Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
К счастью, таких миров мало. Исчезающе мало. И они, если оказываются значимыми для какого-то процесса, представляют серьезную угрозу для структуры, в которой присутствуют. Ситуацию невозможно исправить, на нее не получится повлиять изнутри, зато вполне можно использовать такой мир извне — например, для того, чтобы дестабилизировать кластер.
— Это страшнее войны, страшнее пандемии, страшнее инферно, — Фэб неподвижно смотрел на планету. — У вас будет курс по социологии, надеюсь, вам будет читать Линц, у него по таким мирам наработок очень много.
— А кто такой этот Линц? — с интересом спросил Ри.
— Это один из лучших специалистов в нашем секторе, — пояснил Фэб. — Сильный ученый, автор почти сотни работ. Занимается в основном аналитикой нештатных ситуаций — например, эта планета как раз один из примеров того, что он разрабатывает. Много работал с Контролем и…
— Подожди, — попросил Ри. — А как Контроль поступает с такими мирами? Ведь зонирование в любом случае будет для мира необходимо.
— Это тупиковая ветвь развития, — голос Фэба в мгновение ока утратил мягкость. — Ри, пойми, даже Железная Сотня, о которой многое сказано, в подметки не годится этой клоаке. Железная Сотня, несмотря на свою чудовищную агрессию, на внутреннюю работу, направленную на уничтожение «мещанских качеств личности», как они сами говорят, все-таки способна и к прогрессу, и к созиданию. Не будь она к этому способна, она бы не существовала. А это… Уроборос — змей, поедающий собственный хвост, если ты не знаешь. Да, конечно, этот мир рано или поздно зонируют. Постараются максимально отодвинуть эту «светлую» минуту, но все равно зонируют — хотя бы для того, чтобы он не калечил миры своей же собственной связки, которые ни в чем не виноваты.
— А если его уничтожить? — спросил пилот.
— Ты бы взял на себя такую ответственность? — прищурился Фэб. — Половина населения поражена «червем», деструктурирует пространство вокруг себя, лжет, гадит, разрушает. Вторая половина — чиста, но она, увы, не может существовать без первой. Первая создает инферно, вторая его гасит.
Даша вдруг тихо засмеялась.
— Не помню, где я это слышала… «Надо, чтобы собрались все хорошие и убили всех плохих», — проговорила она. — Кажется, это сказал ребенок…
— Это был глупый ребенок, — ответил Фэб. — Потому что хорошие, взяв на себя убийство плохих, тут же станут плохими сами.
— Так что будет с этим миром дальше? — поинтересовалась целительница.
— Пока ничего, — бывший Встречающий покачал головой. — Но я не завидую Барду или Сэфес, которым может достаться такой «подарок».
— Что за ерунда? — оказывается, пока они говорили, Ит успел выйти в информационную сеть и немного почитать. — Вот смотрите. Кто-то выложил хорошие стихи, сказку в стихах. Она небольшая, я прочел, мне понравилось. Но когда я посмотрел, что написали автору в комментариях, я… слушайте, а для чего они это делают?
— Не для чего, а почему, — поправил Фэб. — «Черви» не могут этого не делать. И никогда не сумеют объяснить причину. Равно как и политик, пообещавший снизить налог, а вместо этого его поднявший, не сумеет объяснить, для чего это нужно. Вернее, они назовут тысячу и одну причину, но ни одна из них не будет правдой.
— А правда? — Скрипач выжидающе посмотрел на Фэба.
— Не существует правды, — развел руками тот. — Ее просто нет.
— Мы не будем здесь высаживаться? — полувопросительно сказал Ри.
— Конечно, не будем, — заверил Фэб. — Пока ты считаешь, позанимаемся, отдохнем, затем отправимся дальше.
— Это хорошо, — в голосе пилота, однако, почему-то звучало сомнение. — Но я бы все-таки…
— Стажер, я вас вниз не пущу, даже не начинай просить об этом, — отрезал Фэб. — У нас и без того проблем хватает.
* * *Посовещавшись с искином, Ри отвел станцию на максимально возможное расстояние от планеты — он заметил, что Даше неприятно находиться рядом с этим миром, и решил, что для целительницы будет лучше, если они уберутся подальше. Результатом стал благодарный поцелуй в щеку и Дашина улыбка — Ри этому обрадовался.
— Спасибо, ребята, — целительница перевела взгляд с Ри на Скрипача. — Слушай, а что чувствовал ты? — поинтересовалась она.
