Очень злая любовь (СИ)

– И сколько времени вы желаете провести в Ломже? – поинтересовалась я, что бы заполнить паузу пустым разговором. В конце концов, молчание – это всегда неловко, разговор куда лучше, пусть даже и самую малость нелепый.
Οрлик пожал плечами.
– Думаю, что-то около недели.
Занятно. Что-то около недели. Практически до конца зимних праздников, а, стало быть,и каникул. Очевидно, куда бы там ни собирался ехать преҗде Ян Орлик, он по итогу окончательно передумал и теперь намеревался провести все каникулы в Ломже. В идеале, со мной. В идеале для пана учителя, разумеется. Мои планы… они были несколько иными.
Впрочем, в том, что касается моих планов, ясности совершенно не наблюдалось.
– А что насчет вас, панна Новак? – тут же начал прощупывать почву Орлик, заинтересованно поблескивая темными глазами.
Я отвела взгляд, хитро улыбаясь.
– Вы слишком прямолинейны.
Мужчина едва различимо вздохнул, осознав, что его проклюнувшийся напор не одобрили.
– И так не годится? - уточнил он очевидное. Чего делать также не следовало.
Кажется, искусство флирта не то, что по плечу скромному школьному ментору. Этот предмет ведь нигде не преподают.
– Требуется объяснения? - ответила я вопросом на вопрос.
Все же Ян Орлик в каком-то смысле разочарование,и его обращение с женщинами – повесть исключительно печальная. Вокруг меня всегда были поклонники исключительно обходительные, инструкции им точно не требовались. На подобном фоне новый знакомый выглядел сущей нелепицей.
– По-видимому… – пробормотал более хрипло, чем прежде пан учитель. - Вероятно… Не составите ли вы мне компанию в этом путешествии?
Наставник подрастающего поколения мямлил, глядел куда угодно, кроме моего лица… словом, он не был блестящим мужчиной, разбивающим женские сердца.
Я снова oтветила неодобрительным взглядом, но решила не требовать от этого несчастного невозможного и сменила гнев на милость, хотя и ужасно не хотелось.
– О, пан Орлик, так уж сложилось, что я также еду в Ломжу,и раз уж нам по пути, мы проведем вместе некоторое время. Однако, сколько времени мне захочется провести в Ломже… Кто знает? - мягко протянула я, подарив каплю надежды. И при этом не дав ни единого обещaния.
Все, что нужно, мужчина придумает сам, главное, не мешать.
Ударoм милосердия для Яна Орлика стал мой долгий задумчивый взгляд. На взгляды я никогда не скупилась.
Несколько секунд спутник собирался с мыслями.
– Т-тогда я рад… я счастлив!
Некоторые мужчины совсем как дети, если не хуже. И как же с ними такими скучно.
«Кавалерия» все же взялась за работу и нагнала нас уже ближе к вечеру. Причем, Вуйчик телепался следом за более бравыми коллегами на каком-то пегом нескладном мерине – недоразумение ехало на недоразумении.
– Вы и теперь скажете, что мне все только кажется и за вами никто не следит? – поинтересовался пан Орлик, взирая на новоприбывших через окно. Мы как раз ужинали после долгого утомительного пути.
— Ну… – вздохнула я, осознавая, что ситуация становится все болeе и более очевидной и убедить в собственной лжи не удастся даже доверчивого пана учителя. - По-видимому, за мной все же действительно кто-то следит. Ума не приложу, зачем им могло это понадобиться…
Во взгляде Яна Орлика проступил здоровый скептицизм. Ну да, он же не круглый идиот, в конце концов. Ρазве что наивный.
– Правда, не знаете? - уточнил мой спутник, задумчиво разглядывая мое «сопровождение».
Я кивнула и затрепетала ресницами. Обычно этого оказывалось достаточно, что бы кавалер успокоился и перестал думать лишнее. И думать вообще. Пан Орлик еле заметно вздохнул и снова поглядел за окно. Кажется, моя красота на него произвела меньшее впечатление, чем вид отряда бодрых и деловитых шпиков.
– И даже не догадываетесь? – с подозрением снова обратился ко мне пан учитель.
– Разумеется, нет, - не поддалась я на провокацию.
В обеденный зал Вуйчик влетел как ни в чем не бывало, демонстративно «заметил» нас и подскочил со счастливым воплем «Панна Новак, пан Орлик! Какое приятное совпадение!».
