Ненужная семья (СИ)

– Алан… – Ясмина выдыхает моё имя и трепещет подо мной.
Меня опять накрывает, и я до безумия хочу её. Снова.
Громкий шум, совершенно несвойственный в семье мат на фоне бьющегося стекла выкидывают меня из воспоминаний, возвращая в подлинную реальность.
– Ненавижу! Всех ненавижу! Су-ка! – гремит на весь дом. Руслан громко хлопает дверью и запирается в своей комнате.
Несколько секунд доносятся звуки переворачиваемой мебели, и всё стихает, а наступившая тишина больным эхом расползается по всему дому.
  
Глава 13
 
Ясмина 
Я не могу объяснить, что сейчас чувствую. Не скажу, чтобы очень, но я всё-таки надеялась, что родители Олега хотя бы немного помогут. А вышло совсем наоборот. Не удивлюсь, если Ольга Дмитриевна сама надоумила своего сына воспользоваться отложенной суммой.
– Мам… – Настя подлезает мне под руку.
– Всё будет хорошо, – говорю больше себе, чем дочке, чтобы не терять в это веры. – Сейчас будем завтракать.
– А ты не будешь ругаться за тарелку? – спрашивает тоненьким голосочком
– Какую тарелку?
– Которую я разбила, – признаётся Настя. Маленькая актриска тяжело театрально вздыхает и несчастно шмыгает носиком. Вот и попробуй поругай такую.
Только после разговора со свекровью я успеваю забыть про разбитую тарелку.
– Нет. Не буду, – прижимаю к себе дочь. – Ты же что-то хотела сделать?
– Да! – дочка мгновенно оживает, и в её глазах загорается живой огонёк. – Бутербродики!
– Сделаем вместе? – предлагаю помощь.
– Да!
У Насти тут же «включается» пропеллер, и она уже не может усидеть на одном месте.
Я ставлю на стол чашки и тарелки, Настя достаёт из хлебницы уже нарезанный батон, а из холодильника творожный сыр. Предоставляю ей самой намазать ломтики хлеба, а я варю кашу.
Обычный завтрак отодвигает ненадолго текущие проблемы, но дальше откладывать их не получится. Мы берём самокат, без которого Настя отказывается идти, и едем к моим родителям.
Папа хмурый, невыспавшийся, небритый выглядит постаревшим.
– Я закрыл свой счёт. Это всё, что есть, дочка, – произносит извиняющимся тоном, и в отчаянии ерошит свои волосы. – Скажи ты буквально на месяц раньше… – корит себя, как будто это он виноват в сложившейся ситуации.
Чуть больше месяца назад папа поменял машину. Старая требовала капитального ремонта и основательного вложения, поэтому родители решили, что проще будет взять кредит и купить новую.
– Пап, месяц назад деньги были. Спасибо тебе.
– А сваты что? – задаёт вопрос, и мне приходится пересказать свой утренний разговор.
– Да уж, – качает головой папа. – Ольга, конечно, та ещё змеища, но от Петра я не ожидал такого. Нормальный же мужик.
– Только делает, что скажет жена, – встревает мама. – Ты на алименты подала? – буравит меня строгим взглядом.
– Нет ещё.
– А чего тянешь?
– В понедельник подам, мам.
– А сегодня что, у ноутбука выходной? – спрашиваем с сарказмом.
– А причём здесь ноутбук, мам?
– Сейчас всё делается онлайн. И женятся, и разводятся, и детей регистрируют. Скоро детей получать будут по нажатию кнопки. Беременность? Да? Нет? Выберите пол будущего ребёнка. Мальчик? Девочка? Кнопочку нажал и красота. Цвет глаз, волос на любой выбор… – маму «несёт» в неизвестном направлении.
– Что-то тебя не в ту степь понесло, – тормозит маму папа.
– Толя, всё в ту. Скоро каждый чих будет зафиксирован на электронном носителе, а твоя дочь простое заявление подать не может.
Судя по всему, маму уже успели проконсультировать по данному вопросу.
– Могу, мам. На алименты подам сегодня, – про них я даже не подумала, – а на развод нужно через суд, потому что у нас несовершеннолетний ребёнок. Поэтому только в понедельник.
Мой ответ успокаивает маму, и она заметно смягчается, уже не давит и почти не напоминает о своём зяте и непутёвой дочери, которая никогда не слушает её советы. Неужели мама думала, что после такого предательства и измены, я захочу сохранить этот брак? Я даже не думаю, что Олег будет против. Ведь и в его интересах как можно скорее получить долгожданную свободу.
 
