Законник Российской Империи. Том 2 (СИ)

Девушка подняла на меня удивленный взгляд.
— Но… но оно же ничего не будет закрывать!
— Думаю, оно будет гораздо удобнее текущих вариантов. А если хочешь пойти еще дальше, можно сделать нечто совсем особенное, — подмигнул я ей. — Уверен, такое белье будет пользоваться огромным спросом. Тут главное — подумать, как его правильно подать, чтобы оно не воспринималось в штыки. Все же девушки во все времена хотят выглядеть красиво и даже в этой части можно сделать что-то, что будет привлекать внимание избранника девушки и радовать ее саму.
Мила выглядела одновременно заинтригованной и смущенной.
— И как же оно должно выглядеть? — спросила она шепотом, словно боясь, что кто-то может услышать наш разговор.
— Попробуй сделать одну версию из кружевной ткани, — предложил я, указывая на скатерть на столе. — Примерно такой фактуры.
Глаза Милы расширились от удивления.
— Молодой господин!!! — вспыхнула девушка, раскрасневшись как вареный рак. — Тогда же все будет видно!
— Будет, — кивнул я. — И поверь, найдется немало желающих приобрести такое белье. Но это, конечно, на твое усмотрение. Если хочешь поэкспериментировать, почему бы не попробовать?
Мила молча кивнула, явно погрузившись в размышления о новых возможностях. Затем она встала, готовясь уйти.
Уже у самой двери она обернулась. Ее щеки все еще пылали ярким румянцем.
— Молодой господин, — начала она, запинаясь, — я не думала, что вы такой… такой!
Не договорив, она выскочила за дверь, оставив меня в легком недоумении.
Я откинулся на спинку стула, чувствуя, как на губах играет улыбка от удавшейся шутки, которая, похоже, может перерасти в нечто большее. Кто бы мог подумать, что в этом мире мне придется стать кем-то вроде модельера? Жизнь, как всегда, преподносит самые неожиданные сюрпризы.
Но, пожалуй, это даже к лучшему. Чем больше у меня будет связей и влияния в разных сферах, тем легче будет разобраться с тем, кто пытается меня убить. А заодно и выяснить, что за таинственный маг использовал то странное заклинание на балу.
* * *
День пролетел с головокружительной скоростью, словно кто-то ускорил ход времени. Не успел я оглянуться, как уже оказался в Судебном Бюро, склонившись над бумагами и пытаясь составить внятный отчет о вчерашнем происшествии. Перо скрипело по бумаге, оставляя за собой витиеватые строчки, а я то и дело морщился, вспоминая, как легко было печатать в моем прошлом мире на компьютере.
Левински, который по случайному стечению обстоятельств сидел за соседним столом, казалось, не замечал моего раздражения. Он без умолку болтал, расписывая в красках свои вчерашние подвиги.
— … и тогда я сказал ей: «Милая, ваши глаза сияют ярче, чем все звезды на небосводе!» — вещал он, подкручивая свой ус. — И она, представляешь, Темников, она просто растаяла! Никто не сдерживается, когда я на коне!
Я лишь хмыкнул, не отрывая взгляда от бумаг. Усатый Дон Жуан, казалось, не нуждался в моих комментариях, чтобы продолжать свой рассказ.
— А потом мы поехали к ней домой, и… — он заговорщически подмигнул мне, — ну, ты понимаешь, да?
— О да, Ярослав, — ответил я с сарказмом, которого он, кажется, не заметил, — я прямо-таки вижу, как ты всю ночь читал ей стихи и обсуждал политическую ситуацию в стране.
Левински расхохотался, хлопнув меня по плечу.
— Ну ты и шутник, Максим! Нет, конечно же, мы… — и он снова пустился в красочные описания своих любовных похождений. Ни стыда ни совести, ей-богу!
Я вздохнул, пытаясь сосредоточиться на отчете. Бумаги требовали внимания, а болтовня Левински пусть и была забавной, но отвлекала. Но, с другой стороны, его рассказы служили своеобразным фоном, не давая мне погрузиться в мрачные мысли о покушении и загадочном маге.
День тянулся медленно, словно улитка, ползущая по листу капусты. Я писал, смотрел на графы с вопросами, которые, как по мне, были бессмысленны, снова писал, стараясь изложить события так, чтобы они выглядели логично и не вызывали лишних вопросов.
