Difficult (СИ)

— Мы и правда встречаемся. — ответил Эрик.
Он долго смотрел на девушку, словно пытался что-то ей доказать, а потом перевел свой взгляд на брата.
— Скажи маме, что я приеду с Айрис поздно в пятницу.
— Можешь сам ей сказать.
— Я могу забыть… — это была отговорка, чтобы не говорить с мамой. Даже я это поняла, не зная их отношений.
— Тогда скажу, чтоб готовила еще одну спальню. Вы же спите вместе?
Снова он за свое!?
— У тебя какие-то проблемы? — не сдержалась я, глядя на Джеймса. — Может тебя в нашу спальню позвать? Или видео прислать? — я сказала это так громко, что даже официанты напряглись.
Эрик проглотил смешок, Бритни замерла, а Джеймс словно искал поддержки у брата.
— Ладно, мы пойдем… — произнес Эрик.
Ели сдерживая смех он забрал наш ужин, а я с негодованием попрощалась с парочкой.
— У них все в порядке в постели? — спросила я. — Сколько уже можно выяснять, как мы целуемся, как трахаемся… Я бы на твоем месте, отправила твоего брата к психиатру.
Он с каким-то одобрением бросил на меня свой взгляд, а потом открыл двери машины.
— Ты всегда так громко говоришь, когда возбуждена… — это был не вопрос.
— Я пыталась избавится от этой привычки…Но, как видишь.
— Не стоит. Это очень мило. — Эрик улыбнулся мне, и я забыла, как пристегивается этот дурацкий ремень. — Ты похожа так на львицу!
Я изо всех сил пыталась сделать вид, что мне нет никакого дела до того, что ему кажется милым, но… Мне очень даже было.
Мне не нравилось, как он смотрел на Брит и что все это, было сделано для нее. Наше общение, прикосновения, МЫ… Меня бесило, что даже я учувствовала в этом фарсе только для нее!
Кто-то для меня мог сделать тоже? Сомневаюсь…
— Я хочу услышать вашу историю… с Бритни. — проговорила я, когда парень выехала на трассу.
— Амммм… — он задумался, рассказывать мне или нет. — Мы вместе учились. В одной школе, но в параллельных классах. И наши родители дружили, так что с Брит, мы, наверное, знакомы еще с рождения.
Эрик бросил взгляд в зеркало заднего вида и продолжил.
— Она всегда была милой, приятной и не много своенравной. Но это не могло не восхищать, особенно меня… Который всегда подчинялся тому, что говорили родители.
Я не верила, что Эрик был таким ребенком. Это совсем не вязалось с тем, какой он сейчас.
— Бритни, увлекалась игрой на скрипке и много училась. Ей это просто нравилось, никто ее не принуждал и не заставлял. Когда все веселились, она или читала в библиотеке, или учила ноты… Мне всегда это казалось странным и скучным. — с улыбкой на губах произнес парень.
— В старшей школе, между нами появились какие-то недомолвки. И мы просто не понимали, раздражали и упрекали друг друга из-за каждой мелочи, пока не поняли в чем дело…
— Вы влюбились. — констатировала я.
— А дальше, свидания, выходные, ночевки, совместный выпускной, потеря девственности ну и поступление в колледж…
— Вы и дальше учились вместе?
— Да. Мы почти все делали вдвоем. Но в колледже, все стало каким-то невообразимо сложным, и мы начали отдаляться, пока я не застал Бритни со своим братом…
— Паршиво. — это было мягко сказано.
— Я блеванул в вазон с любимым маминым цветком, на столько это было ужасно.
Это был поверхностный пересказ от Эрика, за которым скрывалось множество ярких, романтичных и очень болезненных моментов.
Мне бы хотелось, чтобы меня так любили! И я бы хотела тоже уметь любить вот так… Радоваться каждой улыбке, каждому прикосновению. Ощущать эту незримую связь, даже когда вы далеко друг от друга. Чувствовать заботу, тепло и знать, что тебя не предадут.
Я взглянула на Эрика и в голове проскочила мысль, как это когда тебя любит Эрик Томас? Это спокойно и безопасно? Или наоборот, сносит крышу…
Доехав остальную часть дороги в полной тишине, мы поднялись в мою квартиру и сняв верхнюю одежду устроились за столом, перекладывая еду в тарелки.
— Мама хочет познакомится с тобой… Поэтому и позвала нас.