Самое странное, что сама я не чувствую никакого сожаления. Словно скинула с себя невидимое бремя, давившее на мои плечи все восемь лет, и в данный момент меня беспокоит только предстоящая Настина операция, а не то, что от меня ушёл муж.
Всё-таки, когда рядом родные люди, жизнь уже не кажется такой безнадёжной. От моих родителей мы с Настей уходим почти под вечер. Домой торопиться не хочется, но подготовить документы и навести порядок надо.
Пока Настя плюхается в ванной, я подаю заявку на получение алиментов. При этом меня не покидает отвратительное, гадкое чувство, и я заранее чувствую весь негатив, направленный на меня со стороны Олега и его матери. Но приходится побороть это чувство в себе.
Слишком поздно я понимаю, что рассчитывать можно только на саму себя, хотя мама постоянно твердила, что никогда не стоит обо всех тратах докладывать мужу. Всегда нужно иметь свою «подушку безопасности», которая может и не понадобится, но всё равно должна быть. Однако я предпочитала оставаться честной с Олегом, потому никогда не думала, что получу такой удар в спину. Что ж, в чём-то я виновата сама. Дура.
Не сразу соображаю, что звонит телефон. На экране высвечивается имя Майки.
– Да, Май? – сонно отвечаю в трубку.
– Ты что, спишь что ли?! – спрашивает с таким возмущением, будто на часах уже полдень.
Вчера я работала на удалёнке, чтобы сдать все отчёты перед отпуском, и уснула почти под утро.
– Уже нет, – пытаюсь проснуться.
– А садик?
– Я отпросила Настю на эту неделю. Нам нужно сдать кое-какие анализы, – объясняю.
– Значит, ты ничего не видела? – говорит загадками Майя.
– М-м? – задумываюсь. – А что я должна была видеть?
– Олежа твой – звезда центральных новостей.
– По поводу? – неприятный холодок пробегает по моей спине.
Как-то не хочется, чтобы общественность выворачивала наизнанку всё грязное бельё.
– Сейчас скину. Сама увидишь. – Майка резко отключается.
В полученном сообщении открываю статью, в которой говорится, что отдыхающая пара из России подала на владельцев гостиницы жалобу за пропажу кольца, стоимостью в половину Настиной операции, которое накануне было подарено моим мужем некой Лазаревой Аделине Александровне.
Следом от Майки прилетает страничка в социальной сети этой самой Аделины, пестреющая яркими фотографиями с места отдыха и самого момента получения безумно дорого подарка.
  
Глава 14
 
На аватарке Лазаревой стройная блондинка в светлом платье с яркими крупными цветами. Она стоит, развернувшись полубоком и глядя на морскую рябь. Волнистые обесцвеченные волосы спадают почти до лопаток, выгодно подчёркивая ровный золотистый загар, а гордый разворот плеч говорит о том, что женщина знает себе цену. И хотя лица Аделины не видно, я уверена, что выглядит она хорошо.
Аватарка старая, потому что на правой руке кроме золотого браслета других украшений нет. Зато в её профиле идёт фотография крупным планом.
«Изумительный подарок от очень дорогого человека».
Именно такая запись стоит под постом со снимком роскошного кольца на изящной руке, а ниже более четырёхсот восторженных комментариев с поздравлениями и просьбами показать свою вторую половинку.
Кстати, Олега, действительно, ни на одной из двадцати выложенных фотографий нет. Есть его вид со спины, плечо, кисть, но нет ни одного снимка, где он смотрит в камеру. И у меня мелькает ядовитая усмешка, что моему мужу стыдно показать свои глаза. Ещё меня поражают ответы самой Аделины, обещающей представить своего избранника сразу же, как только решится одна небольшая проблемка. Я так понимаю, под проблемкой Лазарева подразумевает, что её жених немножко женат.