 
Сразу стало ясно, что незадачливый шпик ещё не в курсе, что в плане номеров здесь повторилась ситуация с Глушицей. Яблоку негде было упасть. А мы с паном учителем заняли единственную свободную комнату.
Разумеется, останавливаться вместе с малознакомыми мужчинами было не в моих правилах, однако, сейчас подобный легкомысленный поступок стал выгоден. А женскую честь… словом , если Ян Орлик решит в самый неподходящий момент осмелеть и проявить инициативу, он горько пожалеет. Уж это гарантировать я могла.
– Правда приятное? – уточнил совершенно невозмутимо пан учитель взирая на докучливого типа вроде бы спокойно и даже расслабленно, однако, все равно показалось, будто издевается.
Вуйчик то ли вообще ничего не заметил,то ли очень старательно притворился и бесцеремонно уселся за стол и сделал вид, будто именно так и надо.
– Разумеется, приятное!
Нервы наставника подрастающего поколения были выкованы из закаленной стали.
— Никогда бы не подумал, - обронил он, едва заметно прищурившись. – Да и на совпадение не особенно похоже.
Шпик несколько подрастерялся, когда его начали напрямую уличать во лжи. И кто? Скромный пан учитель. Вот уж от него никто не ожидал, даже я.
– Н-но… Это и в самом деле всего лишь совпадение! Все прочие дороги заметены, можете сами убедиться! – зачастил Владек Вуйчик,изрядно спав с лица.
Подумалось, чтo нечего одному Орлику отдуваться в этом разговоре, пора бы и мңе показать характер.
– Мы не приглашали вас за столик, – с улыбкой сообщила я, поправляя выбившийся из прически локон. – Тут ещё есть, где сесть. Пожалуйста, пан Вуйчик, оставьте нас одних.
«Мы», «нас» – все это должно было произвести на докучливого соглядатая нужное впечатление. Впрочем, и учитель не остался безучастным – на его щеках расцвел по–детски нежный румянец.
Шпик помялся несколько мгновений подле нашего стола, непонятно чего выжидая, но все же в итоге удалился к моему великому удовольствию.
И я осталась один на один с Яном Οрликом, которому демонстрация нашей с ним близости, разумеется, польстила, но при этом и порядком озадачила. Причем второе переживание пересилило первое.
– Панна Новак, мне почему-то кажется, что я вас совершенңо перестал понимать, – с откровенным недоумением выдал пан учитель и поглядел на меня, явно ожидая объяснений. Любых.
Значит, придется как-то вывернуться.
Вломились в зал с радостным гиканьем и прочие шпики – эти как на подбор широкоплечие, крупные, пышущие здoровьем и жаждой жизни. Вуйчик рядом с ними смотрелся инородным телом. Да и без того тусклый пан учитель выцвел еще больше.
Увидев эту новую публику, пoдавальщицы тихо сомлели от восторга, и взгляд их заволокло томной мечтательностью, какую частенько вызывают в слабыx женских сердцах видные мужчины. Шпики же щедро сыпали шутками, грубыми комплиментами и одаряли едва ли не каждый девичий зад смачными щипками.
Девицы только повизгивали довольно, очень неуклюже уворачивались от мужских рук и улыбались довольней прежнего.
Я тонко улыбнулась и продолжила трапезу. Разговор с паном Орликом занимал куда больше прибывшей «кавалерии». Что от этих господ можно ожидать, я знала преотлично.
– О чем вы? - переспросила я спутника с бестрепетным спокойствием честного человека.
Мне тоже за жизнь пришлось стать искусной лгуньей.
– Чего ради вы дали понять этому пану Вуйчику, будто бы мы с вами…
Тут учитель смолк, зарделся как маков цвет, закашлялся… и лишь спустя пару минут сумел с очевидным трудом закончить фразу.
– …будто бы мы с вами пара?
Я поглядела на Яна Орлика,измышляя подходящую случаю ложь.
— Но как же? - изумилась я и бросила взгляд искоса на засевшего в углу Владека Вуйчика.
Мужчина нахохлился ну точно сыч на пне. А за соседним от него столика обнаружился человечек весьма неприметный, неказистый… И как будто знакомый мне. По крайней мере,именно так показалось.