Знакомство с родителями не самый приятный момент. Я никогда не могла открыться с первого раза и всегда казалась немного заносчивой и высокомерной.
 
— Я что-то должна знать? — спросила я, наливая воду в два стакана.
— Что моя мать никогда не признает, что мой отец был садистом. — с горечью заметил парень. — Ты просто запомни эту мысль и воспоминай каждый раз, когда она будет расхваливать покойного отца и говорить, как я на него похож.
Он высыпал салат в тарелку, налил в него соевый соус и быстро все перемешал, поставив его по центру.
— Мало чем в этой жизни я могу гордится… Но вот абсолютная несхожесть на своего папочку, этой мой личный повод для гордости. Это моя победа.
Я медленно перемешала пасту и взглянула на Эрика.
— Он был плохим отцом? — спросила я, боясь ответа.
Закатив рукав своего джемпера парень указал на шрам на локте.
— Это мне десять и разбитая бутылка виски. — Приподняв край джемпер, он оголил левый бок с огромным шрамом, который я заметила еще в тот вечер. — Одиннадцать. Это стеклянный стол. Здесь… — он нащупал полоску на лбу. — Все те же одиннадцать. Лестница. А на ноге шрам от разлетевшегося стула, а на колене ракетка.
Я с ужасом смотрела на парня.
— Плохой отец, слишком хорошая характеристика для него. — констатировал Эрик.
— Это ужасно! — я была в шоке.
— Это все уже в прошлом и слава богу он умер раньше, чем близнецы научились говорить.
Мы сели друг на против друга и принялись за еду. Я была достаточно голодной, но эта тема… И откровения Эрика!
Я не верила, что его детство могло быть таким. Когда я его встретила, то я представляла вредного и неуправляемого парня, который учился в частной школе и получал все, что только пожелает.
— Он бил только тебя?
Эрик пережевал еду, запив все водой.
— Иногда и маму, но реже чем меня… Я был его любимчиком.
Он досадно улыбнулся, и я подумала, что стоит остановится с вопросами иначе я просто расплачусь.
— Если ты думала, что я рос беззаботным ребенком, то нет. — объяснил парень. — Я бы все отдал, чтобы хоть раз ощутить себя не обремененным своей семьей, бизнесом или возлагаемыми на меня надеждами. — Эрик почесал рукой отросшую щетину на скуле и продолжил. — Пока все тусили на вечеринках, я проводил время в бизнес школе, а в девятнадцать, занял место отца.
— А что на счет Джеймса?
— Он не способен даже свой член удержать, чтобы не обосцать унитаз, не то что бизнесс! — Эрик закатил глаза, думая о брате. — Я даже близнецам могу довериться больше, чем этому идиоту!
Эрик вернулся к ужину, а потом поднял свой взгляд на меня.
— А твое детство? — спросил парень, переводя тему.
— Моя семья бедная, но счастливая. — призналась я. — Мы всегда экономили на всем… И нам ни на что, никогда не хватало, но… Мои родители любят каждую мелочь друг в друге, и всегда учили меня радоваться даже тому, что выпал снег. Это прекрасно, но иногда бесит, особенно когда у тебя ботинки с дырявой подошвой… Но они любят меня! И подарили мне прекрасное детство, хотя бы потому, что переехали на против дома, где жила Глория!
Я засмеялась.
— Боооже… — я покачала головой, вспоминая то самое лето. — Я из-за нее, вечно попадала в передряги, но только она могла выдержать мое недовольство по поводу всего, но блядь, она потянула меня в старое заброшенное здание, где жил какой-то бомж и сама же первая оттуда сбежала, а я упала и сломала себе ногу, еще и завалилась в какую-то яму с дерьмом. Родители нашли меня только к вечеру, а эта дурочка смотрела мультик про фей Винкс!
Эрик засмеялся.
— Я бы хотел быть твоим другом в детстве.
Это был самый приятный комплимент, который я могла услышать.
— Яяяя… — я смутилась. — Я так еще и не рассказала своей семье про тебя. Не знаю, как объяснить им, что играю твою девушку ради хорошей работы. Это их разочарует.
— А тебя?
— Не разочаровывает ли это все меня? — я пожала плечами. — Немножко, но когда я вспоминаю, где я теперь работаю, то уже и не так сильно. Мне кажется, чем старше я становлюсь, тем меньше у меня принципов.