Бойня титанов

Легио Солария поспешно продолжал высадку. Их десантные модули на предельной скорости заходили на посадку на металлическое покрытие верфи. Харртек даже чувствовал дрожь от их жесткого соприкосновения с конструкцией. Два корабля уже приземлились, остальные быстро приближались. Харртек помрачнел, увидев, что эскадрилья снова разделилась и три корабля, сменив курс, ушли к поверхности спутника, лишив его предполагаемой славы. Шесть транспортных кораблей, снизившиеся раньше, направились к противоположной стороне спутника, к другой секции запутанного лабиринта заводов и доков, работавших в невесомости. Стандартный прием с целью отвлечь внимание от главной атаки. Он не обратил на них внимания. Эти космолеты сядут и либо встретят сопротивление других сил, либо нет. Его не интересовали чужие сражения. Его противник здесь, впереди.
Он гадал, присутствует ли она в приближающемся десанте титанов?
Эта неожиданная мысль задела его связь с машиной, и «Нунцио Долорес» слегка споткнулся. Харртек разозлился на свою слабость и добавил личный гнев к ярости титана. Таинственные технологии отреагировали на этот всплеск, и машина еще больше увеличила скорость. Он не возражал. И ничего не предпринял, чтобы замедлить ход. В пространстве манифольда возникли запросы других принцепсов. Появились тревожные сигналы. Графические схемы на дисплее его шлема и в воображаемом пространстве окрасились красным цветом. Он отключил их.
<Рекомендую остановиться и атаковать с дальней дистанции. Сбить посадочные модули,> появилось в его мозгу сообщение Беннифа Дюранта.
Его щитоносец, заместитель и пилот «Тенебрис Виндикта». К словам Дюранта стоило прислушаться.
<Это не сулит нам никакой славы!> мысленно отрезал Харртек. Слова не сорвались с его губ, но были переведены вживленным в мозг устройством и монотонным текстовым вокс-импульсом разнеслись ко всем членам подразделения. <Всем двигаться к позиции для ближнего боя.>
<Ты идешь слишком быстро, мой принцепс,> ответил Бенниф Дюрант. <Мы угодим как раз под их орудия>
Харртек выслал пакет информации, доказывающей ошибочность аргументов Дюранта. Самым значительным доводом было наличие множества звездоскребов, доминирующих над ограниченным горизонтом верфи. Они стояли так близко друг к другу, что напоминали плоскогорье посреди равнины, и могли блокировать обстрел, за исключением, возможно, самых первых залпов.
<Мы приблизимся раньше, чем Легио противника займет подходящую для боя позицию.> Харртек не собирался проявлять уважение к врагу, произнося его название. <Это быстроходный Легио, но легкий. У них недостаточно тяжелых титанов, чтобы нам противостоять. В ближнем бою преимущество будет на нашей стороне, и мы обезопасим себя от обстрела с пустотных кораблей.>
Дюрант умолк. Остальные принцепсы тоже ничего не добавили к обсуждению ни словами, ни в манифольде.
«Он прав», — подумал Харртек. Они могли бы замедлить ход и вести бой с дальней дистанции. Флот Соларии превосходил силы Вульпы, и Седьмая манипула рисковала привлечь внимание их кораблей. В небе и так постоянно расцветали вспышки ожесточенной битвы.
Но Терент Харртек не хотел вести перестрелку на расстоянии. Он поддерживал агрессивность своего титана. Он жаждал снова сойтись с врагом. Его рука — силовой коготь «Ариох» на конечности «Нунцио Долорес» — сжалась в кулак в предвкушении схватки, еще сильнее возбуждая его сердце и реактор титана.
Что удивляло Харртека, так это решение Охотников высадиться не на поверхности спутника, а на одном из орбитальных объектов. Похоже, они хотели сохранить Иридий в качестве базы для дальнейших операций, но для этого им не надо было отвоевывать каждую из окружавших его структур.
Сам он занялся бы одним только спутником. Любых неприятелей, не убравшихся с орбиты, можно спокойно сбить наземными орудиями. В случае почти неизбежной победы Легио Солария потери в инфраструктуре, по его подсчетам, составили бы пятнадцать процентов. Но Имперские Охотники предпочли другой вариант. Они всегда отличались сентиментальностью и старались предотвратить гибель людей. Вероятно, решили попытаться сохранить жизни гражданских лиц в доках вокруг спутника. Что ж, это их слабое место.
 