Когда солнце начало клониться к закату, я наконец закончил подбивать документы. Чувствуя себя выжатым как лимон, я откинулся на спинку стула и потянулся, чувствуя, как хрустят суставы.
  
— Ну что, закончил? — спросил Левински, который, казалось, только что завершил свой бесконечный рассказ.
— Да, наконец-то, — кивнул я. — Надеюсь, больше никогда не придется писать такие длинные отчеты.
Ярослав рассмеялся, похлопав меня по плечу.
— О, поверь мне, друг мой, это только начало. Бюрократия — наше все! Это ты еще не калечил никого. Вот не дай бог свернешь кому-нибудь руку в процессе, бумаг увеличится раза в четыре.
Я лишь покачал головой, собирая бумаги. Попрощавшись с Левински, я направился к выходу, мечтая о горячей ванне и мягкой постели.
Вечерний Петербург встретил меня прохладным ветром и запахом дождя. Я поднял воротник плаща, защищаясь от порывов ветра, и зашагал в сторону дома. Улицы были полны спешащих по своим делам людей, экипажи громыхали по мостовой, а в воздухе витало ощущение приближающейся осени.
Подойдя к поместью Темниковых, я заметил, что в окнах горит свет. Видимо, семья уже поужинала. Я вошел в дом, и меня тут же встретил один из слуг.
— Добрый вечер, молодой господин, — поклонился он. — Глава рода желает вас видеть. Он ждет вас в своем кабинете.
Кивнув седовласому мужчине, я поднялся по лестнице, остановившись перед дверью кабинета. Коротко постучав, я взялся за ручку.
— Войдите, — раздался голос отца, такой же сдержанный и холодный, как и всегда.
Я вошел в кабинет, окинув взглядом знакомую обстановку. Отец сидел за массивным столом, заваленным бумагами. Его лицо, как всегда, было непроницаемым, но в глазах я заметил проблеск интереса.
— Добрый вечер, отец, — поздоровался я, подходя к столу.
— Максим, — кивнул он. — Присаживайся.
Я опустился в кресло напротив него, ожидая продолжения. Отец некоторое время молчал, словно проверяя мою выдержку.
— До меня дошли слухи, — наконец произнес он, — о твоем… поэтическом таланте. Это неожиданно.
Я едва сдержал усмешку. Значит, новости о моей импровизированной дуэли со Строговым уже разлетелись по столице.
— Также мне стало известно, что ты имел честь общаться с третьим принцем, — продолжил отец, внимательно наблюдая за моей реакцией.
— Да, это так, — подтвердил я, сохраняя спокойное выражение лица.
Отец откинулся на спинку кресла, его пальцы легко постукивали по подлокотнику.
— Ты должен быть осторожен, Максим, — сказал он. — Императорская семья — это не просто высшая аристократия. Это центр паутины интриг и политических игр. Тут никогда нельзя быть во всем уверенным.
Я кивнул, ожидая продолжения. Отец, казалось, на мгновение задумался, словно решая, сколько информации мне можно доверить.
— Наследный принц Петр Алексеевич, — начал он, — может показаться легкомысленным кутилой. Он любит развлечения и часто появляется на светских мероприятиях. Но не дай себя обмануть. За маской весельчака скрывается острый ум и невероятная харизма. Народ его обожает, и это дает ему не только огромную власть, но и право на ошибки, о которых все предпочитают забывать или не относиться к ним серьезно.
Отец решил рассказать мне о наследниках императора. Оно и понятно, едва я появился на шахматной партии с принцем Андреем Алексеевичем, мной явно заинтересовались приближенные к нему люди. А учитывая его интерес, эта встреча явно не была последней.
— Принц Михаил Алексеевич — полная противоположность своему старшему брату, — продолжал Николай Владимирович. — Он редко появляется в столице, предпочитая проводить время на границе. Гений тактики и стратегии. Единственный из наследников, кто имеет свой личный отряд преданный исключительно ему. Разумеется, все это с разрешения императора, но это тоже надо учитывать, что они всегда будут стоять за него в любой ситуации. Он не особо вовлечен во внутренние интриги, но не стоит списывать его со счетов. Что же касается Андрея Алексеевича… Что ты думаешь после вашей встречи?