Одержимость (СИ)

— Я не злюсь. Уже. Прекрати дрожать.
Он принес аптечку, обработал мои синяки и ссадины, а после снова сел рядом со мной и зарылся рукой в мои волосы. Мы просидели неподвижно, наверное, минут десять, я уже даже начала дремать (постоянно бояться просто невозможно), как вдруг он потянул мои волосы в сторону и накрутил их на кулак. Наши глаза встретились.
— Лин, просто хочу, чтобы ты знала, что тебе я ничего не сделаю. Но я, к счастью, прекрасно знаю твое слабое место.
— Нет, не смей, даже не думай!
— Тшшшш…Не нервничай, родная, она будет в порядке, ведь так? Если, конечно, её старшая сестренка будет вести себя соответствующе.
— Ты просто бесчувственный монстр. Как же я тебя ненавижу.
— Ненависть это хорошо. Крайне сильное чувство, которое гораздо сложнее утратить, чем любовь. Но не переживай, моя любовь к тебе находится внутри вен, от неё никак нельзя избавиться.
После этих слов он приник к моим губам, бесцеремонно ворвался в рот языком и потянулся за край моей одежды, шепча:
— Кажется, у меня есть право на небольшую компенсацию за твое плохое поведение.
  
Глава 7. Не смей мне угрожать
 
Наступило следующее утро. Марк собирался вместе со мной поехать к Эльке, поскольку теперь он не хотел отпускать меня от себя ни на секунду, однако опять возникли какие-то проблемы на работе, и он был вынужден уехать, не забыв напоследок напомнить мне о том, что стоит на кону в качестве залога моего хорошего поведения.
На шее проступили очень яркие багровые синяки с кровоподтеками, причем я даже не смогла найти подходящую кофту, чтобы её ворот полностью закрывал следы «любви» моего мужа. Около часа я пыталась замазать кожу тональным кремом, однако он лишь делал синяки более тусклыми, в то время как мне этого было недостаточно. Пришлось надеть шарф, чтобы я точно была уверена, что моя сестренка случайным образом никак не сможет это увидеть.
Накинув теплое пальто, я села в машину и поехала в больницу. Всю дорогу у меня не получалось избавиться от какой-то необъяснимой внутренней тревоги, будто сегодня может случиться что-то ужасное.
Как только я поднялась на третий этаж и потянулась к ручке двери, ведущей в комнату Эльки, она открылась с той стороны. Я нос к носу столкнулась, видимо, с одной из медсестер, судя по одежде, однако прежде её никогда не видела, наверняка новенькая. Та приветливо улыбнулась и сказала:
— Доброе утро. Я как раз закончила с ежедневной процедурой, можете заходить.
Поблагодарив девушку, я закрыла за ней дверь и подошла к кровати. Элька сонными глазами смотрела на меня и нарочито недовольно проговорила:
— Ну вот, а я только собиралась досмотреть свой прекрасный сон про спящую красавицу и принца, который разбудит её волшебным поцелуем. Теперь я еще не скоро засну, а вдруг потом этот сон ко мне не вернется?
Я присела рядом с ней, заботливо потрепала по голове и сказала:
— Не переживай, даже если ты не сможешь досмотреть этот сон, то, когда подрастешь, тебе обязательно встретится прекрасный принц, который сделает тебя счастливой в реальной жизни.
— А Марк это твой прекрасный принц?
Я провела ладонью по её лбу, убедившись в том, что нет высокой температуры. Иногда меня действительно удивляло то, насколько случайные вопросы сестры могут попасть в точку.
Скорее уж он Дьявол во плоти или злобный огнедышащий дракон.
— Ну конечно, мышонок, как же иначе.
Элька радостно захлопала в ладоши, когда я достала из пакета йогурт, два апельсина, яблоки и шоколадку. Она сразу же забыла о теме нашего разговора, и я облегченно выдохнула. Всегда ненавидела то, что взрослые заставляют детей верить в невозможное, а потом они теряют надежду на все прекрасное и слишком быстро разочаровываются из-за ненужных розовых очков, надетых ранее.
И теперь сама была вынуждена лгать, чтобы сестра спокойно выздоравливала и не переживала за меня.
— Давай скорее шоколадку!
— Еще слишком рано, ты даже не позавтракала! Сначала поешь нормальную, здоровую еду, а потом уже берись за сладкое!
 
