Смерть молчит
Мартин сунул ключи в карман пиджака. Взял бокал, принюхался и выпил залпом. Потом перевел дух и спросил:
- Сигареты у вас есть?
Первый страх прошел. Франсуа даже немного расслабился. Решив поскорее со всем покончить и опередить противника, сказал:
- Сигареты есть, но для меня.
- Ладно, ладно. В таком случае я закурю свои, мой дорогой друг.
- Я вам не друг.
Незнакомец криво ухмыльнулся,
- Немного у вас друзей, правда? Единственные, с кем вы поддерживаете контакт-это Фехтеры.
- Давайте с этим покончим. Чего вы хотите? Предупреждаю, что шантаж уголовно наказуем.
Мартин оглянулся и прошипел, понизив голос:
- Вы с ума сошли! Нас могут услышать!
Ухмыльнулся, и ещё понизив голос, добавил:
- Да, шантаж наказуем. А убийство тем более.
Франсуа вытер вспотевшие руки салфеткой. Вокруг них кипела нормальная жизнь. Метрдотель накрывал соседний столик, чтобы усадить за него двух солидных клиентов. Чуть дальше две женщины в шляпках, смахивавших на зонтики, чему-то громко смеялись.
Один из официантов пересек зал, громко восклицая:
- Счет на третий столик!
Окружение было банальным, атмосфера совершенно заурядной. Присутствие человека в черных очках ничьего внимания не привлекало.
- Закончим это разговор, - сказал Франсуа. - У меня нет времени. Чего вы от меня хотите?
Мартин потер руки, вероятно собираясь растянуть удовольствие как можно дольше.
- В ту ночь, мсье Малле, вы убили человека, чтоб его ограбить. Я все видел. Находился тогда в десяти шагах от вас, в своей машине. Разумеется, не знал, кто вы такой, и рисковал, что мое любопытство никогда не будет удовлетворено, если бы вы не оставили множества следов своего пребывания: металлическую трубу с отпечатками ваших пальцев, ключи от машины с выгравированными именем и адресом... Дилетантская работа, мой дорогой друг. Не люблю хвастаться, но не будь там меня, не убери я после вашего отъезда все улики, не пришлось бы долго ждать вашего ареста.
Франсуа пожал плечами. Выпитое спиртное взбодрило его мозг. Он почувствовал себя в состоянии противостоять Мартину.
- Вы рассказываете мне очень интересную историю, - начал он, - только выдуманную от начала до конца. Я никогда никого не грабил, моих заработков мне вполне хватает. Правда, мои ключи от машины где-то потерялись, но вы их могли найти где угодно. Вы рассчитываете запугать меня и выжать из меня деньги. Но нет, не на такого напали, мсье Мартин. Так что - до свидания!
- Очень хорошо. Просто отлично. А свинцовая труба с вашими отпечатками и засохшей кровью вашей жертвы-разве это не улика?
- И что дальше? Где она у вас, эта труба? Сможете предъявить её полиции?
Мартин вновь залился каким-то лошадиным ржанием и со сладкой миной повернулся к Малле.
- Вы невероятно спокойны, правда? Думаете: этот идиот отослал мне единственную убедительную улику, вместо того чтобы пойти и все рассказать полиции. И ошибаетесь. Вам я отправил точно такой же кусок трубы, вымазанный кровью. Но не тот, мой дорогой друг. Совсем другой, и кровь на нем куриная. Признаю, что шутка вышла глупая, но нужно же было подготовить вас к разговору. Вот для того и пакет, письмо и звонок во время вашего отсутствия.
Больше Франсуа и не думал выкручиваться. Бледный, тяжело дыша, он ненавидяще уставился на Мартина.
- "Я у этого мерзавца в руках. Он может делать все, что угодно. Он единственный свидетель и у него все улики... Я должен их забрать. Должен, любой ценой!"
А тот продолжал:
- Мсье Малле, если вы попытаетесь предпринять против меня какие-то действия, в случае если со мной случится несчастье, орудие преступления вместе с соответствующим письмом будет доставлена в полицию в течение двадцати четырех часов. Я человек осторожный.
- Ну так что? - выдавил Франсуа.
- Ничего особенного. Я сказал вам все, что хотел. Могу засадить вас за решетку. Полагаю, вы сумеете верно оценить стоимость того, что я о вас знаю...
