Л 4 (СИ)
Прошёл, что же не пройти, коли настолько любезно приглашают? Ну и осмотрелся, интересно же, что тут внутри? А ничего. Всё обычно. Это просто маленькая комнатушка для отдыха. Или ещё для чего… Не моё дело.
Присели за низкий столик, подхватил предложенную мне чашку чая, подержал в руках. Подождал, пока хозяин кабинета наполнит свою и отхлебнёт. Только после этого и я приложился губами, втянул в себя осторожно горячий напиток. А, интересно, откуда здесь горячий чай? Раздумывать над этим вопросом мне не дали.
— Сергей Викторович, вы почему мне ничего не доложили о ночном происшествии?
Сказать, что я удивился, это не сказать ничего. Да я даже чаем поперхнулся! Какое только возможное продолжение разговора не предполагал, но вот о подобном даже помыслить не мог…
— О каком происшествии? — а сам варианты ответов быстренько перебираю, да пытаюсь в подробностях случившееся припомнить.
— Не разочаровывайте меня, Сергей Викторович. Не надо. И вы, и я оба прекрасно понимаем, о чём речь. Наложите ночное происшествие на сегодняшний разговор и хорошо так ещё раз подумайте…
А ведь действительно… Да ну, не может быть! А почему не может-то? Ведь и мне в тот момент показалось это очень странным, только закрутилось всё как-то, да и ходу я своим подозрениям не дал. А зря, как оказалось.
— Ваше Высокопревосходительство, но там же городовой был…
— И что? Вы прямо твёрдо уверены, что городовой мог вот так взять и ни с того ни с сего под колёса броситься? Да-а, Сергей Викторович… Всё-таки умудрились вы меня разочаровать. Похоже, ваше последнее ранение не прошло для вас бесследно… (Неужели это он на потерю памяти намекает?) Прямо-таки и не знаю, можно ли после подобного доверять вам выполнение столь ответственной задачи…
— Не уверен, но… Ночь, темно… От подобной случайности никто не застрахован, — сделал вид, что не обратил никакого внимания на ехидные слова генерала. Потому как надеюсь, что всё это лишь для красного словца говорится.
— Только не вы, Сергей Викторович. Пора бы уже понять и привыкнуть — всё, что с вами происходит, происходит не просто так.
— Хорошо. Понял. Слушаю вас, — ну а что? Я действительно понял. А раз понял, то пора бы и на конструктивный диалог переходить. Проехался генерал по моим умственным способностям и довольно. Даже и не думаю обижаться, потому что правильно проехался. Мог бы и действительно сам сообразить. — Так понимаю, немецким следом здесь и не пахнет?
— Не пахнет, — посерьезнел и Джунковский. — Городовой действительно наш настоящий городовой. И не было у него иного выхода, как только вам под колёса кинуться. Пока вы там с ним у машины разбирались, мы всю операцию и закончили. Неужели никакой суеты у парадной не заметили, Сергей Викторович?
— Ничего… Да нам не до того было! — загорячился я. — Поставьте себя на наше место! Человек под колёсами!
— Ну, не совсем под колёсами, это вам с испугу показалось. Так, немного автомобильным крылом в сторону отпихнули… Даже синяков не осталось… — явно наслаждался моей горячностью Владимир Фёдорович. — Хорошо. Пропустим. Так получается, что сведения о предстоящей вам операции уже известны нашим союзникам. И у дома Сикорского вас ждали…
Сижу, молчу, слушаю. Интересно-то как! Мне вот, почему-то только сегодня стало о предполагаемом задании известно, а кое-кто, кому о нём знать совсем не положено, уже давно знает. Да что у нас за страна-то такая!
— На ваше счастье, нечто подобное мы с Батюшиным предполагали и оттого сработали вовремя…
— А мы, по всему получается, были чем-то вроде живца? — не выдержал и перебил генерала.
— Да, скрывать и отказываться не буду, именно так и получается. Слишком велики ставки в этой игре.
Да, для кого-то игра, а для кого-то и жизнь. Но генералов и службы я прекрасно понимаю. И сам, наверняка, в подобной ситуации поступил бы так же. Поэтому прочь эмоции и продолжим разговор.
— Понимаю прекрасно. И одобряю. И что дальше?
