к себе. Меня брат вызвал сюда так неожиданно; я ехала, ничего хорошенько не зная… Впрочем, вечером я вернусь — и тогда посмотрим, что делать дальше. А пока, может быть, могу вам что-нибудь посоветовать, вам что-нибудь нужно? Вы только не церемоньтесь.
Мисс Эми. О, я вам чрезвычайно благодарна.
Дама. Ах, пожалуйста, что вы. Простите, милая, я даже не успела спросить еще, как вас зовут?
Мисс Эми. Эми. Меня зовут Эми, Эми; зовите меня просто Эми!
Дама (обнимая ее). Ну, вот, очень рада! Вы только не волнуйтесь! мы будем, Эми, друзьями. Не правда ли? Вы славная девушка.
Мисс Эми (взволнованно). У меня есть еще мать… Я молода, я растерялась, простите. Я никого тут не знаю. Я совсем одна, скажите, что мне делать?
Дама (целуя её). Поверьте мне, я вас понимаю, милая; кому тут легко? Но в жизни и не то еще бывает. Видите ли, я хотела вам сказать… Вы ведь знаете, кто — я?
Мисс Эми кивает головой.
Дама. Это ведь ни для кого не тайна, какую роль играл во всем мой родной братец, Paul, о, я его не защищаю, нисколько! Мне нет до него никакого дела! — но теперь главное. Я всегда сторонилась этого дома, — мне как-то было, знаете ли, неловко… И я знаю всех тут только понаслышке. Но не в этом дело, теперь главное дети, дети. Не правда ли?
Мисс Эми. Да, да, дети, я сама так думала.
Дама. Мне их невыразимо жаль, если бы вы знали, mademoiselle. Я все готова для них сделать. У меня такое чувство, точно я пред ними страшно виновата. Я их никогда не видела. Но мы все, все виноваты пред ними. (Молчание.)