— Около этого мира воняет, как на свалке, — скривился тот. — Не планета, а куча отбросов. Мне трудно объяснить, что я чувствую, но на свалку и впрямь очень похоже. Гниль какая-то. Тление.
— Кстати, да! — Ри задумался. — Именно что свалка. Тухлое инферно.
Скрипач засмеялся.
— Слушай, инферно, ты придумал, что родителям говорить будешь? — спросил он. Ри тут же сник. — Да ладно тебе, недо-Бард, не малодушничай. В любом случае надо будет оформить ситуацию, сам понимаешь.
— Понятия не имею, что им можно сказать, — Ри сел в кресло. — Искин, может, посоветуешь чего?
— А я-то тут при чем? — возмутился тот в ответ. — Я вообще железяка, если ты не забыл.
— Видели мы, какая ты железяка, — хихикнул Скрипач. — Ит, иди сюда! Ты куда ходил? Мы тут проблему обсуждаем, а ты шляешься черт-те где…
— Не черт-те где, — Ит подошел к ним. — Я был с Фэбом. Ри, я понимаю, что тебе неприятно это слышать, но Фэб… он… ему на самом деле очень плохо, а ты до сих пор не…
— Ит, я прошу тебя, не надо сейчас, — вдруг вмешалась Даша. — О Фэбе мы поговорим позже. В данный момент у нас есть срочная проблема. Это Техносовет и родители Ри.
— Родители, — поморщился тот. — Тоже мне, родители.
— До того, как ситуация не выяснилась, ты считал их именно родителями, — строго произнесла Даша. — Ты любил мать. Ты уважал отца. Ты гордился тем, чего сумел добиться. И теперь ты, если решил уйти, должен это сделать достойно. Не оскорбляя их, не причиняя им боли.
Ри задумался, почесал переносицу.
— Ты что-то можешь предложить? — спросил он. Даша кивнула.
— Конечно, могу. Я считаю, что ты должен поблагодарить их за то, что они для тебя сделали, это первое.
— Поблагодарить?! За что?.. За то, что они всю жизнь мне врали?! — взорвался пилот. — Ничего себе!..
— Не перебивай меня. Второе — ты не должен прерывать контакт с этой семьей. Если ты раз в год подашь им весточку о себе и спросишь, как у них дела, от тебя не убудет.
— Зачем?! — вызверился Ри. — С какой радости я должен…
— С такой, что ты свинья неблагодарная будешь, если этого не сделаешь, — неприязненно буркнул Скрипач. — Ит, это и к тебе относится, кстати.
— И третье, — продолжила Даша. — Если ты устроишь там скандал, у тебя на репутации окажется пятно. Уже на этой работе, в Официальной Службе. Тебе это нужно?
— Вот даже как? — Ри задумался. — Ну… ладно. Уговорила. Хорошо, я это сделаю, так и быть. Но есть еще Техносовет.
— Ты был признан мертвым, какие к тебе могут быть претензии? — справедливо заметила Даша. — Отчет требовать они у тебя не имеют права…
Скрипач слушал разговор, задумчиво переводя взгляд с Даши на Ри, с Ри на Ита, и рассеянно накручивал на палец прядку волос. Мелочи, думалось ему. Как хорошо у нас стало получаться прятаться за мелочи. Нас ведь, по сути дела, выперли куда подальше — для чего? Чтобы мы не мешались под ногами. Мы больше ничего не значим, и по заслугам нам сейчас: секторальная станция, своя компания, новая работа (якобы работа), Фэб, почетный эскорт-сопровождение, и… хороший такой пинок под зад. С глаз долой.
Ит перехватил его взгляд, вскинул голову.
Скрипач выразительно приподнял левую бровь, покачал головой.
Ит скептически ухмыльнулся — понял.
Скрипач еле заметно развел руками — мол, что поделаешь?
Ит строго свел брови и исподтишка показал рыжему кулак — мол, еще как поделаешь.
Скрипач изобразил на лице крайнюю заинтересованность: ну-ну, мол, попробуй, посмотрим, что у тебя получится.
— Даша, может быть, хватит? — спросил Ит.
— Что? — целительница растерялась.
— Ну вот этого всего хватит, — Ит чувствовал, что сейчас запросто может сорваться, но остановиться уже не мог. — Вот всей этой фигни хватит! Я не понимаю, вы что, считаете, что мы трое — безмозглые и слепые, как котята, что ли?