<Сосредоточиться вокруг меня,> скомандовал он. <Я буду наконечником стрелы, а вы — ее шипами. Мы вонзимся им в шкуру, а когда они попытаются нас выдернуть, разорвем их плоть.>
Он видел, где можно ударить: слепое пятно противника. Харртек обратился за помощью к Восемнадцатой манипуле. Сразу их не удалось отыскать, но подразделение находилось где-то близко. С двумя манипулами победа была бы ему обеспечена.
Когда же он получил ответ и понял, где сейчас Восемнадцатая, то разочарованно заворчал.
— Эти глупцы устроили засаду на мастеров засад, — сказал он, обращаясь к самому себе. — Никогда нельзя играть по правилам, диктуемым противником.
— Мой принцепс? — окликнул его прим.
— Не обращай внимания, — сказал он экипажу в рубке целлы. — Передай Восемнадцатой манипуле, что мы движемся в их направлении, чтобы помочь им отступить.
— Отступить, мой принцепс?
— Они приняли неверное решение. — Харртек снова погрузился в манифольд: <Извести их немедленно.>
В инфосфере Легио раздались подтверждения приема. Ответ Восемнадцатой манипулы прозвучал предсказуемо сердито, но Харртек не сомневался в своей правоте. «Нунцио Долорес» рвался вперед, направляясь в обход звездоскребов. Манипула держалась плотным строем, «Полководец» и «Разбойник» с обеих сторон от лидера. Весь маневр совершался в мрачном безмолвии пустоты, но в манифольде каждого титана шумели нетерпеливые мысли членов экипажей, предвкушающих драку.
  
Глава 8
 
ДАВНИЕ ВРАГИ
 
Тело Эши нежилось в экстазе благословенного единения. В условиях слабого притяжения «Домине Экс Венари» двигалась легко, и она ощущала ее длинные плавные шаги как свои собственные. Перемещение при незначительной силе тяжести казалось приятным и необременительным процессом. Каждый шаг-прыжок оставлял позади пятьдесят метров металлического покрытия.
Под пылающим небом машины Легио рассредоточивались вокруг десантных модулей. Истребители носились тут и там, предотвращая попытки врага атаковать Имперских Охотников сверху. «Металло Мутандис» и вся тактическая группа Солария держались между спутником и орбитальными объектами, сбивая все, что оказывалось в пределах зоны их дальнобойности. Ложный Механикум не располагал силами, способными противостоять Адептус Механикус, и корабли имели возможность сосредоточиться на основных оборонных укреплениях вне спутника. Они уже вели скоординированную атаку на заранее выбранные цели: три космических форта, парящих поблизости, а также связывающую их подсеть.
Холодное безвоздушное пространство превратилось в поле боя. На объекты вокруг спутника посыпались скитарии, таллаксы и приписанные к легиону автоматоны из Легио Кибернетика. Перед ними не стояло задачи оказать помощь Имперским Охотникам. Им поручалось завязать стычки внутри объектов, разъединить орбитальную систему и по возможности развернуть на врага орудия огромных доков. На поверхности спутника смешанные отряды под предводительством богомашин будут отвоевывать командные пункты. Эша предполагала, что эти менее масштабные сражения завершатся быстро. Лоялисты и так уже заняли бо́льшую часть Иридия. Но размышлять об этом ей было некогда. Ей предстояло сражение на внешней стороне верфи и центра обработки данных, где колоссы встретятся лицом к лицу.
 
Усиленная манипула Эши Ани Моганы образовала строй, который одобрила бы и сама богиня Пакметрис: стая «Гончих» впереди, охотницы на «Разбойниках» сзади, готовые добить любую жертву, задетую стаей. Десантный транспорт продолжал приземляться, и по обе стороны вслед за ней в таком же порядке выстраивались Третья, Десятая и Шестая манипулы. Главной считалась Вторая, все остальные равнялись на нее.