Элька недовольно засопела и отвернулась в сторону, насупившись.
— Ну ты чего, я же хочу лишь лучшего для тебя. Скоро принесут завтрак, а потом спокойно съешь свою шоколадку, никто её не украдет.
Я обняла сестру, приникнув к её спине, и та почти сразу же повернулась и обняла меня в ответ. Как бы мы ни спорили, всегда помнили о том, что в этом мире мы — единственные близкие друг другу люди, и потому все обиды сходили на нет.
— Когда ты сможешь меня отсюда забрать?
— Я не знаю, милая, пока что врачи рекомендуют тебе оставаться здесь, восстановительный период занимает много времени. А потом я наконец-то заберу тебя домой, и мы будем жить долго и счастливо! Ты лишь постарайся скорее поправиться.
Вдруг сестренка встрепенулась и спросила:
— А почему в прошлый раз, когда приходил Марк, тебя тут не было?
— Что? Марк был здесь? Когда?
— Несколько дней назад, не помню точно, когда именно.
В голове сразу всплыли его слова: «Не нервничай, родная, она будет в порядке, ведь так? Если, конечно, её старшая сестренка будет вести себя соответствующе». Руки покрылись мурашками.
Я на мгновение прикрыла глаза и, собравшись с духом, снова улыбнулась, ласково говоря:
— Просто он меня не предупредил. Видимо, хотел сделать тебе сюрприз и навестить самостоятельно. А что вы делали?
— Да ничего такого, разговаривали.
— Он тебя спрашивал о чем-то?
— Ну про здоровье спрашивал, про тебя. Он был около получаса, а потом я уснула и уже ничего не помню.
Картина того, как моя беззащитная сестра мирно спит на кровати, а этот монстр спокойно находится рядом с ней и строит свои кровавые планы, настолько пронзила мое сознание, что я резко вскочила с места. Приоткрылась дверь, вновь заглянула та самая медсестра.
— Время завтрака.
Элька обрадовалась, видимо, уже предвкушая момент, когда она сможет полакомиться шоколадкой, а я тут же потянулась к своей сумке.
— Прости, мышонок, что побыла так мало, завтра я обязательно навещу тебя и посижу несколько часов, договорились? Вспомнила, что нужно еще съездить по делам, а тебе как раз стоит позавтракать и набираться сил.
Сестренка согласно кивнула, я обняла её на прощание, поцеловала в лоб и нарочито строго сказала:
— Веди себя хорошо!
Медсестра улыбнулась, глядя на эту сцену, и заметила:
— Не переживайте, ваша сестра — наша самая спокойная пациентка.
Я кивнула ей и попрощалась. У больницы меня, как всегда, ждал большой черный автомобиль. Я села на заднее сиденье и сказала водителю:
— К Марку в офис.
— Но у меня было поручение отвезти вас сразу же домой.
— Мне повторить еще раз? Едем в офис, Марк уже знает. Планы поменялись.
— Хорошо.
Сердце тревожно билось в груди.
Примерно через час машина плавно затормозила у высокого стеклянного здания. Бизнес-центр, которым владел мой муж, располагался немного в отдалении от центра на Малоохтинском проспекте. Эта была одна из самых типичных высоток, пугающая своими габаритами и какой-то бездушностью. Все они строятся по шаблонам, выглядят идеально и стильно, но в то же время в них совершенно не хочется возвращаться.
Прежде я никогда здесь не была, поэтому сразу направилась в стойке администратора и спросила, где находится кабинет моего мужа. Та удивленно подняла брови и, окинув меня презрительным взглядом, надменно спросила:
— Девушка, а вы кто такая? У него сейчас встреча.
— Я его жена. Покажите мне кабинет или потом вы очень пожалеете о том, что отказали мне.
В моем голосе послышался металл. Иногда я с ужасом думала о том, как же Марк на меня незаметно влияет и как же сильно я боюсь стать такой же бездушной эгоисткой, как и он сам.
 
— Если вы его жена, разве тогда вы не должны знать, где располагается его кабинет?
Я приникнула к стойке и тихо повторила:
— Говорю в последний раз. Если хотите задержаться здесь больше, чем на один день, то отведите меня к нему. Если я вру, можете прямо сейчас вызвать полицию.