- "Он блефует. Наверняка безумец. Невозможно быть свидетелем убийства и не сообщить в полицию. Нет, он определенно ненормальный."
Наступила долгая пауза. Мартин, закончив свою речь, достал очередную сигарету, облизнул фильтр и закурил.
- Сколько вы хотите?
- Я простой человек, у меня скромные запросы. Небольшой дом в деревне, садик, где можно разводить цветы...
- Так сколько?
- Пять лимонов.
- Что?
- Пять миллионов, разумеется, наличными.
Франсуа схватился за горло, словно его душили.
- "Пять миллионов? Да где же их взять? Допустим, заложу наш дом в Шато, продам машину и украшения жены. Пусть заплачу, но у меня же ничего больше не останется. Ничего, и в следующем месяце останусь без работы. Это невозможно. Но если откажусь платить, он выполнит свои угрозы-выдаст меня полиции. Нет, все отрицать-и ничего они не докажут... Но отпечатки пальцев, проклятые отпечатки..."
- Нет у меня таких денег! Вы с ума сошли!
- Имей я пять миллионов-смогу и вылечиться! Это мое последнее слово. Подумайте как следует, мсье Малле. Только недолго. Я позвоню вам послезавтра утром. И вы мне скажете-да или нет. но предупреждаю: в том случае, если вы не цените свою свободу в эту сумму, и если рискнете отвергнуть мое предложение, я могу ближе заинтересоваться вашей женой. Вы слышите меня? Я займусь ей вплотную. У вас красивая жена, мсье Малле. Наверняка вы её очень любите, и если что-нибудь случится, уверен, вы почувствуете себя в ответе за это. Гарсон, сколько я должен за два коньяка?
Когда Франсуа поднял глаза, Мартина уже не было.
- "Я знаю принципы шантажа. Если начать платить, перестать просто невозможно. Придет день, когда останусь без гроша. Но он убьет Джульетту... Нет, так рисковать я не могу. А может быть лучше отдаться в руки правосудия? Какой будет скандал... И Джульетта мне этого никогда не простит, я это знаю. Бросит меня, а это даже хуже, чем если бы умерла. Тем хуже. Я должен рискнуть и любым способом отобрать у него улики. Даже если придется ещё раз совершить убийство."
- Гарсон, еще коньяк и счет.
Из ресторан он вышел, немало удивленный, что никто в толпе на него не смотрит. У дверей агенства заметил выходящего из машины Шазеля в компании шведки. Шеф направлялся в сторону агенства. Ускорил шаги, чтобы успеть войти раньше, чтоб поскорее оказаться в его кабинете и сунуть ключи Шазеля в карман плаща из верблюжьей шерсти.
XI.
- "Странно, но после разговора с Мартином я чувствую себя куда спокойнее. Наверняка потому, что неизвестность кончилась. До сих пор я опасался самого худшего. Теперь знаю, что у полиции на меня ничего нет. Знаю, что Шазель даже не догадывается, что я намеревался его убить. Только один человек-Мартин-знает о моем преступлении. Но он не опасен. Я найду способ его обезвредить. Буду делать вид, что согласен на его предложение, предложу встречу, при которой должен произойти обмен-пять миллионов за орудие преступления. Разумеется, у меня пяти миллионов не будет, но зато у него будет та свинцовая труба и я её отберу. И тогда он окончательно успокоится. Навсегда. Я должен её заполучить... Нужно забрать у Шазеля мой револьвер. Ведь дубликаты ключей у меня..."
Джульетта разговаривала по телефону в соседней комнате. Франсуа хорошо её слышал. Договаривалась о встрече.
- Хорошо, до завтра. Пока.
Вернулась в гостиную. На ней было желтое платье, туфли на очень высоких каблуках, волосы свободно падали на плечи. Села рядом с Франсуа. Была весела и довольна. Франсуа обратил на это внимание.
- Утром я иду к Эдиане. Она представит меня одному господину из Южной Америки, который хочет организовать разъездной показ моделей. Представляешь, шестимесячная поездка по Южной Америке!
Ее радость раздражала его. Думала только о поездке, а не о нем. Ведь он останется совсем один. С трудом справляясь с голосом, спросил:
- И ты бы поехала? Оставив меня?