— А дальше вам придётся вновь обзавестись негласной охраной. Семёна вашего, к сожалению, так и не удалось уговорить вернуться к службе, пришлось подыскивать новых людей. И подбирали их, хорошо зная о ваших предпочтениях. Чуть позже я их вам представлю.
— Если вы лично представите, то это из вашего же ведомства люди?
— Да. Надеюсь, ничего против этого вы не имеете?
— Нет. Если, действительно, вы подбирали их, исходя из моих предпочтений. И да, кому отдан приоритет подчинения? Мне или вам?
— Сергей Викторович, ни к чему вам в такие подробности углубляться. Повторяю, люди будут вас охранять. Вас и Сикорского. Надеюсь, с этим мы разобрались? — построжел голосом генерал, словно намекая мне на недопустимость дальнейших трепыханий и возражений.
— Разобрались. Что уж тут не разобраться-то? — не удержался я и тоже дал понять, что всё прекрасно понял, но тем не менее остался при своём мнении.
— Да, кстати, тут вашего Маяковского задержали. За неподобающее поведение. Проще говоря, за драку в общественном месте. Он вам нужен? Если нужен, тогда я распоряжусь прикрыть дело…
Хитрый ход. Это напоследок меня генерал умасливает? А я и не откажусь.
— Конечно, нужен. Надёжный и проверенный стрелок нам пригодится. Я его потом с собой заберу, в Дикую дивизию…
— Заберёте, заберёте… Вы сначала одно дело сделайте! А потом уже планы на будущее стройте!
— Сделаем. Как только прикажут, так сразу и сделаем! А что там произошло-то? Что за драка?
— Подробности он и сам вам расскажет. Ну, если коротко только, — согласился рассказать в ответ на мой настойчивый взгляд Владимир Фёдорович. — С его слов, опять же. Зашёл он по старой памяти в «Собаку»… Вам там доводилось бывать, насколько я помню? С тех пор ничего в этом подвале не изменилось. И публика точно та же, и обстановка, и дух… А Маяковский уже далеко не тот восторженный юноша, что был раньше… Повидал… Слово за слово, ваш стрелок и не выдержал напряжённой дискуссии и перешёл к практическим доказательствам. В результате одержанная победа и счёт за разгромленное заведение. Ну, положим, счёт-то он сразу оплатил, но изувеченные граждане обратились в полицию и пришлось принимать меры… Нет, серьёзного ничего. Пара поломанных челюстей и рук, множество синяков. На удивление, сам задира отделался ушибами… Признайтесь, ваша школа?
— Наша. Моя и Семёна! Кстати, нам ещё три стрелка нужны будут…
— Люди уже подобраны, сейчас активно готовятся к выполнению задачи. Проходят усиленные тренировки.
— Всё равно надо с ними встретиться, подняться в небо, покрутиться, посмотреть на поведение. На земле это не то, что в небе…
— Будет у вас такая возможность, будет. А теперь, если больше вопросов нет, то я с вами прощаюсь, Сергей Викторович.
— Прошу прощения. А Маяковский?
— Что Маяковский?
— Каким образом мне его забирать?
— Да внизу у дежурного и заберёте, — отмахнулся Джунковский и поспешил от меня избавиться.
Правда, остановил в дверях, попросил вернуться. Из ящика стола достал конверт, положил на столешницу:
— Заберите, это ваше.
А в конверте деньги. В первый момент не понял, растерялся, а потом сообразил. Это те деньги, что Сикорский городовому в качестве отступных сунул. Понятно…
— Слава Богу, — думал я, спускаясь по лестнице. — Никто не собирается ограничивать мою свободу, мои передвижения. И вроде бы в столице никто не против моего возвращения в Дикую дивизию. Иначе на мою неслучайную оговорку Владимир Фёдорович обязательно обратил бы своё внимание. А тут пропустил мимо ушей, словно это его совсем не интересует. Или это пока не интересует? Посмотрим. Нет у меня сейчас никакого желания в Крым возвращаться. Ну, по крайней мере, пока нет. Как хорошо, что в столицу меня просто по делу вызвали. А я-то уже испугался…
Глава 6
Выкладываю практически без вычитки — отключают свет на день или два. Если что, шибко тапками не швыряйтесь, имейте снисхождение)))